Kitabı oxu: «Огненный ветер»
Миссия
Верьте, люди, верьте,
Верьте в красоту,
Пусть глумятся черти
Воя в пустоту.
Для любви нет смерти -
К звёздам её путь,
Верьте, люди, верьте -
В сердце ваша суть!
I
Исключительно важная необходимость заставила Галактический совет высших мирозданий Млечного пути собраться на экстренную встречу. Поводом для неё послужил ультиматум, посланный Синклитом Вселенной о принятии срочных мер по нейтрализации энергоинформационной болезни, возникшей на одной из планет Солнечной системы галактики.
Семи высочайшим Владыкам предстояло решить судьбу «совместного детища» разумных галактических сил, за развитием которого неустанно велось наблюдение на протяжении последнего эона.
Объектом обсуждения была планета Земля, человечество которой напоминало «ребёнка – подростка», в чём-то очень ранимого, но так любящего себя, что порой его безответственные поступки превращались лишь в потакание своей низшей природы. Складывалось впечатление, что многочисленные уроки прошлого не обременяли памяти «заигравшегося юнца», не ведающего о себе ровным счётом ничего. Процесс взросления земного человечества затянулся во времени, а вместе с тем и рост его мировоззрения.
Подобные встречи проходили в обстановке обусловленной договорённостью прошлых времён: с некоторых пор Владыки не присутствовали на совете сами, но посылали свои мыслеформы, или так называемые – софы, характерные для многомерных огненных миров. Тончайшие ментальные оболочки полностью заменяли своих хозяев и вели информационный обмен от первого лица.
В назначенных координатах временной продолжительности семь светящихся софов соединились в одну сферу, излучавшую удивительную по красоте энергию. На подобных мероприятиях не было длинных дискуссий, а обмен информацией происходил исключительно на телепатическом уровне в виде закодированных мыслезнаков галактического языка. В суть проблемы участники встречи вникли сразу, оставалось обсудить лишь способы по её устранению и назначить исполнителей, но в этом-то и заключалась самая большая трудность. Председательствующим на данный временной период был Соф Владыки Рей, который и начал свой монолог:
– Как вы уже знаете, одна из планет молодого мироздания галактики была атакована вирусом хаоса искусственного происхождения. На протяжении второй половины длящегося эона мы изыскивали различные способы по его нейтрализации, но окончательных успехов так и не достигли. Уже были использованы практически все возможности известные галактическому разуму. Хочу вам так же напомнить, что в целом земной эксперимент оказался позитивным, его неоценимый опыт ещё принесёт пользу для эволюции молодых мирозданий, но, к сожалению, не обошлось и без побочных явлений. Сейчас нам предстоит принять нелёгкое решение, и я бы хотел услышать ваши мнения. Если у кого-то родились конкретные предложения, мы непременно их выслушаем.
Соф Владыки Фархас:
– Согласен, вопрос непростой, он касается самого существования планеты и землян. Не хотелось бы начинать всё заново. А насчёт вируса… да он мутировал и сильно видоизменился в знаковом отношении став жизнеспособной системой пространственного образования. Поэтому все ранее созданные программы по его уничтожению были не в состоянии распознать обновлённый облик тёмного порождения. Проникая в около ядерную структуру земных монад, он по сути уже стал руководить их ментальной сферой. Для решения этой проблемы нам необходимо изыскивать универсальное «противоядие».
Соф Владыки Солей:
– Ситуация усложняется ещё тем, что ядро психосферы покрыто эманациями разложения и с трудом распознаёт создавшуюся угрозу своей безопасности. Психические порождения человечества настолько безответственны, что уже перенасытили даже глубинные слои планеты. Энергетическое равновесие Земли находится под угрозой внутреннего взрыва. Но ведь в ожидаемом будущем планете предстоит перейти в фазу ускоренного духовного развития, её ожидает встреча с «Огненным ветром».
Соф Владыки Дойрэ:
– Увы, на Земле не подготовлена духовно-нравственная почва для развития шестой расы человечества. Психическая болезнь планеты переходит в хроническую форму, а взросление цивилизации затянулось. Кроме того человечество поражено страхом во всех его нелепых формах. Напрашивается закономерный вопрос: сможет ли планета вместе землянами за такой короткий срок кардинально перестроиться на восприятие иной реальности?
Соф Владыки Синхан:
– У меня тоже возникают сомнения по поводу готовности земного сообщества к тотальным изменениям. Деградация духовности налицо, земляне считают, что дарованный им дом для развития незыблем, неподвижен, наполнен неживой бесчувственной материей, а звёзды на небе являются лишь его украшением. Они перестали думать о возвышенном, их мысли и чувства погрязли в беспросветной суете и самодовольстве! Выводы сами вытекают из вышесказанного, но нужно ещё думать.
Соф Владыки Мибос:
– Такое положение не случайно, не все планетарные силы заинтересованы в изменении сознания землян. Вы все знаете, что в недавнем прошлом «тёмный» хозяин планеты был сброшен в низшие слои антимиров, но его коалиция продолжает существование, оказывая огромное влияние на мировоззрение человечества. Кроме того активизация демонических сил на всех уровнях создала значительный знаковый дисбаланс между антимирами и проявленными мирами, что привело к опасности планетарных «дисфункций» в Солнечной системе.
Соф Владыки Лясон:
– Приходится это признать. Тёмные силы действуют в нескольких направлениях и нам необходимо продумать пути по нейтрализации их воздействия на всех уровнях. Возможно, уничтожение только одной вирусной составляющей не принесёт желаемых результатов. Но давайте всё же не будем так сгущать краски, выход есть всегда.
Соф Владыки Мибос:
– Согласен, работа уже проделана немалая, учителя человечества и координаторы разных мирозданий делали и делают всё возможное по уничтожению информационных структур вируса и удержанию его в пределах солнечной системы, что не позволяло ему сих пор распространиться далее к центру галактики. Но если вирус всё-таки преодолеет выработанную защиту, то последствия могут быть катастрофическими даже для Вселенной. Нам необходимо спешно помочь нашим братьям.
Соф Владыки Лясон:
– У нас с Владыкой Солей есть конкретное предложение.
Соф Владыки Рей:
– Мы слушаем.
Соф Владыки Лясон:
– Чтобы распознать подвижную структуру вируса необходимо досконально изучить его ядерную сущность, после чего мы уже сможем найти универсальное «противоядие». Наше предложение предполагает миссию по перемещению монад в человеческие оболочки. Но самое главное заключается в том, чтобы монады прошли весь цикл человеческого рождения с дальнейшим существованием в планетарном социуме. Иными словами наши посланцы должны впитать в себя воздействие ядерно-знаковой сущность вируса во всех её формах и записать информацию на причинно-кармических оболочках своих монад. И ещё… непосредственные исполнители должны быть представителями тонкоматериальных планет.
Соф Владыки Солей:
– Но миссия оправдает себя лишь в том случае, если сознания «будущих землян» будут затемнены на определённый временной период ещё до момента проявления в плотных оболочках. Вся поступающая на ментальный план информация будет восприниматься без аналитической оценки, что позволит выявить и зафиксировать «ядерное зло» в его обнажённом состоянии.
Соф Владыки Синхан:
– А почему вы предлагаете представителей тонкоматериальных цивилизаций?
Соф Владыки Лясон:
– Дело в том, что ментальные приёмники этих сущностей легче поддаются психическому воздействию.
Соф Владыки Солей:
– В дальнейшем собранная информация будет перенесена на энергоинформационные кристаллы и расшифрована в лабораториях Надземного братства. На базе обработанных данных будут созданы универсальные антивирусные программы для уничтожения вируса. Запуск сывороточных программ, усиленных психической энергией участников эксперимента, мы предлагаем осуществить из основных центров Надземного братства непосредственно в психосферу Земли.
Соф Владыки Рей:
– Идея стоит обсуждения, но если возникли иные предложения, мы готовы выслушать.
Соф Владыки Дойрэ:
– Я принимаю это предложение, возможно, на данный момент ему нет альтернативы.
Соф Владыки Фархас:
– Хотя миссия необычна и не совсем предсказуема при положительном её исходе можно надеяться на перераспределение сил и качественное изменение планетарной ситуации. Я так же готов взять на себя ответственность.
Соф Владыки Мибос:
– Никто не застрахован от непредвиденных случайностей, но вы сами понимаете всю меру ответственности… поэтому миссия должна быть продумана до мелочей. Во избежание неудачного исхода, нам необходимо подобрать достойных исполнителей.
Соф Владыки Солей:
– Я предлагаю исполнение миссии поручить Владыке Сензара из созвездия Стрельца, его наблюдатели способны выполнить задуманное. Если мы примем положительное решение, то разработку оперативного плана возложим на Владыку Тайе.
Соф Владыки Лясон:
– Это достойная кандидатура, воины Сензара не раз доказывали преданность нашему делу.
Соф Владыки Рей:
– Если возражений нет, мы так и поступим. Для осуществления контроля предлагаю назначить Наблюдательный совет, в который войдут: Владыка Мибос, Владыка Солей и Владыка Лясон. Если удастся реализовать задуманное, то очищенная психосфера Земли сможет принять обновленные знания об истинной сути бытия. Земляне должны наконец-то осознать необходимость космической эволюции.
Соф Владыки Синхан:
– Не стоит забывать, что в противном случае пятая раса четвёртого планетарного круга может прекратить своё существование вместе с остатками прошлых рас.
Соф Владыки Рей:
– Будем надеяться на лучшее. Нельзя допустить, чтобы земляне были отброшены в своём развитии на долгие века. Есть ли у членов Совета иные мнения?
Других предложений не последовало, и начало было положено.
Соф Владыки Рей:
– Кроме того, постарайтесь учесть все варианты по нейтрализации активного зла в лице демонических кланов, безответственное существование этих космических отбросов уже переполнило отрицательную чашу весов. Необходимо срочно восстановить равновесие. Высшим мирам незачем прислушиваться к отголоскам хаоса с периферий Вселенной.
Галактический совет высших мирозданий Млечного пути закончил свою работу. Светящаяся сфера разделилась на семь софов, которые мгновенно растворились в пространстве.
II
Изумительное по красоте лазурное озеро окружали горные массивы тончайшего изумрудного цвета, а вдоль его побережья простирались живописные луга, усеянные множеством ароматных цветов. Казалось, что само дыхание чистоты наполняло округу и обнимало землю вместе с девственным покрывалом золотисто – розового неба.
Старший координатор Эйтан плыл в тишине над озером с устремлёнными в небо глазами. Весь окружающий пейзаж являлся его собственным творением, именно он вызвал из «кладовой акаши» эфирные формы и облачил их в цветовую палитру по своему желанию. В этом мире любой его обитатель был творцом всевозможных тончайших форм, которые становились верными друзьями своему создателю. Получая энергию любви своего хозяина, его творения отвечали ему тем же чувством, окружая его первозданной красотой, заботой и преданностью. Сущность самого Эйтана, как и прочих сензарцев представляла собой бессмертное духовно-разумное образование называемое монадой, которая в свою очередь была облачена в оболочки ментально-астрального плана. Благодаря тонким «одеяниям» и осуществлялось эмоционально-мыслительное функционирование жителей планеты, включая возможность общения с другими уровнями сознания и планами бытия. Основным источником питания для сензарцев служила энергия пространственного огня Фохата, поддерживавшая жизненную активность их сознаний. Поэтому обитателей планеты в полной мере можно было назвать категорией универсальной и самодостаточной. Репродуктивные функции размножения у сензарцев отсутствовали полностью, а братство Сензара пополнялось за счёт монад добившихся такого права путём неустанного духовного развития в более низких мирах. Таким образом новоявленные сензарцы поднимались ещё на одну ступеньку бесконечной иерархической лестницы Космического разума. Точно так же наиболее выдающиеся монады планеты получали право выбора для своей дальнейшей эволюции. Внутренние отношения в братстве Сензара строились на принципах иерархического наставничества, целесообразность которых доказывала жизненная необходимость. Неиссякаемый источник мудрости был доступен для всех, но каждый наполнял собственную «чашу» исходя из её вместимости. Прекрасно зная об этом, наиболее продвинутые в духовных познаниях сензарцы помогали своим младшим товарищам кропотливо расширять собственные «сосуды» знаний.
В тонкоматериальных мирах мужское и женское начало в полной мере отвечали гармонии единства, поэтому половая принадлежность для обитателей планеты не имела особого значения, но всё-таки, следуя позывам своей психической природы и влиянию прошлого, каждый из них выбирал близкий для себя облик.
Принадлежность Сензара к группе планет тонкоматериального плана позволяла иметь собственную орбиту в созвездии Стрельца, но при необходимости оставалась возможность и для самостоятельного перемещения по просторам галактики в качестве своеобразного звездолёта. В этом случае использовались огромные запасы энергии сосредоточенные в ядре планеты, постоянно пополняющиеся за счёт трансформированного огня пространства. Для выполнения масштабных заданий сензарцы применяли универсальные летательные аппараты, облачённые в тонкоматериальную оболочку уплотнённой структуры, которая поддерживалась разумными энергополями. Управление звездолетами осуществлялось телепатически: «мозг аппарата» сам обрабатывал команды экипажа и рассчитывал оптимальную категорию полёта к точке заданных координат, используя скоростное скольжение или пространственно-временные скачки. Но чаще наблюдатели пользовались умением своих монад телепортироваться в различные координаты пространства и времени.
Следуя иерархической необходимости, братство Сензара непосредственно подчинялось Галактическому совету высших мирозданий Млечного пути, выполняя его задания по наблюдению, сбору информации, координации действий и экстренной помощи цивилизациям более низкого плана. И такая повседневная рутинная деятельность, требующая огромных затрат сил не прекращалась даже на мгновение. Со временем совершенствовались методики исследований, углублялись подходы к задачам, но цель всегда оставалась прежней – помощь младшим мирозданиям в их эволюционном росте. Мировоззрение юных цивилизаций во многом определялось воздействием кармических особенностей, преодолеть которые им предстояло самостоятельно, поэтому учителя космического братства старались не вмешиваться в процесс развития, но лишь корректировали его, задавая новый ритм постижения истины. Но в отдельных случаях приходилось делать исключения из сложившихся правил, ведь отступления от принципов космического закона уже неоднократно приводили к опасным последствиями. Ошибки в развитии зачастую влекли за собой духовную деградацию молодых цивилизаций вплоть до планетарной гибели, которая далеко отбрасывала их назад к более низкому прошлому. Иногда «опустившимся» цивилизациям требовались многие тысячелетия, чтобы вернуться к потерянному облику разумности.
Могло показаться, что плывущий на потоке собственной энергии Эйтан погружён в глубокий сон, но это было не так, он напряжённо осмысливал информацию, полученную на расширенном Совете Сензара. Хотя суть проблемы не была детализирована, Эйтан сумел оценить её сложность и меру ответственности при неудачном исходе миссии:
«Даже если получиться синтезировать «сыворотку», времени может и не хватить для её внедрения в психосферу планеты. Земля просто не успеет подготовиться к встрече с «Огненным ветром». Опасность реальна, ведь несоответствие в полевых вибрациях может привести к резкому смещению планетарной оси и магнитных полюсов, а значит, и к существенным природным изменениям. Сколько же тогда останется на планете людей? А о планетарном взрыве даже думать не хочется».
Неожиданно размышления Эйтана прервал телепатический импульс, прозвучавший голосом Сатены, его близкого друга и неизменного партнёра в работе:
– Эйтан, мне можно войти в твою скромную обитель? Необходимо поговорить.
В общении между собой они зачастую использовали шутливую форму разговора, но невинные шутки не могли нанести и тени обиды сложившимся отношениям, основанным на взаимной любви и уважении. Напряжённые будни сражений с космическим хаосом накрепко связали их верной дружбой.
– Вплывай, Сатена, в моё «уютное гнёздышко», я рад тебя видеть.
Коснувшиеся друг друга их ауры засветились тончайшими цветами пространственного эфира, испытывая естественную радость от встречи. Какое-то время они безмолвно плавали над лазурной гладью, ощущая единство и умиротворение.
Сатена первой прервала недолгое молчание:
– Ты же не зря скрылся от посторонних глаз…Что надумал?
– Ещё неизвестен состав группы, – уклончиво ответил Эйтан, – сама знаешь, на рассмотрении у Совета тридцать потенциальных кандидатов.
– Учитывая принцип отбора, думаю, что наши кандидатуры утвердят.
– Судя по игривым тонам, ты что-то выяснила?
Аура Сатены действительно засветилась лукавыми огоньками.
– На самом деле я знаю не так уж и много, – призналась она.
– Не таись, рассказывай.
– Хорошо, не буду томить тебя, участвовать в миссии будут те, кто однажды уже сталкивался с подобными обстоятельствами.
– Может, ты и права, – аура Эйтана вдруг вспыхнула ностальгическими огоньками памяти.
В необозримо далёком прошлом он и несколько его товарищей по отряду наблюдателей стали непосредственными участниками крутого поворота в истории своей родины. В ту пору они ещё были людьми плотноматериальной планеты Рэйя, на которой сложились обстоятельства подобные земным. Выбранный её руководством ложный путь развития едва не завёл молодую цивилизацию в непроходимый тупик, и лишь своевременная помощь от старших братьев из созвездия Орла уберегла планету от надвигавшейся катастрофы. Учителя мудрости убедили Высший совет Рейи изменить курс планетарного развития с интеллектуально-технократического на путь естественной гармонии со своей сущностной природой. После корректировки задач Рейя совершила значительный скачок в своём духовном росте.
«Действительно ситуация была похожей, но обстановка не усугублялась хроническим присутствием хаоса, да и времени тогда было ещё предостаточно», – отметил про себя Эйтан.
– Всё поняла, мой друг, ведь я давно умею читать твои мысли, как и ты мои, – прожурчал невидимым ручейком голос Сатены. Я и сама представляю всю сложность предстоящей миссии. Ведь в случае неудачи развитие землян остановится на длительный срок, а мы можем потеряться в сферах плотных миров, если не сумеем вспомнить себя. Мне бы очень не хотелось начинать всё заново…
– Пока это не наше бремя, – спокойно произнёс Эйтан. – А если уж мы возьмём его на себя, то придётся побеждать обстоятельства. Ведь так было всегда, ты же знаешь.
– Ты прав… Я чувствую твоё желание попасть в группу.
– Это ещё один шанс проверить свои силы и помочь другим.
– Вместе поможем!
– Я и не сомневался в этом.
Практически одновременно они услышали телепатический импульс, возвещавший о приглашении к Верховному координатору Габриелу.
– Я же говорила, что мы потенциальные кандидаты! Закрывай на «замок» двери своего «домика», что бы чужие не выкрали красоту. А может, ты собираешься забрать её на Землю? – уже откровенно забавлялась над другом Сатена, зная о его трепетном отношении к своим творениям.
– Повеселилась, насмешница? А теперь полетели, нас ждут!
Как по команде два светящихся силуэта мгновенно растворились в пространстве.
III
На какое-то время, исключительно для встречи с приглашёнными наблюдателями обитель Габриела превратилась в энергосферу мерцающую изумрудно-рубиновым светом. Насыщенные тона сферы чередовались, последовательно сменяя друг друга, но, несмотря на многослойность – составляли единое незыблемое целое. Зная о неимоверной сложности задания, Верховный координатор заранее приучал своих учеников к ощущениям духовного равновесия и высшего психического напряжения, выраженных этими цветами. При выполнении задач в далёких мирозданиях столь необходимые качества всегда были верными помощниками воинов Света.
Возле обители Верховного координатора в сознании Эйтан невольно пронеслась мысль:
«Лишь взошедшему на вершину духа виден кротчайший путь стремящихся к нему».
В это время внутри сферы уже находились их товарищи – Ол Розо, Шаин, Авия Зира и Санэль, а также главный координатор планеты Кадир.
Как уже успели понять присутствующие, разработка плана непростой миссии легла на плечи Верховного координатора Габриела. Для осуществления задуманного ему предстояло отобрать самых опытных исполнителей, собрать всю доступную информацию о планете Земля, наладив при этом постоянный контакт с Владыкой Надземного братства. И в завершении первого этапа миссии необходимо было осуществить самое сложное мероприятие по переселению монад наблюдателей в подобранные человеческие оболочки.
Габриел как обычно сохранял невозмутимое спокойствие, излучавшее вовне могучую силу. Возникшая пауза позволила ему разобраться с настроением своих учеников, после чего он приступил к телепатическому монологу:
– Как вы, наверное, догадались, состав группы определён и согласован с Советом. Старшим группы назначен Кадир, его заместителем Сатена. Эйтан, я думаю, что ты не будешь в обиде на нас, дело не в недоверии… на этот раз тебе предстоит особое задание, возможно, самое сложное в твоей жизни. Предстоящая миссии очень непроста и потребует от всех вас неимоверного напряжения сил. В нашей работе и так не бывает проходных заданий, но на этот раз всё будет гораздо сложнее. И вы должны быть готовы к любым неожиданностям. А теперь внимательно послушайте меня: молодая планета Солнечной системы – Земля, как и вся наша галактика, вступает в фазу эволюционного обновления. Это произойдёт в первой половине двадцать первого столетия по земному летоисчислению. Так что до вышеуказанных сроков осталась всего лишь половина планетарного столетия. Думаю, все прекрасно понимают, что для кардинального изменения ситуации на планете времени практически не осталось, поэтому мы должны рассчитать наши действия вплоть до земного года. Главным образом положение усложняется присутствием в сфере планеты демонических сил, создающих информационный дисбаланс. На протяжении тысячелетий они искажали эволюционную программу естественного развития землян, заменяя её основополагающие постулаты – дезинформацией. И это не мудрено, ведь для дальнейшего паразитирования в земной сфере им по вкусу духовная инертность человечества. Во имя идеи безраздельного господства над душами землян и был создан вирус хаоса, изуродовавший лик истинных знаний маской ханжества и лжи. Силы Надземного братства пытаются удержать его распространение в пределах Солнечной системы, но им нужна помощь, только совместными усилиями мы сможем ликвидировать последствия тёмного порождения. Около двух земных десятилетий назад жестокое противостояние в тонких мирах разрядилось на планете страшной мировой войной, унесшей десятки миллионов жизней. Тогда была одержана победа, не позволившая погибнуть земному миру, но демонические кланы очень быстро пришли в себя. От откровенно насильственных мер, выраженных открытой агрессией, они перешли к тактике нравственного разложения человечества. Приходится признать, что во многом они преуспели, во всяком случае, посеянные ими зерна невежества уже дают свои плоды в нетерпимости и эгоизме землян. Тёмные хозяева планеты нашли универсальный ключ к сознанию значительной части человечества, привязав людей к потребностям низших инстинктов, исключающих возможность общения со своей духовной природой. Для значительной части населения жизнь превратилась в обыкновенное выживание и непрекращающийся поиск средств существования. Земной мир разделился на два полюса, где богатство и роскошь соседствуют с нищетой. Зависть всегда порождала лишь ненависть к себе подобным, заставляя малоимущие народы подниматься на восстания и революции. И сейчас человечество неумолимо погружается в духовное оцепенение, а вирус продолжает мутировать, особенно изменив свою суть с началом бурного развития научно-технического прогресса. Сосредоточив в своих руках практически все мировые капиталы и политическую власть, демонические кланы и по сей день успешно воплощают в реальность идею полного порабощения своего «энергетического донора». Вы прекрасно знаете, что усилия хаоса сводятся к удержанию молодых цивилизаций в состоянии духовной аморфности, и «тёмные» пойдут на всё, что бы продлить срок человеческого невежества. Поэтому они меньше всего заинтересованы в развитии духовного видения людей, понимая, что сознательный человек способен распознавать лицемерие во всех его извращённых формах. Таких людей невозможно подкупить иллюзией сытой жизни, «чистые души» знают истинную цену очевидности. Учитывая особенности земного развития, перед нами стоит неимоверно трудная задача по созданию противоядия от знакового зла с целью полного уничтожении хаоса в психосфере планеты. А в конечном итоге мы должны помочь землянам изменить мировоззрение.
Габриел сделал паузу, внимательно оглядев своих учеников, а затем продолжил:
– Сегодня у меня слишком много дел, так что с деталями разработанного плана ознакомитесь с Кадиром. И ещё… никогда не забывайте, что вы – Воины Света. До встречи!
IV
После напутственных слов Верховного координатора группа переместилась в Центр галактической информации, представлявший собой серебряную полусферу. Вся территория вокруг Центра находилась под бдительной охраной разумных энергетических полей, которые подпитывались непосредственно от «сердца» Сензара. Система безопасности безошибочно определяла вибрационные характеристики наблюдателей, имевших право доступа в святыню планеты, информация о которых хранилась в её базе данных. Любая же попытка несанкционированного проникновения моментально пресекалась мощной «энергетической паутиной», удерживавшей «незваного гостя» до появления экспертов по безопасности. А в случае силового проникновения, полевая защита, не задумываясь – атаковала нарушителя сфокусированными энерголучами уже на поражение. Договориться с системой было невозможно, ровным счетом, как и отключить её, ведь для этого необходимо было бы уничтожить ядро планеты. Подтвердив право доступа, члены группы беспрепятственно проникли вовнутрь полусферы, в самом центе которой располагался кристалл сферического вида, таящий в себе информацию о развитии галактики за бесчисленные эоны её существования. Ещё в необозримо далёком прошлом он был создан из адаптированных психических энергий высокодуховных цивилизаций и Сензара. Ввиду огромной энергоёмкости и мощи кристалла доступ к нему был разрешён лишь Владыке Тайе и Верховным координаторам, все остальные черпали информацию из сфер расположенных по периметру внутреннего помещения. Прототипы, по виду напоминавшие центральный кристалл – были менее энергоёмкими и обладали знаниями лишь о мирах идентичных Сензару, либо находящихся на более низком уровне развития. Используя каналы собственных сознаний, наблюдатели подключились к информационным источникам и приготовились к считыванию данных.
После подтверждения готовности Кадир приступил к телепатическому монологу:
– Владыка Тайе попросил собрать для нас всю имеющуюся информацию о развитии Земли. На сей момент база данных располагает мельчайшими подробностями об эволюции земного человечества. Вначале вы ознакомитесь с информационным материалом, а затем отработаем моменты, вызывающие непонимание, чтобы совместно ответить на возникшие вопросы и выработать стратегию предстоящего задания. Прямо сейчас предлагаю перейти на терминологию землян, чтобы лучше проникнуться атмосферой их жизни. Теперь прошу внимания, начинаем изучение схематической составляющей задания. В ближайшее время наши монады отождествятся с зародышевыми человеческими образованиями в начальной стадии их развития, чтобы в последующем родиться людьми плотноматериального плана. При этом наша память о прошлом будет искусственно затемнена до определённого времени взросления. Срок шестерых из нас ограничится семнадцатью – двадцатью земными годами, а тебе, Эйтан, как уже сказал Учитель Габриел, предстоит выполнить особую миссию. Сознание прошлого в тебе уснёт практически полностью, и срок пробуждения точно определить не возьмётся никто. Возможно, временной диапазон растянется с тридцати до сорока лет. Но мы очень надеемся на твою внутреннюю силу и интуицию, поэтому твоя кандидатура и была одобрена на Совете.
Эйтан пристально взглянул на Кадира:
– Существует ли вероятность отрицательного результата?
– Не стану тебя обманывать, друг мой, такой исход возможен, ведь мы не имели ещё подобного опыта.
Предстоящая миссия заметно отличалась от всех предыдущих, при том ответ Кадира не сильно обнадёживал. Эйтан не выразил видимого смятения, хотя сомнения невольно зашевелились внутри него, навевая некоторые опасения по поводу беспомощного состояния в земном мире, ведь ему предстояло вступить в схватку с силами зла, не имея в арсенале накопленных знаний.
– Кадир, а какие последствия ожидают меня при неудачном исходе?
Аура Кадира шелохнулась сочувствием лишь на мгновение, но это дружеское чувство сразу же утонуло в могучей невозмутимости:
– Тебе придётся отрабатывать полученную карму в плотных или промежуточных мирах, всё зависит от того, сколько ты её возьмёшь на себя, и какого качества она будет. Но всё-таки давай надеяться на лучшее, мы обязаны любой ценой выполнить задачу, ты сам понимаешь её значение. Кроме того Надземное братство возьмёт всю группу под неусыпное наблюдение, контролируя наше развитие и охраняя от тёмных сил. Однако при выполнении такой миссии вероятность случайностей велика, об этом не стоит забывать.
После пояснений Кадира раздался голос Ол Розо:
– А почему принята схема шесть – один?
– Если вирус сможет преодолеть выработанную защиту, то Эйтан станет запасным вариантом с более сильным противоядием, – ответил Кадир, продолжая свой монолог:
– Задача заключается в том, чтобы участвуя в жизнедеятельности землян вобрать в себя ядерно-знаковую сущность вируса хаоса со всевозможными вариациями и видоизменениями. При спящем состоянии сознания произойдёт естественное накопление вируса во внешней оболочке монады, а по мере очищения сознания возникнет естественная реакция духовно-энергетических структур по удалению чужеродной программы из причинно-кармической оболочки. Именно в этот период и произойдёт запоминание его сущности. Останется лишь извлечь информацию, изучить и создать боеспособные сывороточные программы по его уничтожению, чтобы в дальнейшем насытить ими психосферу Земли. Совместными усилиями был проведён анализ распространения вируса по психосфере планеты, после которого мы сделали удручающий вывод. Невидимые сети хаоса уже довольно крепко охватили сознания людей, прежде всего наиболее развитых в научно-техническом плане государств, способных контролировать мировую политику и экономику. Но, кроме того, под его воздействие попали территории юго-восточной Азии, всегда являвшиеся оплотом духовности. По сути, вирус уже трансформировал планетарный социум, превратив его в информационно – энергетического рабовладельца человеческого сознания. В меньшей степени под его гипнозом находится большое государство – Россия, занимающее шестую часть земной суши. В настоящее время это государство находится в составе союза Республик, но по судьбоносным предпосылкам в недалёком будущем оно вновь должно приобрести самостоятельный статус. В виду сложившихся исторических обстоятельств союзу Республик с небольшой частью примкнувших государств пришлось находиться в определённой изоляции от остального мира, поэтому вирус и не смог найти на их территории глубокого пристанища. Россия представляет противоположный социально-политический лагерь к так называемому капиталистическому миру, пытаясь выстроить свою систему существования на основах равноправия и братства, исключив из неё эксплуатацию человека человеком. К сожалению, новая система выпустила из своих постулатов существование высших миров, и не учитывала реальность эволюционного развития в различных воплощённых состояниях бытия, тем самым ограничив бессмертное существование монады одной человеческой жизнью. Но мы все знаем, что предпосылки для эволюционных изменений должны быть подготовлены высокой культурой народа. Потенциально такая возможность существовала, но, к сожалению, идея социализма не предполагала духовного совершенствования в его истинном понимании, перечеркнув тем самым все прекрасные начинания. Такое однобокое развитие изначально было обречено на неудачу. На сегодняшний день система ещё существует, но не за горами её увядание и деградация, а мы должны стать тому свидетелями. Несомненно, что за великие заслуги перед планетой – Россия накопила огромный духовный потенциал, собранный в надземных сферах. Душа Надземной России является сильным оберегом для своей земной сестры. А для сил тьмы она всегда была лакомым кусочком, объектом звериного аппетита с целью захвата территорий и полного уничтожения её народа и культуры. Но во все времена Россия побеждала недругов и возрождалась из «пепла». Вот почему мы и сделали ставку на неё и более того, мы хотим помочь её очищенному сознанию стать благодатной почвой для появления шестой расы человечества.
– Все необходимые меры примем, лишь бы временной период пробуждения не затянулся дольше расчётного, в этом случае придётся задействовать экстренные источники, но такие вмешательства лишь усложнят выполнение миссии.
Владыка выразил свои чувства платиновым напряжением ауры:
– Да, Габриел, и для землян настают великие времена испытаний. Скоро спадёт пелена иллюзий, сбудутся древние пророчества. Уже близок низведённый на Землю огонь, и совсем скоро возгорится он, воздавая всякому по делам его. Торопит уже время Армагеддона!
– Ты прав, Тайе, наши братья предсказали грядущее и указали на путь любви, как единственное спасение от когтей тьмы, но люди так и не поняли глубинной сути их учений.
– Тяжела Карма человечества, не все смогут повернуться к свету и выдержать его ослепительного сияния, так и, оставшись в неведении о новой земле и новом небе, – в словах Владыки чувствовалась грусть. – Но ожидающих перемен мы должны спасти…
Некоторое время они провели в молчании.
– Что ж, всё готово к следующему шагу, собирай группу, Габриел, сбор состоится в Центре галактической информации.
Ожидание встречи с Владыкой надолго не затянулось. Вскоре два наиболее влиятельных лица Сензара появились в серебряной полусфере.
Владыка окинул пристальным взором наблюдателей, словно проверяя на прочность каждого:
– Подготовка к начальному этапу миссии завершена, настало время действовать. Не буду останавливаться на деталях задания, вы сами всё знаете. Просто хочу ещё раз напомнить о вашей ответственности перед тем миром и всей галактикой. В очищении сознания землян и его подготовке к новым условиям развития заключается наш с вами долг. Не скрою, миссия непростая, в лабиринтах невежества вас ожидают нелёгкие испытания. Найти выход и не заблудиться в этих сумерках вам поможет интуиция и вера. Вы сильные воины и вы в состоянии найти правильные решения и выход из любой ситуации! Не забывайте о вашей чести и преданности истине и всегда помните – кто вы, тем более в низших мирах. Удачи вам и до встречи!
На прощание Владыка Тайе безмолвно коснулся аурой каждого наблюдателя, делясь своей могучей силой.
Настала очередь Учителя Габриела. Стоявшие перед ним воины были его учениками, в которых он вложил свои знания и душу. Теперь они умели многое. Он доверял каждому, как самому себе и знал, что любой из них сделает даже невозможное, чтобы выиграть эту трудную битву. Габриел телепатически передал ученикам свои чувства, и те с благодарностью поглядели на учителя.
– Если следовать земной терминологии, вы будете находиться в тылу врага… ваша вера подвергнется суровому испытанию, а чувства попадут в сети плотских искушений, так было всегда. Избежать этого не удастся, но, несмотря на вынужденное беспамятство, вы должны довериться своей интуиции, и освободить сознание от тенёт иллюзии. Не ослабляйте бдительности! Даже после пробуждения вам придётся испытать нападки тьмы. Они сильны вначале, но встречая сопротивление, зло утрачивает силу и сворачивается в собственном страхе. Тьма не выдерживает натиска Света, помните об этом всегда. Со временем ваши сознания укрепятся и станут практически неуязвимыми. И помните, с каким бы ужасом и болью вы не столкнулись, духовная сила Сензара всегда придёт на помощь. Верьте ей!
Габриел ещё раз окинул взглядом своих учеников, а затем обратился к Эйтану:
– Наступил твой час, Эйтан. Прямо сейчас тебе придётся проделать путь в накопитель Надземных миров. Властелины кармы уже подготовили возможность для твоего переселения и уже ждут. Так что пора прощаться.
Не было места словам и эмоциям когда ауры наблюдателей соединились в одно целое. Но голос Габриела прервал недолгое молчание:
– Остальным ожидать моего сигнала на местах. Вы свободны.
После того как шестеро наблюдателей покинули помещение Центра, Габриел вновь обратился к Эйтану:
– Эйтан, тебе предстоит выполнить ещё одно задание, кроме нас о нём не будет знать никто. Во всяком случае, до прояснения ситуации.
Какое-то время они провели в деловом обсуждении, после чего Габриел пристально поглядел на своего ученика:
– Пойми, это очень важно не только для нас, но и для всего Сензара.
– Я понял вас, Учитель, и всё сделаю, как вы просили.
– А теперь пора. Сейчас я передам тебе координаты проявления в сфере Надземных миров. Ты готов?
– Да. Спасибо вам за всё, Учитель.
– Тогда в путь, до встречи – Странник!
Пролетело мгновение, и на месте, где только что находился Эйтан, осталась лишь светящаяся дымка. Начало было положено, но предчувствие чего-то неотвратимого не покидало сознание Габриела…
Спустя некоторое время через такую же процедуру прошли остальные члены группы за исключением Сатены, покинувшей Сензар последней.
Несколько позже в золотисто – серебряной энергосфере состоялась ещё одна встреча Владыки Тайе и Верховного координатора Габриела.
Взгляд Владыки буквально пронзил своего друга:
– Что случилось, Габриел?!
– Шестеро членов группы отправлены в накопители Надземных миров и ожидают земного воплощения. Но непредвиденный сбой произошёл с перемещением Эйтана, его след затерялся где-то в России…
– Какие меры приняты?
– Владыка Гория обещал сделать всё возможное, чтобы отыскать его. Хотя задача непростая, за это время в стране родилось слишком много человеческих детей. Но, исходя из сроков и региона воплощения, можно сузить круг поиска. Теперь нам необходимо набраться терпения.
– А нам его не занимать. Ведь так, Габриел? – с некоторой иронией проговорил Владыка. – Хорошо, держи меня в курсе дел, мне постоянно приходится отчитываться перед Галактическим советом.
Попрощавшись с Тайе, Габриел переместился в четырёхгранную пирамиду, сияющую аметистовым светом. В своей обители ему зачастую удавалось находить верные решения, но только не сейчас… Все, что было в его силах, он уже сделал. Информация о Страннике, касающаяся привычек, способностей, возможных проявлений характера была передана по специальному информационному каналу в Надземное братство и работа по его поиску уже велась. Оставалось лишь ждать результатов.
Осмысливая происходящее, Габриел буквально на миг почувствовал лучик души своего ученика:
«Значит, жив. Но где же ты, Странник?»
У задворок истины
Не понять эту муку без Бога,
Без него эта жизнь – суета,
Пусть у каждого будет дорога,
Чтоб найти неземные врата.
I
Гималаи… нескончаемые белоснежные вершины, окутанные дымкой облаков, изрезанные глубокими ущельями и живописными долинами, растянулись на тысячи километров от Тибетского нагорья до Индо-Гангской равнины. Безмолвно касаясь небес, они хранили в сердце своём великую тайну о духовной «жемчужине» Азии.
Ещё с давних времён люди олицетворяли эту таинственную страну с высшей справедливостью и духовной мудростью, слагая о ней многочисленные легенды. Не однажды искатели пытались найти её горный след, так и не дойдя до цели, но лишь призванным открывались невидимые тропы, ведущие в лоно загадочной обители. Даже природа охраняла великую святыню, уводя путников от цели, преграждая тропы непроходимыми ущельями, отвесными скалами и стремительными горными реками. Казалось, что сама непостижимая сила Всевышнего хранила её, скрывая в иллюзии неприступности.
Что же скрывали в себе седые вершины, объятые тайной прошлого? Помнят ли Гималаи правду о тех далёких временах Земли? Либо ответы до сих пор покоятся в глубинах мирового океана, как ныне материки загадочной Атлантиды. Тайны, тайны… Сколько же ещё их сокрыто в недрах веков?
Многие тысячелетия тому назад в середине четвёртого круга планетарного развития несколько «Высоких сущностей» с тонкоматериальных планет галактики появились в сфере Земли. Своим нисхождением в земные оболочки они открыли новую эпоху в развитии человечества, наделив землян принципами разумности. В наиболее опасные периоды человеческого взросления, когда бездуховность достигала своей критической глубины, они появлялись среди определённых народов, посвящая избранных в знания надземных истин. Со временем сакральные знания обрастали религией для масс, а пустые формы ритуальности заменяли верующим суть великих учений. Но с появлением нового Учителя духовная истина вновь выбиралась на «свет божий», пробиваясь сквозь сумрак религиозных догматов. И так было всегда на протяжении многих и многих веков… В необозримо далёком прошлом эти Великие завершили подобное восхождение на других планетах, достигнув немыслимого для землян развития. Их называли по-разному: богами, архатами, махатмами, святыми, пророками, но посвящённым они были известны как – Учителя человечества.
С некоторых пор в гималайской обители братства находились лишь младшие махатмы и подготовленные ученики, старшие же братья пребывали в надземных сферах, иногда появляясь на Земле для неотложных нужд. До определённого времени ашрамы братства были многочисленны и занимались не только просветительской, но и научной деятельностью. Используя незнакомые землянам технологии, они создавали чудо средства, наделённые аспектами разумности, принципиально отличавшиеся от известных человечеству аналогов.
Именно четвёртый период планетарного развития и должен был стать переходным, своеобразным этапом подготовки к сознательному единению духа с материей, чтобы «однажды предавшие бога» обрели наконец-то путь к своему истинному дому. До поры до времени развитие землян протекало по намеченному плану, но непредвиденные обстоятельства неожиданно вмешались в судьбу человечества, влача за собой серьёзные последствия. Причиной тому послужило беспрецедентное предательство одного из учителей землян, возомнившего себя единственным хозяином планеты. Подобные случаи хотя и являлись исключительными, но все же время от времени проявляли себя в среде молодых мирозданий. Именно тогда отступник заключил тайное соглашение с демоническими силами антимиров, вступив с ними в тёмную коалицию. А когда тень Кали – Юги ещё больше сгустилась над планетой, и упадок человеческого сознания достиг своей критической точки, союзники активизировали свои действия. Одурманивание землян проводилось с циничностью, не поддающейся здравому осмыслению: для этих целей использовались национальные и религиозные идеи, провозглашающие господство определённого государственно – расового клана, либо единственно истинной веры. Идеи нетерпимости к инакомыслящим насаждались в сознания людей, возбуждая инстинкты кровожадной толпы, и наравне с потребностями «хлеба и зрелищ» становились смыслом существования. Ещё неискушённое человечество глубоко увязало в силках своей низшей природы, умело расставленных добровольными помощниками хаоса. «Тёмные союзники» всеми силами старались скрыть истинную правду о посмертном существовании души, тем самым ограничивая мировоззрение людей пределами физической реальности. С тех пор и началось невиданное противостояние между силами Света и тьмы.
Битва за души человеческие развернулась одновременно в двух мирах, где были собраны все силы противоборствующих сторон. Неимоверное бремя долга перед земным миром легло на «плечи» Надземного братства…
Лишь в середине двадцатого столетия, потерпев сокрушительное поражение в тонких мирах, «тёмный хозяин» планеты был сброшен в низшие слои преисподней. Но в земной сфере силы хаоса не собирались сдавать своих позиций, и готовились к новым сражениям. После того, как планетарные противоречия уже в который раз накалилось до предела, угрожая перейти в катастрофу, и было принято решение о привлечении к работе необременённых земным прошлым наблюдателей с планеты Сензар.
В одной из базальтовых башен земной обители братства состоялась встреча двух великих Учителей человечества – Владыки Гория и Вут-Суми. Они появились в тонких астральных телах и вели разговор на телепатическом языке.
– Как обстоят дела с нашими подопечными? – после приветствия сразу же задал вопрос Гория, – Владыка Тайе просил снабжать его всей появившейся информацией.
– За каждого подопечного отвечает один из младших махатм и несколько его учеников. «Новорождённые» развиваются в определённом для них окружении в соответствии с кармической привязкой. Я уже доводил до твоего сведения, что монада одного из них была потеряна, но мы сузили круг поиска и вышли на несколько предполагаемых кандидатов. За ними будет вестись пристальное наблюдение, и рано или поздно Странник обязательно проявит себя, – ответил Вут-Суми.
– Миссия сензарцев подлежит полной секретности до её решающей фазы. Необходимо соблюдать все меры предосторожности, особенно при вынужденных контактах с подопечными. «Тёмные» всегда настороже, и остро чувствуют наше присутствие.
– Всё будет в порядке, координация действий поручена Джун-Кэлу, он же соберёт после пробуждения всех подопечных и поможет им восстановить прежние силы. Только после этого мы приступим к созданию антивирусных программ.
– Для их внедрения в психосферу необходимо подготовить дополнительные излучатели в горных районах Тибета и Алтая. На Алтае предлагаю использовать братьев Сензара, разумеется, после их реабилитации. Это очень сильные воины, они принесут огромную пользу, – промолвил Владыка.
– Я распоряжусь, чтобы всё организовали.
– Каковы астрологические предпосылки для России на ближайшие десятилетия?
– Далеко не благоприятные… Наш незабвенный владыка смерти и возрождения Плутон в восьмидесятые – девяностые годы окажет огромное влияние на подсознание человечества. А при его вхождении в созвездие Скорпиона в России обостряться все назревшие противоречия прошлого. Застоявшаяся энергия масс выплеснется наружу, порождая хаос и небывалые последствия.
– Как мы и предполагали, идеология государства рухнет именно в этот период, – задумчиво проговорил Владыка Гория.
– Верней всего, хотя для России потенциально существуют два варианта развития, но ты же сам знаешь, к сожалению, наши предложения были отвергнуты руководством страны.
– Значит, на месте руин бывшего Союза обозначиться новая Россия, ослабленная, без чётко выраженной концепции развития, но стремящаяся к свободе? – Владыка пристально поглядел на Вут-Суми.
– Так всё и будет, и в этот период для хаоса откроются все информационные двери. Силы тьмы предпримут, возможно, самую долгожданную попытку, чтобы поставить страну на колени. Именно тогда мы и должны подготовить первые антивирусные программы, чтобы сохранить равновесие государства.
– Ты прав, Вут-Суми, этот этап особенно важен для всей миссии. Поэтому возьми под контроль, чтобы антивирусные данные, полученные через монады шестерых членов группы, были синтезированы именно в середине данного периода.
– Хорошо. Но уверен, что полученная защита лишь на какой-то период разрядит вирусные поля. Спустя некоторое время они воссоздадутся в изменённой форме. Вот тогда возникнет необходимость ударного антивируса, зреющего в монаде Странника. Так как его «сон» продлится значительно дольше, он сумеет впитать в себя воздействие и мутировавшего зла.
– Если нам удастся воплотить задуманное в реальность, последнее слово останется за нами, – проговорил Владыка Гория. – Мировые изменения уже витают в пространстве, и России предстоят тяжёлые испытания на прочность духа. Нельзя её отдавать хаосу, а он за ней придёт. Мы должны удержать ситуацию под контролем!
– Во всяком случае, у нас будет отсрочка во времени… В середине девяностых годов, когда Плутон войдёт в созвездие Стрельца, наступит некоторая стабилизация, – напомнил Вут-Суми.
– Да, нам необходимы эти годы, за это время мы обязаны подготовить ловушку для «раненного зверя». Предпосылки для трансформации мирового сообщества должны созреть к восьмому году нового тысячелетия. Если расчёт окажется верным и ситуация не повернётся к нам обратной стороной, то к середине второго десятилетия сознания какой-то части человечества сумеют принять огненную трансмутацию.
– К этому времени мы должны подойти во всеоружии. Однако хаос успеет сделать своё дело, мы можем потерять целое поколение людей, – произнёс Вут-Суми.
– Согласен, это неизбежно, но несмотря ни на что, мы должны довести намеченное до конца. Уже грядёт новая эпоха, ведя за собой «Огненный ветер».
– К сожалению, потрясений Земле не избежать, слишком много накопилось невежества в её ауре. Разряжение её тёмных слоёв необходимо для очищения всей планеты, ведь «назревший нарыв» должен выйти наружу, – произнёс Вут-Суми, предвидя будущее.
II
Южная Индия, штат Тамилнад
В кафе одного из отелей небольшого индийского города Тируваннамалая трое молодых людей вели непринуждённую беседу. По странным стечениям обстоятельств два месяца назад все они получили приглашения для участия в международной молодёжной конференции, которая должна была состояться в городе Дели под эгидой Всемирного молодежного фонда. Однако вся странность заключалась в том, что будущие профессии ребят имели лишь косвенное соприкосновение с тематикой конференции. Нехарактерная для западного мышления тема касалась теории зависимости и освобождения души от материального мира, освещаемая взглядами философских школ: Веданты, Джайнизма и Санкхьи. Будучи людьми западного менталитета, глубоко не интересующимися вопросами религии, они оказались несколько в растерянном положении. Конечно, сомнения в целесообразности поездки возникали, но как всех молодых людей полных сил и стремления к чему-то новому, их завораживала экзотика приключений. И как ни странно родители ребят совсем не чинили препятствий. Возможно, при иных обстоятельствах подобное решение вызвало бы по меньшей мере удивление, но предстоящая свобода и перспектива окунуться в экзотический мир Востока по-особому «пьянили» их разум, не позволяя задуматься над истинными причинами происходящего.
До отеля друзья добрались лишь поздним вечером. Измученные дорогой и жарой, они приняли душ и тут же отдались богу сновидений – Морфею. Утром они спустились в кафе отеля и заказали завтрак, заранее зная, что в этом городке им могут предложить исключительно вегетарианскую пищу. Молодые люди никогда не придерживались строгой вегетарианской диеты, но уже успели проникнуться уважением к индийским традициям. Незамедлительно к ним подошёл добродушный официант. Выслушав пожелания, он улыбнулся и на сносном английском языке поблагодарил за заказ. Томить друзей голодом он не стал, и вскоре принёс на большом подносе завтрак. Он состоял из рисовых лепёшек, овощей карри, пельменей с начинкой из маринадов, а на десерт была простокваша. Новый товарищ ребят – Раджив, с которым они познакомились на конференции, уверял, что в жару лучшего напитка, чем простокваша дхай просто не найти. В это время в кафе уже царило затишье, только за дальним столиком сидели мужчина с женщиной, они были явно не из местных и периодически удостаивали друзей мимолётными взглядами. Все остальные обитатели отеля уже давно обходили городские достопримечательности и места паломничества. После плотного завтрака ребята обменялись мнениями о колорите южноиндийской кухни, сумев оценить её по достоинству, и стали ожидать Раджива. По его же словам два года назад он окончил Делийский университет по направлению восточной философии и древнеиндийского языка санскрита. Ещё на конференции Раджив обратил на себя внимание недюжинными организаторскими способностями, став одним из самых активных её участников. В ожидании товарища ребята с удовольствием вспоминали о неповторимых днях своего пребывания в Дели. Сама атмосфера конференции незаметно сблизила новых друзей, заставляя задуматься о вещах ранее их не интересовавших, но ставших сейчас постоянной темой обсуждений. Экскурсии по городу ещё более усиливали остроту ощущений от знакомства с древней культурой. Они посетили все основные достопримечательности города, в том числе Красный форт, построенный ещё шахом Джаханом в период расцвета Могольской империи, выходящий на знаменитый рынок, представляющий цвет индийской экзотики с его невообразимой плотностью, толкотнёй, криками продавцов, ароматами индийской кухни и всевозможной бытовой мелочью. Побывали в одном из символов Дели, самой большой мечети в Индии – Джама Месджид, во дворе которой могло одновременно поместиться два десятка тысяч человек. Вечерами ребята гуляли по площади Коннаут в Нью-Дели – цитадели туризма и деловой жизни, обходя магазинчики, заглядывая в многолюдные рестораны, общались с бойкими торговцами сувениров. В конце площади они не раз задерживались у сорокадвухметровой триумфальной арки, называемой воротами Индии, и любовались её величием. А, кроме того – была ещё уйма других впечатлений.
Как-то само собой разговор друзей переключился на отвлечённые темы. Всё началось с неожиданного заявления Стивена:
– А вы знаете, ребята, я нисколько не жалею об этой поездке. Столько нового довелось узнать! Что нас ожидает дома, карьера, деньги? Эта вечная погоня за призраками благополучия и признания.
Своей вальяжной раскованностью парень так походил на истинного американца. После окончания Стэндфордского университета, в котором он занимался изучением искусственного интеллекта, Стивен имел потенциальную возможность добиться больших успехов в этой области.
– Ой-ой… А почему бы и нет? – зелёные глаза рыжеволосой Даниэлы лукавыми лучиками заскользили по лицу собеседника. – Ведь ты же всю свою сознательную жизнь стремился именно к этому.
– Ну да, стремился, пока не начал кое-что понимать…
– Интересно, интересно и что же тебя просветило?
– Мысли, всё мысли, милая. Сдаётся мне, что исследования искусственного интеллекта не будут иметь смысла, пока не познан до конца наш человеческий.
– Да-а, вот это самокритичность! Тебе, друг мой, на философский факультет нужно было поступать, – вмешался в разговор Рендел, худощавый молодой англичанин с заострёнными чертами аристократичного лица.
– Это почему же?
– Философия, Стивен, не требует научных доказательств истины, она просто допускает её существование. В этом случае тебе лишь останется понять себя.
– Но как понять себя, Рендел?!..
– А вспомни-ка недавние лекций профессора Дата, ведь помимо умственных спекуляций восточная философия ещё опирается на непосредственное проникновение в истину через духовно-интуитивное прозрение.
– Умник! Не подскажешь, как это сделать? – разгорячился Стивен.
– Нет, в этом я тебе не помощник, лучше обратись к Радживу.
– Пожалуй.
– Ребята, а вам не кажется, что в последние дни тематика наших бесед сильно изменилась? – Даниэла вопросительно поглядела на друзей. – Мы всё чаще стали вспоминать о душе.
– Ты хочешь сказать, что пора бы о ней и подумать? – насмешливо заметил Рендел.
– Нет, я серьёзно! Может, это как-то связано с приглашением посетить Индию?
– Хм… я тоже постоянно об этом думаю, – задумчиво произнёс Стивен, приглаживая свою непослушную светлую шевелюру. – Не случайно наше появление здесь, не случайно… У меня даже складывается впечатление, что кто-то очень желал нас видеть на этой земле. Но кто и с какой целью?
– Когда я получила приглашение, честно сказать была в недоумении… в нашем университете некоторые ребята очень серьёзно увлекались восточной философией, а пригласили именно меня. Почему?
– И у меня, Даниэла, была такая же ситуация, – произнёс Стивен, откидываясь на спинку стула. – Но ещё больше не понимаю, почему родители так быстро согласились меня отпустить и без лишних вопросов ссудили деньгами?
– Может быть, потому что ты стал уже взрослым мальчиком? – хихикнула девушка.
– Шутница! – вспыхнул Стивен.
– Не обижайся, милый, я же любя.
– Кстати, а вы заметили, с каким вниманием и заботой относится к нам Раджив? – произнёс Рендел, оглядывая ребят своим прищуренным взглядом. – Конечно, можно погрешить на национальное гостеприимство, но что-то здесь не так, слишком уж заинтересован он в нас. Есть здесь какая-то тайна, и мы должны её разгадать…
– М-да… наверно, ты прав, Рендел, – Даниэла постучала своими изящными пальцами по столу. – Вы помните его глаза? В них же может уместиться весь этот мир! А те необычные ощущения, когда он находился рядом? Я как женщина не могу увидеть в нём мужчину, но в нём есть нечто иное, более сильное и цельное, что ли… хотя он и не на много старше нас.
– Даниэла, а во мне ты мужчину видишь? – Стивен попытался шуткой рассеять знакомое и ему ощущение.
– А ты никак на комплимент напрашиваешься? – девушка лукаво улыбнулась и ласково потрепала Стивена по шевелюре.
– Мне кажется, что вы давным-давно знакомы, отношение между вами такие естественные без лишнего жеманства. Не находите? – усмехнулся Рендел, поглядывая на друзей.
– Ага, ещё скажи, что узы кармы держат нас в своих крепких объятиях, из воплощения в воплощение подталкивая к своей судьбе. Тоже мне… Ты шутишь или действительно веришь во всё это?! – произнёс Стивен, вопросительно взглянув на Рендела.
– Не знаю, не знаю… но если не понимаешь чего-то, это не значит, что его не существует вовсе, просто сознание ещё не готово к восприятию.
– Шутки шутками, но все-таки, ребята, нам необходимо проявлять осмотрительность в отношении к Радживу, – с полной серьёзностью сказал Стивен, развернув широкие плечи, – необходимо разобраться в истинной причине его внимания к нам.
– Ты не ошибся, Стивен, моё внимание к вам не случайно…
От неожиданности ребята вздрогнули и почти одновременно обернулись на знакомый голос с южным акцентом. От дверей кафе к ним направлялся улыбающийся Раджив.
– Как ты услышал наш разговор, неужели мы так громко болтали? – удивилась Даниэла.
– Друзья мои, наша встреча действительно не случайна, и вы очень скоро поймёте – почему. Единственное что хочу вам сказать, не бойтесь ничего и верьте мне, всему своё время. А сейчас давайте сделаем так, я поднимусь в свой номер, умоюсь, ну а потом начнём знакомство с городом. Мне достаточно получаса, встречаемся у входа в отель, – подмигнув друзьям, Раджив быстрым шагом направился наверх.
Через тридцать минут вся группа собралась в условленном месте. За это время Раджив успел переодеться в лёгкую национальную одежду, дополнявшуюся коричневыми сандалиями и небольшой матерчатой сумкой свисавшей с его плеча. Остальная компания облачилась в бриджи и футболки; головы парней гордо украшали бейсболки с названиями каких-то спортивных команд, а Даниэла кокетливо водрузила на свою рыжую головку эффектную панаму. Кроме того ребята вооружились фотоаппаратами последних моделей.
– В путь, друзья мои! – скомандовал Раджив, направляясь в сторону виднеющейся горы. – Пока мы идем, я буду рассказывать, а вы просто послушайте.
Ребята переглянулись и молча двинулись вслед за ним.
– В конце прошлого столетия один юноша постиг то, к чему долгие десятилетия в основном безуспешно стремятся многочисленные духовные искатели, – начал свой рассказ Раджив. – Ощущение сильнейшего страха смерти привело его к постижению себя. На востоке этот феномен называют духовной реализацией – самадхи, или реализацией Атмана. Иными словами, он ощутил свою бессмертную неразрушимую сущность, не имеющую отношения к телу, уму, или личности. Он постиг в прямом переживании, что ничего не существует отдельно от всеобщего единого сознания, воплощённого в человеческих личностях и Вселенной, а в непроявленном состоянии являющегося – Богом. Будучи обыкновенным учеником, юноша какое-то время скрывал от людей свои ощущения, но с каждым днём могучая сила Атмана всё сильнее и глубже захватывала его, открывая неведомое. Решение было принято, собрав нехитрые пожитки, он двинулся в путь к священной горе Аруначале, почитаемой индусами как проявление Бога Шивы…
Их путь пролегал через многолюдные улочки кипящего жизнью городка, мимо проносящихся моторикшей, торговых лавок, одноэтажных невзрачных жилых домиков и по-восточному экзотических зданий. А между тем Раджив продолжал:
– Юноша решил остаться навсегда у подножия этой святыни, предавшись глубочайшему созерцанию. На протяжении нескольких лет он практически не принимал пищу и воду, обходился без сна, так как погружённость в себя была настолько интенсивной, что не требовала ничего больше. С годами его внутренняя сила стала проявляться духовным сиянием, привлекая к себе паломников со всего мира. Со временем возле склона горы вырос ашрам, и молодой человек, получивший имя – Шри Рамана Махарши, стал на стезю учительства. Вначале своего пути большую часть времени он проводил в глубоком молчании, излучая через него свою силу, успокаивающую человеческие умы. Но со временем он уже стал давать устные объяснения того, что постиг в тишине. Шри Рамана и сам не раз утверждал, что только великая сила безмолвия способна без искажений передать подобное переживание, и никакие интеллектуальные диспуты не в силах открыть покров этой тайны. С тех пор Шри Рамана Махарши стал великим мировым Учителем и глубоко почитаемым святым. Я бы очень хотел, чтобы вы на месте прониклись ощущением духовной силы учителя Раманы, ведь он и Аруначала уже давно стали единым целым, их нельзя отделить друг от друга.
– Ты ведёшь нас к горе, где святой провёл оставшиеся годы жизни? – спросил Стивен.
– Да, мы побываем в ашраме учителя, но вначале посетим храм Аруначешвары, он так же расположен у подножия Аруначалы.
Рассказ Раджива навеял на Даниэлу волну непонятных ощущений, смешавшихся с трепетом и щемящей тоской. Что-то знакомое шевельнулось в её душе и призывало знать ещё больше.
«Не связанно ли это с окружающей обстановкой, с памятью прошлых веков, осевшей на улицах и камнях зданий, ведь как говорил Раджив, город является одним из древнейших в мире», – подумала девушка.
– А в чём всё-таки суть учения Шри Раманы?– спросила немного взволнованная Даниэла. – Объясни проще.
– Проще, говоришь? Попробую. Суть учения заключается в познании самого себя, своей истинной глубинной природы. Для этого необходимо в тишине освободиться от всех желаний и тревог своего «маленького я» и развернуть успокоенный ум вовнутрь, к ощущению себя… не тела, а самого бытия в себе, которым мы и являемся изначально. Если рвение искателя превратиться в настоящий поиск, то душа поведёт его к самым глубинам познания истины и, в конце концов, сольётся с бесконечным космическим началом.
– Разве возможно такое при нашей прагматичной жизни с её житейскими привязанностями и привычным мировоззрением? – скептически заметил Рендел.
– Всё в наших силах, друг мой, – таинственно улыбнулся Раджив. – Ты ещё не знаешь всех своих возможностей, быть может, совсем скоро ты со смехом будешь вспоминать о своих наивных вопросах. Как знать. В школьные годы я часто бывал в этих местах гостя у своей бабушки. Я бродил в толчее паломников, проникаясь духом святых мест, и так же как Шри Рамана полюбил всем сердцем Аруначалу. Сила неведомая таится в ней!
На роковых весах
На роковых весах Божественной Фемиды
Сознание веков, меча, рождая глас,
Сложило все права с великой Атлантиды,
Отметив в Небесах её последний час.
I
Мастер Цзяньян сидел на внушительном валуне и внимательно наблюдал, как его ученик отрабатывал технику одного из древнейших стилей ушу – Нань цюань. Находясь в устойчивой позиции, молодой мужчина чередовал короткие и длинные удары по воображаемому противнику, его жёсткие движения плавно переходили в мягкие и вновь взрывались освобождённой энергией. После часа занятий мастер обратился к ученику:
– Достаточно, передохни немного и продолжим.
Пока мужчина бегал умываться к водопаду, что-то заставило Цзяньяна заглянуть в своё прошлое. Уже минуло почти десять лет, как он поселился в юго-восточной части Тибетского нагорья вдалеке от мирской суеты, чтобы постичь свою бессмертную сущность. Ещё с юных лет он невольно задавался вопросом о тайне бытия, изучая философию буддизма и даосизма у достойных последователей этих учений, его интересовало всё, что хоть как-то могло приоткрыть завесу неведения и показать дорогу к истине. За прошлые годы он сумел овладеть навыками управления энергией через различные техники ушу и цигуна, добившись в этом выдающихся результатов, но всё равно до конца удовлетворён не был. Когда-то у него была даже своя школа восточных единоборств, но в один прекрасный момент он почувствовал острую необходимость удалиться в уединение, чтобы окончательно слиться с бесконечным Дао. Однажды к всеобщему огорчению родственников и учеников, Цзяньян объявил о своём намерении уйти из мира в отшельничество. Проделав нелёгкий путь из северной части Китая к Тибетскому плоскогорью, он долго искал подходящее место для своей последней земной обители, пока не остановился на одной из пещер в долине реки на склонах среднегорья. Место оказалось вполне удачным: поблизости находились источники с питьевой водой, а в нижних ущельях долины зеленели лесные массивы, состоящие из смешанных пород деревьев. Со временем Цзяньян оборудовал в пещере двускатный шалаш из сосновых жердей, покрыв его с внешней стороны мхом и корой деревьев, а пол застелил ровным слоем хвои. Рядом с пещерой Цзяньяна возделал небольшие участки земли, засеяв их ячменём, гречихой и фасолью. Собранного урожая ему вполне хватало для пропитания. Однако мастера всё же разыскали близкие родственники, и в дальнейшем стали периодически навещать. Лет пять назад, его любимый внук Чжао посадил возле пещеры две яблоньки, одна из которых прижилась и даже взялась плодоносить. Наверное, жизнь Цзяньяна так бы и продолжалась в размеренном ритме уединённого существования, но за последние три месяца всё кардинально изменилось. Как обычно мастер Цзяньян пребывал в глубокой медитации с обращённым на восток взором, созерцая свою внутреннюю сущность, но вдруг его интуитивное зрение почувствовало приближающихся людей. Он перевёл взгляд вниз к подножию горы и увидел два человеческих силуэта. Спустя некоторое время появились уставшие путники, один из которых был его родным внуком.
– Здравствуй, дедушка! Как твоё здоровье? – широко улыбнулся Чжао.
– Спасибо, не жалуюсь пока, – ответил мастер, крепко обнимая парня.
– Высоко же ты живёшь дед, нелегко добираться…
– Ты ещё молод, грех жаловаться на свою немощь. Вижу ты не один. Кто же твой попутчик?
Цзяньян внимательно оглядел незнакомца.
– Познакомься, дед, его зовут…
– Называйте меня – Валидом, – на ломанном китайском языке, представился мужчина.
– «Новорожденный»? – переспросил мастер.
– Вы правы.
– Хорошо, умойтесь с дороги, а я пока согрею чайник.
– Да, дедушка, мама же послала твой любимый зелёный чай, – спохватился Чжао, выкладывая из рюкзака все принесённые подарки.
– Спасибо, что не забываете отшельника.
Пока молодые люди умывались, мастер успел приготовить еду, обдумывая между делом появление нового человека:
«На вид не больше тридцати, но виски уже побелели… недавний шрам на щеке, взгляд сильный, но он не скроет от меня муку, разрывающую его сердце. Это воин, и ему многое довелось пережить».
Потом все трое расположились у плоского камня, исполнявшего роль стола и приступили к обеду. Мастер угощал гостей гречневой кашей с фасолью, а затем они с удовольствием отведали его цветочного чая. Во время чаепития дед с внуком перебрасывались короткими фразами, касающимися жизни их многочисленных родственников и учёбы Чжао. За эти минуты Валид не проронил ни слова.
– Дед, мне нужно с тобой поговорить наедине, – позже сказал Чжао, увлекая мастера за собой.
– Ну пойдём. Извините, Валид, мы вас оставим.
– Ничего.
– Не знаю даже с чего начать, – произнёс парень, когда они отошли в сторону.
– А ты говори как есть, я пойму.
– Знаешь, дед… мы с Валидом познакомились в Москве и разговорились, с ним случилась большая беда, он был тяжело ранен на войне и утратил память. А врачи, так и не смогли ему помочь. Дедушка, ты, конечно, извини меня… но я пообещал, что ты попытаешься вернуть ему память. Возьми его в ученики и помоги. Я прошу тебя!
– А ты не забыл, почему я здесь?! – сурово проговорил Цзяньян, пронзая взглядом внука. – И ты прекрасно знаешь, что я не беру больше учеников!
– Сделай исключение, дед, поверь, это хороший человек… Ты уже многим помог, помоги и ему! – настаивал парень.
– Чжао, зачем ты даёшь за меня обещания, кто тебе это позволил?!
– Дед, пойми, это особый случай, я чувствую!
– Он чувствует…
Поначалу мастер хотел решительно отказать внуку, но что-то заинтересовало его в этом человеке, в последние минуты Цзяньяна не оставляло ощущение, что он действительно необходим ему.
Мастер подошёл к Валиду и пристально поглядел ему в глаза:
– Ты можешь остаться, но должен полностью подчиниться моей воле, иначе ничего не получится.
– Я согласен.
С тех пор Валид стал учеником мастера Цзяньяна.
Ещё на первых занятиях мастер пришёл к выводу, что Валид был знаком с техниками рукопашного боя довольно на хорошем уровне, но чтобы достичь уровня его мастерства, парню нужны были долгие годы упорных тренировок. Больше двух месяцев Цзяньян присматривался к нему, нагружал работой по хозяйству и обучал в основном методикам дыхания, он хотел, чтобы мысли Валида успокоились, а тело окрепло. И только после того как процесс восстановления завершился, они приступили к серьёзным тренировкам.
Легко спрыгнув с валуна, семидесятилетний мастер подошёл к Валиду.
– Нападай! – приказал он.
– Так сразу? – удивился мужчина.
– Ты не ослышался. Нападай, не жалей старика!
Три резких удара мгновенно обрушились на корпус мастера и все провалились в пустоту.
Не сходя с места, Цзяньян насмешливо глядел на своего обескураженного ученика.
– Ошибка в том, что ты наносишь удар кулаком, но впереди него должна лететь энергия мысли, лишь она способна сокрушить неуязвимого. Попробуй ещё раз.
Вновь два удара готовы были поразить мастера, но всё вышло наоборот. Будто подкошенный Валид упал на колени.
– Да-а… учитель, – проговорил он, с трудом восстанавливая сбитое дыхание, – далеко мне ещё до вас…
– Во-первых, всё зависит только от тебя, а во-вторых, у нас с тобой совершенно иная задача, если ты, конечно, не забыл.
– Я всё помню.
– А теперь послушай меня внимательно, это очень важно для твоего духовного прогресса. Запомни, Валид, сознание эмоционального человека блуждает вовне в поисках объектов чувств, поэтому, его жизненная сила рассеивается и разлагается. Как избежать этого, ты знаешь?
– Ну… наверно, нужно владеть своими эмоциями.
– В принципе, верно, а если точнее, то тебе необходимо соединить в себе три драгоценных элемента: воспроизводящую силу, жизненное дыхание и свой дух. Если ты очистишь себя от мысленной зависимости, дух станет свободным от вялости и привычек, а мысли перестанут блуждать и подчиняться ему. Ты должен научиться концентрации на исходной полости духа за межбровьем, при непрерывном созерцании твоё сердце станет чистым, а душа возвышенной, развивая могучую жизненность. Твоя основная сущность проснётся для пустоты, которая поведает тебе о том, что её не существует. Возможно, твоя память пробудится на каком-то из этапов йоги, время покажет. А вначале мы должны прочистить и освободить твои энергоканалы, в этом нам поможет даосская йога и цигун. Основных каналов всего восемь, самые главные это «Ду мо» – канал управления, и «Жэнь мо» – канал действия. Первый начинается от основания половых органов и поднимается через копчик по позвоночнику вверх к головному мозгу, второй берёт начало там же, поднимаясь по животу до той же конечной точки. Через эти каналы по большому и малому кругу циркулирует жизненное дыхание. Ты должен пробудить его силу, только после этого мы сможем двигаться дальше. Но знай, что энергия «ци» – это дыхание самого Дао.
– А что такое Дао, Учитель?
– Дао, это высший Абсолют, закон мироздания и великий путь гармонии, – произнёс мастер, – он в чём-то тождественен с Атманом в индуизме.
– Я слышал, что у буддистов существует такое понятие как нирвана… В чём её суть?
– Хм… трудно объяснить это понятие словами, это совершенно иной виток восприятия реальности, – произнёс мастер и глубоко вздохнул. – Я и сам долго пытался её постичь… нирвана выходит за пределы обыденного понимания, но если попытаться её описать, то скорей, это состояние непостижимой безмятежности, бесстрастия и невозмутимости. Это окончательное освобождение от беспокойства возбуждённого метущегося ума… нирвана – это великое равновесие знающего себя и в тоже время высочайшее духовное напряжение.
– Учитель, как можно совместить несовместимое?! – воскликнул Валид.
– Несуразица возникает лишь в твоём понимании, но познавший себя не видит в том противоречий.
– Но возможно ли мне достичь такого немыслимого состояния?
– Ты прав… слишком высоко находится эта вершина и непрост путь к ней. Тебе придётся пройти сквозь иллюзию неведения, скрывающую твою сущность, и победить незримых демонов твоих страстей. Лишь пройдя сквозь огонь очищения, презрев страх и боль, освободившись от ненужных мирских желаний, ты сможешь обрести истину. Ты готов идти до конца?
– Да, Учитель.
II
Миловидная стюардесса объявила, что через двадцать минут авиалайнер совершит посадку в аэропорту города Дели, пожелала удачного приземления и попросила пристегнуть привязные ремни. Вскоре самолёт уже катился по бетонной полосе к месту стоянки. Температура воздуха в городе была выше тридцати градусов, и Сатене пришлось сложить тёплую куртку в сумку. Весь колорит Южной Азии она ощутила уже в здании аэровокзала, где с группой студентов ожидала выдачи багажа. Абсолютно другая атмосфера жизни пестрила здесь необычной одеждой, мелькала смуглыми лицами, разливалась непонятной речью. Прибывшие студенты собрались в большом зале и провели в нём ещё несколько минут, пока сопровождавшая группу женщина что-то выясняла с представителем Делийского университета. Стелла осмотрелась и заметила, как в их сторону направляются двое мужчин. В одном из них она сразу же узнала Ридана, а лицо второго ей не было знакомо. Но встретившись взглядом с его живыми проницательными глазами, она безошибочно поняла, кто это.
– Кадир! – воскликнула девушка, бросаясь ему на шею.
– Сатена, девочка… знаю, нелегко пришлось тебе, но всё уже позади, ты с нами, – гладя её по голове, приговаривал Кадир.
Затем она по-дружески обняла Ридана.
– Ридан, спасибо тебе за всё!
– Я рад тебя видеть, Сатена, на земле Индии. Вы подождите пару минут, я улажу некоторые формальности.
Ридан подошёл к представителю университета и что-то стал объяснять ему на хинди.
– Вот и всё, ты свободна, Сатена. Пора начинать новую жизнь, – произнёс Ридан, вернувшись назад.
– Слава Богу! А то я уже измаялась исполнять роль пытливой студентки.
– Можешь снять маску, будь собой, – рассмеялся Ридан.
– До сих пор не верится…
– Всё, друзья мои, поговорим по дороге, в путь! – заторопил их Кадир.
Они взяли такси и направились в Нью Дели, где находился железнодорожный вокзал. Через три часа от него отходил поезд, на котором они должны были добраться до города Мандраса.
В ожидании посадки они успели обсудить многие вопросы, а потом Ридан посадил их на поезд, пожелав счастливого пути. Ожившая цепочка пассажирских вагонов, увлекаемая неутомимым тепловозом, медленно тронулась на юг. Их путь пролегал практически через всю страну, но Мандрас не был конечным пунктом, оставшуюся часть маршрута им предстояло проделать на автобусе до небольшого по индийским меркам городка Тируваннамалая.
– Разве мы одни будем в купе? – спросила девушка, одновременно рассматривая непривычные для неё занавески, отделяющие плацкартные места.
– Да, нас не побеспокоят, Ридан всё уладил.
– Как здесь жарко, а в Сибири сейчас лютый холод, – с улыбкой отметила Сатена.
– Вот такие контрасты на Земле, видишь, в чём я хожу, – произнёс Кадир, показывая на льняные рубашку и штаны. – И ты можешь переодеться. Есть во что?
– Да, есть.
Когда Сатена появилась из туалетной комнаты в свободных шортах и футболке, Кадир задорно рассмеялся:
– Совсем другое дело! Теперь ты напоминаешь наших студентов на второй день приезда в Тируваннамалай.
– Забавно, что ты их называешь студентами. Расскажи, как всё произошло у вас? Мне очень интересно.
– Сложилось всё боле менее удачно, исключая конечно гибель Авии Зиры. Я пробудился первым, как и рассчитывал ещё на Сензаре, ведь находился в окружении единомышленников. Да и великая духовность Индии помогла мне в этом. Труднее пришлось остальным, менталитет западного воспитания никак не располагал к искренности с собственными душами. Но мы нашли всё же одну зацепку за свойства их характеров…
– Позволь, я сама угадаю.
– Попробуй, ты же их хорошо знаешь.
– Конечно же, это неуёмная любознательность, натуру исследователей невозможно умалить ничем. Угадала?
– Ты права, на этом мы и построили весь спектакль. Сопротивлялись они недолго, хотя поначалу мучились внутренними сомнениями, но, в конце концов, стремление к неизведанному побороло все страхи. А испытание они проходили в пещерах на склонах горы Аруначалы, как адепты духовных практик прошлого.
– И со мной тоже разыграли в некотором роде представление, – вспомнила Сатена.
– А про тебя, родная моя, я всё знаю, все твои успехи и неудачи проходили через моё сердце. Я даже знаю, что ты сумела одержать первую победу.
– Но это было не так сложно.
– Всё равно ты – молодец!
– Кадир, неужели за вами до сих пор присматривают? – спросила Сатена.
– Так заметно?
– Я почувствовала это внимание.
– Значит, твоя интуиция уже просыпается. Да, пока мы здесь, охрана не будет снята.
Кадир внимательно поглядел на Сатену:
– Как ты себя чувствуешь?
– Уже лучше, во всяком случае, не так мучительно как раньше.
– Я вижу по твоей ауре, что восстановление идёт успешно. Мы поможем тебе войти в норму, эту методику мы апробировали на себе.
– И сколько это займёт времени?
– Думаю, не меньше двух месяцев. Затем мы переберёмся в Гималаи и займёмся обработкой исходных вирусных данных. А после этого надолго обоснуемся в горном Алтае, там уже всё приготовлено для работы.
– Вы были там?
– Да, мы досконально изучили эту местность, пространство вокруг Белухи как будто пропитано огнём Космоса. Нам это на руку, попробуем объединить все возможности для работы.
– Белуха… когда-то я читала о ней и даже мечтала взобраться на её вершину.
– Скоро твоя мечта сбудется. Красота тех мест впечатляет, словно сама вечность застыла в её ледниковом величии.
– Два месяца… Я должна во что бы то ни стало догнать вас!
– Не переживай, у нас всё получится.
Сатена с благодарностью взглянула на Кадира.
После недолгого молчания он предложил:
– Хочешь я расскажу об Индии, это очень необыкновенная и таинственная страна.
– Конечно, Кадир, я с удовольствием послушаю.
Он начал рассказ о своей земной родине, которую ещё с раннего детства искренне полюбил всем сердцем. Сатена с интересом слушала его, но между тем вспоминала о другой совсем недавней поездке к озеру Рица. Тогда таким же искусным рассказчиком стал для неё Олег.
«Где же он теперь, мой верный друг?» – с приятной грустью подумала девушка.
С наступлением сумерек Кадир выглянул в окно, рассматривая проплывающие пятна горных массивов.
– В Мандрас поезд прибудет рано утром, так что давай отдохнём, – предложил он.
– Не знаю, смогу ли я заснуть… столько впечатлений накопилось.
– Вскоре нам предстоит нелёгкая работа, так что береги силы, – улыбнулся мужчина.
– Кадир, на сегодняшний день мы сможем остановить распространение вируса? – вдруг поинтересовалась Сатена.
– Должны, во всяком случае, на какое-то время мы сумеем его «связать». Странник нам нужен ко времени, внутри него зреет ключ к ядру вируса. Он должен впитать в себя его сущность и самостоятельно обезвредить «корни», вот тогда мы полностью сумеем расшифровать его знаковый код.
– Я должна участвовать в поисках, уверена, что разыщу его! – решительно заявила Сатена.
– Все будем его искать, – задумчиво произнёс Кадир. – Давай всё же отдохнём.
Рано утром Кадир разбудил Сатену:
– Вставай, родная, скоро приедем.
Убаюкивая пассажиров ритмичным стуком колёс, поезд неторопливо бежал вдоль побережья Бенгальского залива. Сатена привела себя в порядок и стала глядеть в окно, любуясь открывающимся видом на огромный песчаный пляж. Через несколько минут они уже въезжали в город.
– Кадир, а Мандрас большой город? – поинтересовалась девушка.
– Да, один из самых крупных в стране, он был основан ещё древнейшей цивилизацией дравидов.
На моторикше они добрались до автовокзала, а чуть позже уже с билетами ожидали отправки автобуса до Тируваннамалая.
– Ещё часов пять езды, и будем на месте, – вздохнул Кадир, располагаясь на сидении, а затем уже шёпотом добавил:
– Всё, в последний раз пользуемся земными средствами, слишком уж неудобно.
– Как ты прав, уже нестерпимо хочется свободы и лёгкости, – мечтательно произнесла Сатена.
– Потерпи, милая, скоро мы станем, кем были.
– Как я рада, что мы вновь вместе, – расплылась в улыбке Сатена, положив голову на плечо Кадиру.
После изнурительной пятичасовой тряски, они, наконец, подъехали к конечному пункту своего пути. Экзотический экипаж остановился возле уютного каменного дома ещё два года назад приобретённого Риданом. Он очень удачно располагался на самой окраине города ближе к южному склону Аруначалы и был окружён прекрасным фруктовым садом, сквозь который прямо к дому тянулась дорожка, выложенная из природного камня. Из дома навстречу им выбежали заждавшиеся друзья: Санель, Ол Розо и Шаин.
Эту долгожданную встречу самых близких по духу существ невозможно было описать словами. Они окружили Сатену и несколько минут не выпускали из своих объятий. Потом они прошли в дом, где всё уже было готово к приезду Сатены, праздничный стол красовался разнообразием блюд южноиндийской кухни. Закончив трапезу, они удобно расположились на мягких диванах.
– Вот нас уже и пятеро, мы сильны и способны на многое, – произнёс Кадир. – Первая фаза миссии завершена, костяк группы собран. Конечно, нам будет нахватать Авии Зиры, но уже ничего не поделаешь…
– Кадир, когда мы подключимся к поиску Странника? – поинтересовался Шаин.
– Вы же прекрасно знаете, в чём состоит наша задача, и давайте не будем повторяться, – не терпящим возражения голосом ответил Кадир. – Когда закончим с синтезом антивирусных сывороток, подключимся и мы. Но скорей всего мне всё же предстоит навестить Абаддона, давно мы не виделись с ним, а нам есть что вспомнить.
– Я пойду с тобой! – незамедлительно предложила Сатена. – Эта встреча может оказаться непредсказуемой.
– Ты ещё не готова. Мы переместимся в Самеру с Джун-Кэлом, в ментальных телах. Это решение не обсуждается!
– Он ничего тебе не расскажет, это пустая трата времени, – вступил в разговор Ол Розо. – И я сильно сомневаюсь, что они прячут Странника в своём «могильнике». Какой смысл в этой встрече?!
– Не скажи… хотя он и хитёр, но полезной информацией всё равно поделится, вольно или невольно. Нам нужно его прощупать, перед решающей битвой противнику лучше взглянуть в глаза, они могут о многом рассказать.
– Кадир, я бы тоже не спешил с этим, – поддержал товарища, Шаин, – думаю, что Странник находится в пределах земного мира, в ином случае «тёмные» бы не удержались от злорадства.
– Вот мы и проверим правоту твоих слов. Всё, дискуссия закончена!
– Друзья мои, не желаете подняться на Аруначалу, встретить закат? – предложила Санель, пытаясь разрядить обстановку.
– Действительно, нам не помешает развеяться, – уже примирительным тоном произнёс Кадир. – Мы устали от бездействия, а это угнетает.
Предложение сразу же нашло поддержку, и сензарцы поспешили на улицу.
– Не боитесь оставлять дом без охраны? – спросила Сатена.
– За ним присмотрят, – успокоил её Кадир.
Возле подножия горы Сатена обогнала своих товарищей и неожиданно для всех рассмеялась. Все с удивлением ожидали пояснений…
– Я почему-то вспомнила Сензар, как мы шутили насчёт земных отношений, и мне вдруг стало весело, – со смешинками в глазах произнесла Сатена.
– Да и про бурдюки что-то там говорили, – напомнил Шаин.
– Санель, милая, нас хотят поддеть! – захохотал Ол Розо. – Разве я похож на бесформенный бурдюк?
– Совсем нет, дорогой, – ответила Санель, через силу сохраняя серьёзный вид. – Ты парень хоть куда!
– И ты готова отдать мне своё сердце?
– А почему бы и нет.
– Так, так… а может, мы соединим сердца молодых, пока они ещё не сбросили земные оболочки, – насмешливо произнёс Шаин. – Проведём соответствующий обряд, свяжем влюблённых узами духа… одним словом – узаконим их обоюдное стремление. Как вы на это смотрите?
– А наших будущих детей, ты будешь нянчить, дядюшка?! – озорно рассмеялась Санель.
– За два месяца дети не рождаются, – с улыбкой заметил Кадир, – так что не тешьте себя надеждами.
После этих слов наступила ожидаемая разрядка.
Взобравшись на вершину Аруначалы, они какое-то время созерцали срез горизонта розовеющего в дымке заката, до тех пор, пока сумерки не поглотили целиком всю округу. Раскинувшийся у подножия горы городок засиял электрическими огоньками, над которыми возвышались четыре величественные башни храма Аруначалешвара. Сензарцы собрались возле Кадира и крепко обнялись, уже навсегда прощаясь с обыкновенной человеческой жизнью.
III
Спустя два месяца после своего воссоединения, сензарцы наконец-то перебрались в гималайскую обитель. Остальные члены группы уже бывали здесь однажды, но Сатена впервые посетила ашрам Надземного братства, поэтому с интересом вникала в каждый фрагмент общинной жизнь. На этот день Ридан участливо согласился стать её проводником. Как успела выяснить Сатена, все жилые строения, лаборатории, подземные галереи, хранилища и инженерные инфраструктуры горной обители, были оставлены в наследство ещё первыми Планетарными духами, пришедшими на Землю для эволюционной помощи человечеству. В настоящее время эти высокие сущности, за исключением двоих, уже выполняли свою работу в иных мирах галактики. Практически все наружные строения общины создавались из естественных базальтовых пород тёмного цвета, образованных магматическими извержениями. Выбор материала оказался неслучайным, в виду его особой устойчивости к воздействиям окружающей среды, а кроме того базальт обладал хорошими изоляционными свойствами и был абсолютно безвреден для людей. Форма, цвет и структура строений, удачно вписывались в рельеф природного ландшафта, гармонично сливаясь с ним. Все сооружения покоились на гранитных фундаментах, уходящих глубоко под землю, а дальше от них уже расходились подземные галереи, которые в свою очередь разветвлялись в тоннели, протянувшиеся на многие сотни километров.
Знакомство с обителью началось с жилых помещений, где девушка не обнаружила даже намёка на роскошь, здесь не было ничего лишнего только самое необходимое для жизни. И это обстоятельство не особенно удивило Сатену, ведь махатмы и их ученики являлись поклонниками совсем иных ценностей. Когда они знакомились с космической обсерваторией, а после с научными лабораториями, Сатена сделала вывод, что отдельные технологические разработки Надземного братства напоминали хорошо известные ей. Но к её разочарованию некоторые лаборатории оказались закрытыми или ограничивались незначительным количеством персонала.
– Понимаю твоё удивление, но сейчас мы практически прекратили научные изыскания в связи с обострением напряжённости на планете, – упредил Ридан назревавший вопрос Сатены. – Братьям постоянно приходится «разгребать» пространственные нагромождения, которые создают «тёмные». Ослаблять внимание нельзя, противники эволюции только этого и ждут.
– Ридан, а какие принимаются меры по стабилизации состояния психосферы? – спросила Сатена.
– О, это целая наука! У нас полно-спектральный охват наблюдения за земными и «тонкими» сферами. Все «незримые» и географические регионы контролируются нашим «всевидящим оком». В лабораториях братства ежедневно проводятся углублённые исследования психосферы, а после аналитической оценки её состояния мы направляем мощные энергоинформационные потоки, чтобы ослабить активность хаоса. Особенно в последнее столетие его давление выросло неимоверно, даже наиболее сильные братья после долговременных воздействий тьмы нуждаются в серьёзном восстановлении. Кроме того мы корректируем некоторые решения людей, от которых зависят судьбы мира, а когда это возможно кармически даже предотвращаем военные и межрасовые столкновения на физическом плане. Много внимания уделяем просветительской работе среди землян через философию, науку, искусство. Вот так по капельке и точим камень невежества.
– А как изначально планировалось развитие землян? – не замедлил появиться следующий вопрос Сатены.
– Первоначально вариантов было несколько, однако некоторые нам сразу пришлось отмести как непригодные, другие же отпали сами, как не выполнившие своего назначения. Только в середине четвёртого эволюционного круга в психосферу планеты был запущен откорректированный информационно-знаковый импульс, который наконец-то соединился с потоками Космического магнита, истекающими от светил. Со временем адаптированный к земным условиям импульс развернулся в программу планетарного развития, рассчитанного на долгие тысячелетия. По сути, она и является универсальным планом духовно-интеллектуального роста землян. В зависимости от кармических предпосылок и иных космических факторов мы корректируем знаковую составляющую программы, выбирая оптимальные пути решений. Но, к сожалению, волны хаоса вносят существенные препоны в нашу работу.
– Ридан, а какими средствами вы пользуетесь для наблюдения за планетой?
– Посмотри, Сатена, – Ридан указал рукой на выдвигающиеся из горы параболические зеркала. – Это импульсные экраны-излучатели, работающие по системе фотонно-оптической локации. Они обладают огромным полевым радиусом действия. Отражённый сигнал от любого исследуемого объекта или местности проецируется внутри экрана и поступает в нашу лабораторию, в дальнейшем уловленный импульс подвергается расшифровке, а затем разворачивается в смысловые изображения, отображающие информацию о происходящем на Земле. Кроме того для наблюдения за недрами планеты используются спектрально-сейсмические приборы глубинного обнаружения. Об индивидуальных психических возможностях братьев распространяться не буду, ты сама всё знаешь.
– Да, конечно. Но неужели средства землян не способны обнаружить вашу систему наблюдения?
– Во всяком случае, до сих пор это им не удавалось даже с помощью современных спутников. Возможно, когда-нибудь они ближе подойдут к разгадке нашей тайны.
– У вас есть особые секреты безопасности?
– Сатена, в ином случае наша обитель превратилась бы в проходной двор! – рассмеялся Ридан.
– А вы ещё и селекцией растений занимаетесь? – поинтересовалась девушка, кивнув в сторону цветочных оранжерей.
– Да, наши научные исследования охватывают всевозможные сферы. Многие наблюдения и научные разработки по крупицам передавались человечеству, но к несчастью знания зачастую обращались против самих людей. Взять хотя бы те же способы получения энергии, со временем они превратились в промышленное производство разрушительного оружия и вместе с преступной деятельностью землян уже привели к «экологическому нарыву» на планете. Все прогрессивные технологии превратились в источники обогащения, либо стали символом «полицейской дубинки». Рано, очень рано мы выпустили джина из бутылки, сознание человечества ещё не готово к таким испытаниям!
Они прошли по межгорной лощине, осматривая удивительную местность, надёжно укрытую горными хребтами. Казалось, что в её самодостаточной экосистеме всё было предусмотрено для жизнедеятельности общинников. Это касалось и искусственных термоисточников, в основном солнечно-фотонных батарей-накопителей, поддерживавших благоприятную температуру на всей территории ашрама. Благодаря стабильному микроклимату здесь даже произрастали фруктовые сады и злаковые поля. Всю разветвлённую инфраструктуру между собой соединяли удобные гранитные дорожки и подземные галереи. В глубине лощины перед ними открылось небольшое прозрачное озеро с ровным галечным пляжем, а с противоположной стороны над ним нависал скалистый склон.
Ещё в первый момент своего появления, Сатена обратила внимание на многометровую четырёхгранную пирамиду, расположенную в стороне от жилых строений и только сейчас Ридан пригласил девушку поближе ознакомиться с ней.
– Это строение является проводником информационных галактических каналов, – пояснил он, открывая проход в пирамиду. – Она собиралась из нескольких видов природного кварца, очень редких по цвету и рисунку. Эти минералы очень хорошо концентрирует в себе любой вид энергии. Но самое важное находится внутри.
В самом центре огромного внутреннего помещения, Сатена увидела застывшую в безмолвном ожидании энергосферу. Но первое впечатление оказалось обманчивым, неожиданно сфера задышала и ожила всевозможными переливами цветовой гаммы.
– Потрясающе! – не удержалась от возгласа девушка. – Это и есть ваш знаменитый «кристалл», «глаза и уши» Надземных миров?
– В каком-то смысле так оно и есть, система очень универсальна, через вертикальный осевой канал в «кристалле» происходит соединение эмоциональных потоков Земли с нисходящей информацией из Космоса.
– Я так понимаю, что через эту систему мы сможем передать антивирусные данные в сферы дальних миров? – предположила Сатена.
– Совершенно верно. Вы телепатически запишите на «кристалл» обработанную информацию и по восходящему каналу она перейдёт в банк данных Галактического Разума, после чего её извлекут представители высокодуховных цивилизаций. А затем сывороточное «противоядие» в форме знакового кода будет отправлено тем же путём обратно. Мы его расшифруем и приступить к работе. Естественно, что насыщение психосферы сывороткой так же будет проводиться с помощью «кристалла». Да, забыл тебе сказать, под основанием «кристалла» находится осколок минерала из созвездия Ориона, мы получили его в дар от наших далёких братьев, он обладает феноменальной способностью фокусировать и усиливать направленные излучения.
Призрак прошлого
Память, сгорбленная в сером,
Как положено истцу,
Вновь водила белым мелом
В полнолунье по лицу.
У полночного предела,
Средь непрошенных гостей,
Всё глядела и глядела -
Память попранных страстей…
I
Демон Раху заранее появился в резиденции тайного общества «Авичи», находящейся на одном из Сейшельских островов в Индийском океане. Этот остров уже давно являлся собственностью общества, хотя купчая была оформлена на подставное лицо. Несмотря на тридцати пяти градусную жару темноволосый Раху был одет в светлый льняной костюм и бежевую рубашку, расстегнутую у ворота на две пуговицы. Он в задумчивости расхаживал вдоль одиноких пальм, возвышавшихся над золотистым пляжем изумительной лазурной лагуны, отделённой от океана узкой грядой коралловых рифов.
«С некоторых пор всё пошло не так… не так, как было задумано, необходимо вносить коррективы. Ничего, всё ещё можно поправить, времени ещё достаточно», – думал про себя он.
На предстоящую встречу Раху решил пригласить лишь троих членов тайного общества, Годвина, как его председателя, Наля – отвечающего за экономический и идеологический захват России и Лаэрта – готовящего военную экспансию на Кавказе. Отчёт же об иных делах мог предоставить вездесущий Годвин, владеющий всей необходимой информацией. Кроме всего прочего Раху очень интересовали результаты экспериментов по расшифровке генетического кода, заложенного в информационную программу человеческой жизни. Поиск ключа открывающего возможности по изменению генома человека мог разрешить многие проблемы, связанные с быстрым старением оболочек людей. Для долговременного доминирования в плотных мирах демонам просто необходимы были совершенные и практически бессмертные тела. Но только для себя и своих приближённых вассалов, а остальной массе человечества предусматривалась совсем другая участь. Хозяева планеты уже и сами понимали, что непомерно разбухшее человечество с его неуёмными аппетитами рано или поздно истощит природные ареалы Земли, осложнив тем самым жизнь самих «избранных» на поверхности планеты. Такое положение дел не устраивало многих из них, и они придумывали новые способы решения этой проблемы.
Услышав шум мотора, Раху поднял голову, наблюдая, как заходит на посадку лёгкий вертолёт, доставивший членов тайного общества. Он выждал ещё несколько минут и только после этого направился к резиденции, где должна была состояться встреча. Строение из серого камня по своему виду чем-то напоминало средневековый замок Абаддона, но в несколько усечённом виде, а внутренние помещения напротив были выполнены в современном стиле и отличались даже некоторой изысканностью. Пройдя мимо охраны, он поднялся на второй этаж и вошёл в зал, специально оборудованный для таких встреч. За длинным столом из красного дерева его ожидали только что прибывшие демоны. При появлении Раху они незамедлительно поднялись со своих мест и почтительно поклонились. На их приветствия высший демон бесцеремонно ответил кивком головы и направился к своему месту во главе стола.
– Каково положение в России? – сразу же приступил к делу Раху, обращаясь к Налю.
– Сэр, в ближайшее время грядут изменения, и полагаю не в нашу пользу. Усилиями наших «оппонентов» должна произойти смена руководства страны.
– Приемник известен?
– Да, Сэр… практически с девяносто процентной вероятностью, – с некоторой паузой ответил Наль.
– Какие варианты рассматривались?
– Наши аналитики просчитали все варианты от подкупа до устранения. Для него не подойдут иные варианты, кроме последнего.
– Каковы возможности по устранению?! – жёстко бросил Раху.
– Мы не смогли подойти к нему близко, «светлые» установили мощную защиту», – виновато прогнусавил Наль.
– Как быстро произойдут неблагоприятные для нас изменения внутри страны?
– Очень скоро, Сэр, мы их уже предвидим…
– Лаэрт, у тебя всё готово? – спросил Раху, обращаясь к огромному асуру.
– Да, Сэр, отряды готовы, людей и вооружения достаточно. Точечные удары и акты устрашения уже реализуются. Наши сторонники в Кавказских республиках обрели силу и готовы выступить. Они рвутся в бой, только прикажите!
– Нет, будем ждать.
– Мы можем опять опоздать, Сэр! – прогремел возглас Лаэрта.
– Замолчи, не тебе решать! – с устрашающим видом обрушился на него Раху, от чего Лаэрт вжался в кресло.
– Запомни, Лаэрт, только в случае кардинальных изменений в России ты будешь наносить отвлекающий удар по югу страны. Они должны будут перенести своё внимание на Кавказ и задействовать там огромные силы и средства. Кроме того в том регионе ты должен создать конфликт на религиозной почве и углубить его. Если нужно подключи Малеха. Ты всё понял?
– Да, Сэр, – уже покорно отчеканил Лаэрт.
– Наль, твоя задача на этот период – подготовить последнюю фазу плана «Распятие».
– Будет исполнено, Сэр.
– Годвин, усиль работу по политической дискредитации России. У неё не должно быть надёжных союзников ни в Европе, ни в Азии.
– Работа уже ведётся, но мы её активизируем, – заискивающе проговорил Годвин.
Раху поднялся с места, молча прошёл по залу и остановился возле окна. Простояв в задумчивости некоторое время, он неожиданно повернулся, обращаясь к Годвину:
– Пришелец с Сензара уже появился на месте?
– Нет, Сэр, он в пути, – ответил демон.
– Есть результаты в работе с его окружением?
– Да, Сэр… женщина, которой поручена его обработка, попытается сделать всё возможное. Я думаю, что ждать осталось недолго, – заверил Годвин.
– Ты думаешь или знаешь?! – повысил голос Раху. – А если он уже проснулся, такую ситуацию ты не рассматривал? В этом случае именно вы можете стать для него наживкой. Ты понимаешь это?!
– Да, понимаю, Сэр, но наши аналитики не смогли определить полную степень его пробуждения.
– Глупцы! Это опытный воин и искусный игрок, он может водить вас вокруг пальца! Ищите новые варианты проверок и всю появившуюся информацию сразу ко мне. Всё ясно?!
– Понял, Сэр, непременно.
Несколько лет назад Раху с трудом удалось отговорить Абаддона от непосредственного устранения пришельца, лишь его убедительные доводы, раскрывающие перспективу использования наблюдателя, способствовали этому. Всё решилось на тайном совете высших демонов, где Абаддон всё-таки отменил ранее отданный приказ.
– А теперь, поведайте мне об успехах в генетике, – с долей иронии произнёс Раху.
В течение двух часов Годвин обстоятельно рассказывал о научных исследованиях, проводившихся в тайных лабораториях тёмного братства…
После отлёта демонов Раху продолжил прерванную прогулку.
«Н-да… с некоторых пор Абаддон все деликатные проблемы поручает Пахараду. Что бы это значило?.. Неужели не доверяет? – усмехнулся он. – Пусть, переживём и это, всё меняется. А вот пришелец – это стоящий довод, в нём зреет такая информация для меня, что может многое поменять в расстановке сил».
В тот самый момент через пляж к нему направлялась стройная девушка в жёлтом бикини и солнцезащитных очках.
– Вы уже закончили? – игривым голосом произнесла она, подойдя к Раху.
– Где ты была? – поинтересовался Раху, игнорируя её вопрос.
– Загорала возле камней… А что? – удивилась она, снимая очки.
– Тебе здесь нравится?
– Не то слово, просто бесподобно! Может быть, останемся здесь навсегда?
Раху вновь не стал отвечать, а только усмехнулся.
– Ты не забыла о нашем разговоре?
– Нет, конечно. А-а… что-то изменилось?
– Всё остаётся по-прежнему. Вы должны стать близкими подругами, и ты обязана знать обо всём происходящем в её окружении и, прежде всего это касается её поклонника. Вскоре, я уверен в этом, появиться его друг, ты попытайся познакомиться с ним поближе. Понимаешь, о чём я говорю?
– А вы не будете ревновать? – кокетливо заявила она.
– Не говори глупости, девочка!
– Я всё сделаю, как вы хотите, – произнесла она, обиженно поджав губы.
– Ну вот и хорошо. Вся информация должна поступать только мне, запомни это.
– Я поняла и не подведу вас.
– Надеюсь. Кстати, не хочешь прогуляться со мной?
– Вы меня приглашаете? А куда? – не поверила она.
– Видела когда-нибудь Тихий океан?
– Да, приходилось однажды, но я готова обновить впечатления…
– Тогда собирайся, через тридцать минут встречаемся у подземного ангара.
В назначенное время они спустились вниз по прохладному тоннелю, ведущему к вертолётному ангару. Возле закрытых ворот Раху достал из кармана миниатюрный пульт дистанционного управления, нажал на кнопку и перед ними бесшумно открылся проход. В огромном помещении находились три вертолёта и необычный летательный аппарат эллипсовидной формы.
– Прошу, – произнёс он, показывая на спущенный с аппарата трап. – Смелее!
– Я в первый раз вижу такое. Что это? – удивилась она.
– Поднимайся, на месте расскажу! – прикрикнул он, подталкивая девушку наверх.
Они очутились в комфортабельной кабине лайнера, где Раху включил панель приборов и запустил двигатели. В ту же минуту купол ангара разошёлся в разные стороны, пропуская в сумрак помещения солнечный свет.
– Надеюсь, страшно не будет? – с улыбкой поинтересовалась девушка.
– Что-то я раньше не замечал за тобой подобного чувства. В противном случае тебя бы здесь не было.
– Простите… считайте это шуткой.
– Не шути со мной больше, я не люблю этого, – холодно произнёс Раху. – Приготовься, взлетаем.
Лайнер поднялся в воздух, несколько секунд повисел над островком и с огромной скоростью понёсся в сторону открытого океана.
II
Джун-Кэл с Риданом появились, как и обещали к вечеру истекающих суток в домике Кадира, где уже собрались все сензарцы.
– Я здесь по поручению Владыки. Ситуация в России в ближайшее время может существенно измениться, поэтому необходимо внести некоторые коррективы в наши действия, – быстро проговорил Джун-Кэл.
– Мы готовы выслушать тебя, и исполним всё, что от нас потребуется, – в том же тоне ответил Кадир.
На этом все формальности были исчерпаны, и разговор перешёл в деловое русло.
– Немного введу вас в курс дела, – начал Джун-Кэл. – «Тёмные» уже воочию ощутили силу антивирусного воздействия, он внёс раскол в их ряды. Назревавшие противоречия между кланами асуров и гаков перерастают в откровенную неприязнь и соперничество. Изначально асуры были ярыми сторонниками силового воздействия на Россию, их план предусматривал активизацию военных действий на Кавказе с целью расчленения её южных окраин. По их замыслу восставшие территории должны объединиться в антироссийское государство, проповедующее религиозную идеологию ваххабизма. Они уже неоднократно предлагали Абаддону пойти на прямую агрессию против России, обложив её границы ненавистью бывших союзников и ракетами средней дальности действия. Напротив, гаки всегда являлись сторонниками экономического захвата страны и делали ставку на подчинение своему влиянию её экономики с последующим превращением страны в сырьевой придаток. Кроме того, именно они разрабатывали план идеологической обработки россиян, делая акцент на нравственное растление людей.
– У них это неплохо получается, – вставила реплику Санель.
– К сожалению, это так, – констатировал Джун-Кэл, продолжая свой монолог:
– Абаддон больше склоняется к мнению гаков, хотя и не отрицает некую правоту асуров. Поэтому в первую очередь «тёмные» попытаются всеми силами сохранить слабое и угодное для них руководство страны. И параллельно предпримут локальные военные действия на южных окраинах с целью их возмущения и отделения от России. Они уже разработали тактику «Осиных укусов» в виде террористических акций устрашения на всей территории Кавказа и даже в центральной части страны. Ну а повсеместный захват экономики уже идёт полным ходом, совместно с нравственным разложением населения. Эта стратегическая задумка «тёмных» планировалась как «бомба замедленного действия», способная проявить себя даже через несколько поколений.
– И каковы же ваши планы? – поинтересовался Кадир.
– Совсем скоро произойдёт смена руководства страны на людей, способных остановить видимый хаос. В период ближайшего десятилетия предвидится стабилизация внутреннего состояния общества и восстановление политического статуса России. За это время новые вожди обязаны разрешить основные социально-экономические проблемы и дать людям надежду на лучшее. Я не говорю об окончательной победе, до неё ещё далеко, но намерения нового руководства должны заметно изменить ситуацию в стране, им нужно заручиться доверием народа.
– Доверие завоёвывается делами, – заметила Сатена, – а лицемерия и так хватает в этой стране.
– Я думаю, они способны доказать обратное.
– А какую идеологию вы хотите предложить новой России? Ведь путь развития необходимо обозначить, иначе все усилия будут напрасны, – проговорил Шаин.
– Россия не приемлет засаленных временем стандартов, поэтому её путь особый, – ответил Джун-Кэл. – Но, к сожалению, тон нашего зова поймут далеко не все. Ведь человеческое сознание, словно капризный цветок, его нужно развивать вдумчиво и постепенно, прививая стремление к высшим понятиям, иначе неприятия не избежать. Пускай вначале возникнет доверие к власти, вновь появятся символы чести, совести и справедливости. Возможно, эти принципы помогут людям принять испытание «Огненным ветром».
– Но зачем вообще сознательному обществу искусственная идеология? – проговорил Ол Розо. – Если преграды повержены и горизонты видны, остаётся только путь сознательной эволюции.
– Да, ты прав, – включился в разговор Ридан, – но до осознания эволюционных основ необходимо дорасти или хотя бы допустить такую возможность.
– Так, давайте вернёмся к основному вопросу. Что требуется от нашей группы? – прервал дискуссию Кадир.
– Владыка просил значительно усилить ваше воздействие на психосферу в ближайшее время. Так же нам необходима ваша помощь в защите Духовного Сердца России. Мы готовим расширенное наступление на позиции тьмы, и все силы будут брошены туда, – пояснил Джун-Кэл.
– Всё понятно, передай Владыке, что мы вас подстрахуем.
Джун-Кэл кивнул Ридану, чтобы тот продолжил разговор.
– Наши наблюдатели доложили, что «тёмные» планируют втянуть Странника в свою игру. Для того чтобы воздействовать на его чувства они попытаются использовать земную женщину, специально подготовленную для этой цели. Я думаю, что в конечном итоге они намерены полностью подчинить его волю, – поделился информацией и своими соображениями Ридан.
– Её необходимо нейтрализовать, я готова этим заняться! – тут же заявила Сатена.
– Сатена, это не выход из положения, надо понаблюдать за развитием событий, ведь мы не знаем, что задумал противник, – возразил Кадир.
– Мы постоянно чего-то ждём, если опять промешкаем, можем его потерять!
– После с тобой об этом поговорим! – решительно осадил её Кадир.
– Вы зондировали его сознание? – спросил Джун-Кэл, обращаясь к Кадиру.
– Да, но ничего кроме обыкновенных мыслей не обнаружили.
– Значит, он не вспомнил себя, – задумчиво промолвил Джун-Кэл. – Давайте продумаем возможности по ускорению его пробуждения. Пока мы справляемся, но уже не за горами время, когда новая сыворотка будет просто необходима.
– Может, встреча с родственниками поспособствует этому, – предположил Ол Розо, – это своего рода стрессовая ситуация.
– Но если результата не будет, то неплохо бы организовать встречу со старыми друзьями Странника, – предложила Санель, – создать для них естественную обстановку в тишине природы, желательно подальше от цивилизации. Возможно, там удастся растрясти глубины его сознания?
– А что, это мысль! – воодушевился Джун-Кэл. – Где-нибудь на Байкале подключим систему «чувственных качелей», места там с прекрасной энергетикой, глядишь, и толк будет. Как думаешь, Ридан?
– Мы спланируем появление всей компании на Байкале следующим летом, конечно, если всё не решиться раньше.
Когда гости покинули Алтайскую обитель, Кадир распустил группу, но попросил задержаться Сатену.
– Ты понимаешь, что происходит?! – жёстко спросил он.
– Я лишь хочу ему помочь… я обещала ему.
– Неужели ты забыла о предупреждениях Владыки Тайе? Ведь ты уже не являешься земной женщиной. Почему же ты до сих пор слепо поддаёшься своим чувствам? Вы не просто мужчина и женщина, вы – воины и у вас есть долг перед человечеством! Теперь-то я понимаю, почему некоторые наши предшественники не выдержал земного бремени.
– Прости, Кадир, это была минутная слабость, – виновато произнесла Сатена.
– Всё равно, я запрещаю тебе любые контакты с людьми до тех пор, пока не посчитаю, что ты готова к этому. Ты всё поняла?
– Да, поняла.
III
Раскатов шёл по улицам южно-уральского городка Миасса и не переставал удивляться изменениям, произошедшим в этой стране за одиннадцать лет его вынужденного отсутствия. Особенно ему бросалась в глаза реклама, пестрившая на зданиях и отдельных баннерах, да и автомобильный поток на улицах заметно вырос, где «надменные иномарки» выделялись своим изысканным дизайном. В Миассе он бывал лишь однажды, когда выбрался в отпуск из Афганистана, в то время его родные только что переехали в город из Приморского края.
«Да, многое здесь стало другим, новые кафе, магазины, банки… развернулись предприниматели, почувствовали своё время… И характер городка изменился, ритм стал быстрее. А люди… люди стали несколько другими, более рациональными, что ли. Какая-то незримая грань уже разделила страну на богатых и бедных. Заметно это уже, явно заметно… особенно в магазинах, где малоимущие считают последние копейки для самого необходимого. Вот она проза новой жизни», – думал про себя он.
За размышлениями он незаметно подошёл к старенькой пятиэтажке.
«Тот самый дом, – вздохнул Антон, – непростая встреча предстоит мне, непростая… но придётся пережить и это».
По узкому лестничному маршу он быстро взбежал на четвёртый этаж и замер напротив центральной квартиры, собираясь с мыслями. Затем нажал на звонок. Через приоткрытую дверь он увидел Елизавету Сергеевну. Время не пощадило женщину, она заметно постарела, серебряная прядь уже не таилась в её тёмных волосах, а когда-то излучавшие жизнерадостность глаза потускнели. Но всё равно это была его мама, которую он так любил.
– Антоша… сынок, – только и смогла произнести женщина, глотая слёзы.
– Всё, мама… всё позади, я вернулся, – почти прошептал Антон, обнимая её.
После волнительной встречи Раскатов долго успокаивал Елизавету Сергеевну ещё не осознавшую до конца своего счастья. Она не переставала плакать, но уже, наверное, больше от радости. А после обеда, за чаем с вишнёвым вареньем Антон успел коротко рассказать матери о своих мытарствах. Пока он вспоминал о скитаниях на чужбине, Елизавета Сергеевна всё разглядывала сына, стараясь запомнить каждую чёрточку на его изменившемся лице.
– Господи, где мы тебя только не искали, сынок! Обращались в милицию, военкомат, твои друзья очень сильно нам помогали, особенно Зорин Олег. Он постоянно поддерживал нас, звонил, даже приезжал несколько раз. Чего мы только уже не передумали за эти годы… А тебя всё не было.
Раскатов опустился на колени перед матерью и поцеловал её руки.
– Прости меня, мама… прости за всё.
– Ах, сынок, сынок, – вдохнула она, гладя его волосы.
Вечером в квартире Раскатовых намечалось небольшое семейное торжество по случаю возвращения «блудного сына». Когда после настойчивого звонка Антон открыл входную дверь, то не сразу узнал свою младшую сестрёнку. Он не видел её много лет, а за эти годы из худенькой угловатой девчонки Наташа превратилась в статную миловидную женщину. Она сразу же бросилась со слезами в объятия брата:
– Братик, ну как же ты мог, как ты мог!
– Прости, сестрёнка, так вышло, – сконфуженно проговорил Антон.
– Дочка, не лезь сейчас к нему в душу, он всё сам расскажет! – требовательно сказала Елизавета Сергеевна, выходя из кухни.
– Вот, познакомься, – уже более спокойным голосом произнесла сестра, вытирая платком слёзы, – это мой муж Валерий и твой племянник Илюша.
Раскатов крепко пожал руку высокому шатену с добрыми открытыми глазами.
– С возвращением, Антон, это большая радость для всех нас, – искренне произнёс Валерий. – Ничего, что мы вот так по-родственному заскочили?
– Спасибо, молодцы, что пришли, – просто сказал Раскатов и присел на корточки перед малышом.
– Ну что, мужчина, давай знакомиться. Меня зовут Антоном. А тебя?
– Илья. А ты… правда, мой дядя? – сказал мальчик, доверчиво пожимая протянутую руку своей маленькой ладошкой.
– Да, малыш, я твой родной дядя, – проговорил расчувствовавшийся Раскатов, прижимая к себе племянника.
После недолгих церемоний родственники расположились в гостиной за столом. Умелой рукой Валерия бокалы были щедро наполнены грузинским вином «Киндзмараули», которое он специально прихватил ради такого случая. В этот момент Антон поймал себя на мысли, что совсем не испытывал тяги к спиртному, ведь за годы отшельничества успел напрочь забыть даже его запах.
Елизавета Сергеевна поднялась из-за стола с наполненным бокалом.
– Антоша, сынок… нелёгкое время нам пришлось пережить и много слёз выплакать с Наташенькой, но мы всегда чувствовали… да, чувствовали, что ты жив и вернёшься домой, – на глазах Елизаветы Сергеевны выступили слёзы, но она продолжила:
– Вы знаете, что я не пью, не люблю я этого, но сейчас выпью… за твоё возвращение, сынок, и за то, чтобы больше никогда с нашей семьёй не случалось такого несчастья.
Антон подсел к матери и нежно обнял:
– Обстоятельства так сложились, мама, я не смог поступить иначе. Мама, ведь я даже не помнил твоего лица, будто кто-то стёр память. Прости меня… простите за всё, родные мои.
– Антон, но ты же мог черкнуть хотя бы пару слов, что жив и здоров! – снова возмутилась Наташа.
– Не терзай душу, сестрёнка, и так тошно…
– Не ссорьтесь, дети, главное, что мы вместе, а остальное попытаемся забыть, – со слезами улыбнулась Елизавета Сергеевна.
– Извини, Антон, но как же вы там жили в горах, без еды, в холоде, среди диких зверей? – спросил Валерий, пытаясь разрядить обстановку.
– Человек ко всему привыкает, – пожал плечами Раскатов. – Это со стороны такая жизнь кажется в диковинку, а у меня тогда и выбора то не было… Хочешь, не хочешь, а пришлось приспосабливаться.
– Но всё-таки, как ты смог обходиться без того же мяса, ведь организму необходим белок, в конце-то концов? – не сдавался Валерий. – Просто я как врач интересуюсь этим.
– Ты знаешь, мы как-то даже не задавались этим вопросом, нам вполне хватало злаковой пищи, ну, ещё собирали полезные травы, цветы, а энергию мы пополняли из окружающего пространства, от солнца и звёзд. Если ты это имеешь в виду, то нет, не похудел.
– И, слава Богу, Антоша, – произнесла Елизавета Сергеевна. – А тогда в госпитале, ох, и худущий то был! Страшно было глядеть на тебя, сынок, кожа да кости… Помнишь ведь, дочка?
– Помню, мама, так жалко было Антона… столько лет прошло, а до сих пор не могу забыть.
– Постучите по дереву, или я лучше по своей голове постучу для надёжности, – пошутил Раскатов. – Ладно, не будем о том.
– Хорошо, сынок, не будем больше, – согласилась мать.
– Братец… я вот одного не понимаю, как же можно жить столько времени без элементарных удобств? – вдруг заинтересовалась Наталья.
– Вначале и я, сестрёнка, не понимал, как это возможно, – ответил Антон. – Но один мудрый человек убедил меня в обратном. Как оказалось телу не так уж много и нужно. В горах отпала возможность пользоваться плодами цивилизации, и я понял без чего можно обойтись в жизни…
– И что же это?
– Только не упади со стула, сестрёнка… я имею в виду общепринятый уют и удовольствия.
– М-да… трудно с тобой, братец, согласиться, ведь без этого сложно представить нашу жизнь… Все нормальные люди стремятся к этому.
– А меня к ним ты уже не относишь? – насмешливо поинтересовался Антон.
– Уже и не знаю…
– Наталья! Прекращай свои обывательские замашки! – шутливо прикрикнул на неё Валерий. – Каждый выбирает то, что ему по душе. Пусть лучше Антон расскажет о своей жизни, это интереснее, чем слушать твою бытовую философию.
– Ах так, значит! – вспыхнула женщина. – Ты считаешь моё мировоззрение обывательским?! Спасибо тебе, милый, за добрые слова…
– Какая же ты у меня всё-таки вспыльчивая, – рассмеялся Валерий, обнимая жену. – Не обижайся, родная, я же пошутил.
– Ничего себе шуточки, сначала обидит, а потом прошение вымаливает.
– Женские эмоции, это особая тема для разговоров, – с улыбкой заметил Антон. – Если хотите, могу рассказать о своей жизни.
– Мы слушаем тебя, сынок, – произнесла Елизавета Сергеевна. – А ты, Наталья, успокойся, нашла время.
В пределах получаса Раскатов делился воспоминаниями о своей необычной жизни в Тибете, после чего ему пришлось терпеливо отвечать на возникавшие вопросы родственников. Всё это время маленький Илья внимательно слушал, находясь рядом с объявившимся дядей. А потом Наталья рассказала брату о своей новой семье и настоящей жизни. Как оказалось, сестра работала директором модного косметического салона, а Валерий Рогожин исполнял обязанности главного врача в одном из санаториев.
– Значит, сестрёнка, ты борешься за красоту в местном обществе? – с лукавинкой в глазах спросил Антон.
– Можно и так сказать, братец, – поддержала шутливый тон Наталья. – Причём, мы уже добились значительных успехов на этом поприще, наше заведение пользуется популярностью в городе.
– У изысканных дам?
– Не только, но и у экстравагантных мужчин тоже…
– Да-а, много чего я пропустил в этой жизни.
– Не переживай, нагонишь! – успокоила брата Наталья.
– А чем ты собираешься заниматься в дальнейшем? – поинтересовался Валерий.
– Да я и не думал пока об этом. Что я умею?.. Разве что – воевать. Но моя война уже закончена. Правда, я владею несколькими стилями ушу и техниками цигуна… Во всяком случае, могу преподавать.
– Вот, классно, ты же можешь открыть свою школу оздоровления! – с воодушевлением заявила Наташа. – У тебя получится, я знаю!
– Я подумаю, сестрёнка, спасибо за совет.
– Всегда рада помочь любимому братику, – озорно проворковала немного захмелевшая сестра. – Мы тебе и девушку подыщем, у меня в салоне такие красавицы работают, даже есть и не замужние. В горах то наверно стосковался по женскому вниманию?
Раскатов улыбнулся и шутливо взлохматил светлые кудри сестры.
– Наталья, отстань от брата, ему нужно отдохнуть от всего! – вмешалась в разговор Елизавета Сергеевна.
– Мамочка, женское общество и есть лучший отдых.
– Вот ведь язва! – по-доброму усмехнулась, Елизавета Сергеевна.
– Да-а, я язва, но мне хорошо сегодня! – восторженно пропела Наташа.
– Кстати, у меня есть отличная идея, – тут же предложил Валерий. – Завтра же воскресение, давайте махнём на Тургояк. Погоду обещают тёплую… будет настоящее «Бабье лето». Организуем шашлыки на природе, прогулочку по озеру на катере, желающие даже могут искупаться.
– Ой-ля-ля, отличная мысль, Валерочка, я согласна! – подхватила идею Наташа. – И ты, мама, собирайся, отказы не принимаются!
– И я поеду на озеро с Антоном! – радостно воскликнул до этого молчавший Илья.
– Конечно, племянник, без тебя уже ни куда, – улыбнулся Антон, усаживая Илью на колени.
– Ладно, уговорили, и я поеду, – махнула рукой, Елизавета Сергеевна.
Обговорив детали завтрашней поездке, они ещё какое-то время просидели за столом, пока Илья не засобирался спать.
IV
Как и договаривались, в назначенное время родственники собрались возле подъезда Раскатовых. Настроение у всех было приподнятое, а погода лишь способствовала этому, обещая в подарок незабываемый день.
– Так, только бы ничего не забыть, – деловито заявила Наталья. – Мама, ты всю посуду взяла?
– Да, дочка, взяла вилки, тарелки и кружки.
– Часть вещей я уже загрузил, – напомнил Валера, – а остальное на скамейке, думайте пока не поздно.
Суетливые сборы явно начинали затягиваться…
– Ну что, копуши, собрались? – подтрунивал больше над сестрой Антон. – Пора в путь, солнце ждать не станет!
– Ой, только не торопи, братец, а то точно что-нибудь оставим!
– Шампуры я взял, мясо в кастрюле, покрывало в машине… всё на месте, – нетерпеливо проговорил Валера. – А если чего-то не хватит, в санатории возьмём. Ну что ещё, дорогая?
– Ладно, загружайте остальное, – наконец разрешила Наталья.
– Фу-у, Слава Богу, – выдохнул Валера.
Загрузив в багажник «девятки» продукты и прочие необходимые для пикника вещи, они устроились в машине и тронулись в путь. Свернув с Тургоякского шоссе, машина вскоре въехали в посёлок, а потом по бетонке поднялась в гору прямо к территории санатория. Подрулив к мангальной зоне, расположенной в прибрежной части озера, все дружно высыпали из автомобиля и принялись разгружать багажник. Потом женщины стали накрывать на стол, а мужчины занялись подготовкой главного блюда. Видимо по просьбе Валеры чьей-то заботливой рукой дрова уже были сложены возле мангала.
– Илюша, будь у меня на виду, к воде не подходи! – проинструктировала сына Наташа.
– Ладно, мамочка!
Раскатов поглядел на распростёртую озёрную гладь, окаймлённую живописными зелёными горами, и его сердце невольно откликнулось радостью. Окружающая красота была необыкновенной, удивительной и не смогла бы оставить равнодушным никого.
– Вы уж меня извините, я искупаюсь! – на ходу крикнул Антон, спускаясь к галечному пляжу.
Он быстро разделся и бросился в прохладную воду, ощутив при этом непередаваемое блаженство. Отплыв подальше от берега, Антон перевернулся на спину и отдался на волю водной ряби, ласкавшей его тело. Возвращаться назад ему сейчас совсем не хотелось, таинственный Тургояк невольно притягивал его своей необъяснимой силой. Через несколько минут он всё же вышел на берег и по ступенькам взбежал наверх. При появлении Антона воцарилась тишина. Он даже не сразу понял, что родственники рассматривали его тело, испещрённое зловещими узорами шрамов.
– Всё, без комментариев! – категорично заявил он, надевая футболку.
– Ладно, не нервничай, – успокоила его Наталья. – Никто на тебя уже не смотрит, лучше познакомься с моей подругой.
Только сейчас Раскатов заметил молодую женщину, стоявшую за спиной сестры. Что-то удивительно знакомое показалось Антону в её облике. И вдруг он вспомнил видение созданное мастером Цзяньяном. Незнакомка действительно была похожа на тот мираж, те же волосы с платиновым отливом, те же глаза, игриво подчёркнутые изогнутыми бровями, чувственные губы. И даже не совсем правильный нос с еле заметной горбинкой совсем не портил её, а наоборот придавал лицу некую загадочность. Она была одета в серые джинсы, изящно облегавшие бёдра и светлую блузку, не скрывавшую прочих её достоинств.
Женщина подошла ближе и с очаровательной улыбкой представилась:
– Меня зовут Лана.
– Очень приятно, Антон.
– Вы уж извините, Антон, что я вторглась в ваш семейный круг, – сразу же поспешила оправдаться она, – я же практически ничего не знала о вас, но вчера вечером Наташа позвонила и всё рассказала… То, что произошло с вами, очень взволновало меня, и я чисто из женского любопытства напросилась на пикник. Вы не возражаете?
– Согласна, это – «ой-ля-ля», как сказала бы Наташка, может зайти слишком далеко. Итак, за работу, вначале мы вынесем стол на улицу.
– Только накинь на себя что-нибудь, ещё прохладно.
– Ты сегодня решил окружить меня заботой?
– Разве тебе не нравится?
– Наоборот, приятно, но это и настораживает.
– Странно, почему же к добрым намерениям всегда относятся с подозрительностью? Не просветишь?
– Считаешь это излишней мнительностью, а, милый?
– Скорее всего, иного диагноза я не вижу.
– Ах ты, бессовестный! – рассмеялась Лана. – Я тебе это припомню. А ну марш на улицу работать!
– Слушаюсь, моя госпожа.
Первым делом со склада к беседке перекочевал довольно приличный деревянный стол, где и занял достойное место.
Старицкая вернулась в дом и занялась приготовлением закусок, а Антон продолжил подготовку мангала.
Через некоторое время Раскатов заглянул на кухню:
– Лана, а ты давно знаешь Арину?
– Не очень, чуть больше полугода. А почему ты спросил о ней?
– Да так, она же девушка моего друга, мне не безразлично с кем он встречается.
– Странно, что ты заинтересовался этим именно сейчас… Вообще-то, Арина не здешняя, она появилась в городе совсем недавно, а у меня в то время, как раз образовалась вакансия директора салона, вот я и решила подобрать кандидатуру на конкурсной основе.
– И она тебе приглянулась?
– Меня она вполне устраивает, женщина она умная, энергичная, знает себе цену. Что ещё для работы нужно?
– Да, конечно.
Старицкая пристально поглядела на Антона, видимо, желая ещё о чём-то спросить, но не стала.
– Ладно, пойду разжигать мангал, а то скоро ребята приедут, – произнёс Раскатов и вышел на улицу.
Ближе к десяти подъехали друзья, и с шумом ввалились во двор.
– Привет, отшельники, встречайте гостей! – ещё у ворот отметилась Наталья.
– О-о, а я-то думал, что у вас всё готово, – разочарованно заметил Валера.
– Да, а мечтали, что по приезду и нальём, – поддержал его Олег.
– Ничего потерпите с этим. Лучше сначала Антону помогите, а уж потом, что хотите, – шутливо приструнила их Лана. – Привет, компания!
Обменявшись приветствиями, они с энтузиазмом принялись за работу. Женщины отправились на кухню, а мужчины остались помогать Раскатову.
Истомлённые жаром угли наконец-то дождались своего часа, и Валера со знанием дела принялся насаживать на шампуры вымоченное в специях мясо. Стараниями Арины на столе появилась клеёнчатая скатерть и посуда на шесть персон.
– Антон, ты не разговаривал с Ланой? – спросила женщина, подойдя к мангалу.
– Ух, совсем забыл! Сейчас поговорю.
– Вы всё о том же? – усмехнулся Олег.
– Конечно, ситуацию же нужно как-то разруливать.
– Постарайтесь уж, мальчики, – попросила Арина и ушла.
Когда она скрылась в доме, раздался голос Валеры:
– Мужики, а что случилось-то?
– Да в кои-то веки решили встретиться с нашим другом на Байкале, а женщинам об этом не сказали. А у них были другие планы, – пояснил Олег.
– Так вы хотели без них?
– В том то и дело, – вздохнул Антон.
– Да-а, ребята, концерт вам обеспечен!
– Ничего, обойдется. У меня есть задумка, только подыграйте мне, – заговорщически произнёс Раскатов.
– Да без проблем, – подмигнул ему Валера, – говори что делать.
– О чём это вы секретничаете? – крикнула из окна Наталья.
– Делимся секретами приготовления мяса, – пояснил Валера жене.
– А-а.
После того, как первая партия аппетитных шашлыков перебралась на праздничный стол, Антон предложил поднять тост:
– Давайте выпьем за наступающий День Победы. За бесстрашие и веру этих людей, за живых и погибших, ведь они сумели остановить эту чудовищную тьму. Великое спасибо этим героям.
Они безмолвно выпили, отдавая дань прошлому своей страны.
Когда пикник был в самом разгаре, Антом прочувствовал тонкую струну подходящего момента, и решил объявить о предстоящей поездке. Он прекрасно помнил о вчерашнем разговоре с Ариной, но сознательно не торопил события, предвидя эмоциональную реакцию своей подруги.
– Ланочка, дай слово, что не будешь сердиться, – осторожно начал Раскатов.
– Значит, интуиция меня не подвела? – усмехнулась она.
– Моё отношение к тебе здесь не причём.
– Хотелось бы верить. Я слушаю.
– Я знаю, что вы готовили для нас сюрприз, – зашёл издалека Антон.
– Арина, ты проболталась? – прервала его Лана, внушительно взглянув на подругу. – Мы же договаривались!
– Дело не в этом, – продолжил Раскатов, – мы в любом случае не сможем составить вам компанию.
– Интересно и почему же? – раздражённо спросила Лана.
Атмосфера возле стола заметно накалялась, не на шутку грозя назревающим конфликтом.
– Ещё в прошлом году мы решили встретиться со своим армейским другом.
– Как я полагаю без нас?
– Да, мы планировали побыть втроём.
Старицкая налила себе полстакана вина и тут же выпила.
– Что мне сказать? Спасибо, милый, ты очень обрадовал меня!
– Ой-ля-ля, вот и погуляли… Умеешь ты, братец, преподносить сюрпризы, – выдала своё резюме Наталья.
– Мы, конечно, можем наговорить друг другу всяких гадостей и разъехаться по домам, но я бы хотел рассказать вам одну историю, а вы потом уж решите сами, как поступить, – спокойно произнёс Раскатов.
– Я думаю, мы должны выслушать Антона, он имеет на это право, – рассудительно предложил Валера.
– Антоха, мы слушаем тебя, – поддержал друга Олег.
– Ладно уж рассказывай, но это ничего не меняет, – нехотя согласилась Старицкая.
Окинув взглядом своих друзей, Раскатов начал рассказ:
– Это случилось двенадцать лет назад в афганской пустыне Регистан. Наш отряд в составе из нескольких разведгрупп выполнял задание по поиску очень важного груза. Олег на бронетехнике ушёл раньше к самой границе, а группа, в которой был я и Паша, десантировалась с вертолётов и работала в пешем режиме. Помотавшись по пустыне, мы наконец-то выбрали место засады и тщательно подготовили его к встрече, – Антон налил в стакан минеральной воды, неторопливо выпил, наблюдая за лицами друзей, и продолжил:
– Нам повезло, через несколько дней этот караван вышел на нас и завязался бой. Мы уничтожили охрану и сохранили важный груз, но неожиданно к нам в тыл вышел большой отряд прикрытия, сопровождавший караван. Пришлось снова принять бой. «Духи» значительно превосходили нас по численности и решили с первой атаки смять наше сопротивление. Но сходу у них не получилось. Пашка уже понимал, что долго не продержаться и запросил по радиостанции помощь, но ближайшая бронегруппа находилась в тридцати километрах и могла подоспеть лишь через тридцать-сорок минут, а вертушки и того позже. Душманы яростно рвались к машинам, но сделать это они могли, только пройдя через нас. Тогда они обработали мандех из миномётов, и вновь бросились в атаку. Так продолжалось несколько раз, их становилось всё меньше, но ярость их атак не ослабевала. Мы уже потеряли половину группы и практически все оставшиеся ребята были ранены… стрелявших оставалось всего человек пять не больше… Мы уже считали оставшиеся патроны и готовились к смерти. Раненный Пашка ещё успевал отдавать бойцам команды, но затем я увидел, как он уткнулся в песок… Помочь ему я уже ни чем не мог… Когда «духи» вновь поднялись, я услышал чей-то крик и обернулся назад… Это была помощь, они спешили к нам. А потом – всё, провал в темноту. Уже в госпитале я узнал, что рядом со мной разорвалась граната, и нашпиговала меня осколками. Олежкина группа остановила «духов», а остальное уже довершили подоспевшие вертушки. Тогда Олег вынес меня из боя на себе…
Антон подошёл к своему другу, и они молча обнялись.
Раскатов прошёлся вдоль стола и продолжил:
– В том бою всё решили две-три минуты… опоздай Олег, меня бы просто не было в живых… да и Паша Доцевич не вернулся бы никогда к своей семье. Вот так то. Ну а теперь решайте, стоят ли все ваши обиды этой встречи.
Больше минуты стояла мертвая тишина, растроганные рассказом женщины уже готовы были расплакаться.
– Да что вы, девчонки, в конце-то концов, парни из преисподней выползли живыми! Вам не стыдно?! – укоризненно выпалил Валера и уже спокойно добавил:
– Не будьте эгоистками, им нужно это, они заслужили эту встречу…
В глазах Старицкой блеснули слёзы, она подошла к Антону и положила ладони ему грудь:
– Прости… ну, прости меня.
В тот самый момент Арина инстинктивно сжала руку Олега.
Минут пятнадцать мужчинам пришлось успокаивать расчувствовавшихся женщин, но не всех. Антон с интересом отметил, что Арина довольно таки быстро взяла себя в руки, и что самое интересное, нисколько не переживала из-за несостоявшейся поездки на Кипр.
«Видимо, в рядах противника намечается раскол, или кто-то из них ведёт свою игру, либо то и другое. Это мне на руку, раздоры в их стане могут дать дополнительные козыри», – подумал Раскатов.
Нельзя было сказать, что последствия инцидента уже полностью исчерпали себя, но, во всяком случае, видимое напряжение спало, и стороны вполне адекватно могли воспринимать случившееся. Главное, что разъезжаться никто не собирался, и компания в полном составе вновь расположилась вокруг многообещающего стола.
– А какие у вас планы на Байкале? – спросил Валера.
– Да вот решили вспомнить молодость и побродить с рюкзаками, – ответил Олег.
– А маршрут то уже выбрали? – поинтересовалась Наталья.
– На Байкале ребята есть очень красивый остров Ольхон, мы бы хотели его обойти с несколькими ночёвками, – проинформировал друзей Антон.
– Неужели вы не устали от такой дикой романтики? – не удержалась от колкости Лана. – И почему вас так неудержимо тянет к лишениям и неудобствам?
– Тебе не понять, милая, ты у нас существо другого плана, – отпарировал её «пику» Антон.
– А я этого и не отрицаю.
– Нет, в этом есть что-то, – неожиданно поддержала мужчин Арина. – Мне доводилось в ранней молодости ходить в такие походы. Конечно, неудобства были, но они не портили общего впечатления. Как сейчас помню… мы совсем забывали про усталость и до поздней ночи сидели у костра, шутили, любовались звёздами, пели под гитару песни и наслаждались печёной картошечкой пахнущей дымком… Нет, такое не забывается, ребята!
– Наш человек! – обрадовался Олег, обнимая за плечи Арину.
– Глупости всё это! Печёную картошку можете испечь и в мангале, – не сдавалась Лана. – Наслаждайтесь, если хотите.
– А что – это идея! Угли у нас хорошие, сейчас и сварганим, – сразу нашёлся Валера. – Есть желающие в домашних условиях почувствовать немного романтики?
– Есть, твори! – первой отозвалась Наталья.
Все, кроме Старицкой поддержали новую инициативу возгласами одобрения.
Через полчаса подоспевшая картошечка уже была рассыпана на большом круглом подносе.
Тем временем Олег сходил к машине и вернулся с гитарой:
– А теперь пока картошка остывает, послушайте новую песню.
После небольшого вступления перебором струн Олег запел негромким, но чувственным голосом:
Вновь капризно заплачут дожди на груди у природы,
Помогая за день все наряды её поменять,
Ведь дрожащие жёлтые листья выходят из моды,
Обрекая свою красоту с каждым днём увядать.
Затем, сменив интонацию, и усилив переливы голоса, он затянул припев, повторив его два раза:
Мелодия дождя – в прощании сентября,
Упала на асфальт с листком календаря,
Печальная пора последнего тепла…
Мелодия дождя, зачем с собой звала?
Всем казалось, что он пел на одном дыхании:
Налетели ветра, принуждая тебя к униженью,
Обнажая одежды любви, всё о чём-то моля…
И кружили бежавшие листья, внимая знаменью
Укрывая осенним лицом вороные поля.
Как пожившая женщина ты становилась мудрее,
Согревая надежду, что грёзы разбудит весна…
Оживёт твой наряд и пробудится юная фея,
Возвращая заблудшее время природе сполна.
Друзья не удержались и подхватили припев, с упоением повторяя его несколько раз:
Мелодия дождя – в прощании сентября,
Упала на асфальт с листком календаря,
Печальная пора последнего тепла…
Мелодия дождя, зачем с собой звала?
Пройдясь ещё раз по струнам завершающим перебором, Олег отложил гитару и спросил:
– И как вам отголоски настоящей романтики?
– Олег, у тебя такой талант, а мы и не знали! – воскликнула Лана.
– Классно как! – выразила свой восторг Наталья.
– С душой исполнил, молодец! – похвалил его Валера.
Нежно прижавшись к Олегу, Арина прошептала:
– Чтобы лучше узнать тебя, мой милый, придётся изрядно потрудиться.
– А кто тебе запретит? – ответил он.
Антон подошёл к Олегу и одобрительно похлопал по плечу.
Фатум
Тоскуя, в огненную даль
Душа стремится неустанно,
Не о Земле её печаль -
О Высшем доме, как ни странно.
I
Расположившись на скамейке в одном из городских скверов, двое мужчин вели беседу, случайному прохожему их разговор мог бы показаться довольно странным.
– Какие изменения ты заметил в его поведении? – спросил смуглый человек восточной внешности.
– Если честно, его новая жизнь мне не совсем понятна. А я-то думал, что знаю его хорошо, ведь даже наши кровати в казарме стояли рядом. Тогда между нами не было тайн, конечно, за исключением единственной. Теперь же я не могу за это поручиться, – ответил его собеседник.
– Что тебя конкретно настораживает?
– С каждым днём я всё меньше нахожу в нём прежнего Антона, он как-то неуловимо стал другим. Вроде бы внешне тот же, но только внешне, я чувствую, что внутри него живёт другой человек, незнакомый мне. Ты меня понимаешь?
– Понимаю, но это можно объяснить годами отшельничества, они оставили свой отпечаток на его внутреннем мире. А теперь давай уточним некоторые детали. В чём проявляются эти изменения?
– Ну… есть какая-то наигранность в его поведении, похоже, что он ведёт свою чётко спланированную игру. Взять хотя бы нашу поездку на Байкал… вроде бы я предложил эту поездку, но сам её план и конкретно маршрут разработал он и просто уговорил меня принять это.
– Ясно. А что проглядывается в отношениях с его женщиной?
– У них очень близкие отношения, но опять же, складывается впечатление, что он держит её на расстоянии нужном ему. Она не раз предлагала Антону переехать к себе, но он всегда находил всевозможные отговорки, чем явно нервировал её.
– Но это ещё не повод для подозрения, вероятно, сказывается его склонность к независимости и одиночеству, – предположил смуглый мужчина.
– Возможно, но есть кое-что ещё.
– Продолжай.
– Я не раз замечал, что после работы он уединяется в рабочем кабинете, когда у меня нет занятий, но самое интересное, что он закрывает все двери и занавешивает окна.
– Согласен, это неспроста. Что ещё?
– В последнее время я начал замечать, что он старается избегать пищи как таковой или принимает её в очень незначительных количествах, но заметь, совсем не худеет. И ещё… от него исходит какая-то непонятная мне сила, и она всё возрастает. Я просто чувствую это! Уверен, что и другие чувствуют то же, но не отдают себе в этом отчёта.
– Хорошо, я пока не готов что-либо сказать, но мы разберемся обязательно. А за последний месяц между вами или в вашем окружении случались какие-либо инциденты?
– Ну, если это можно назвать инцидентом…
– Я слушаю.
– Это произошло совсем недавно, одним словом – женщины решили пригласить нас на Кипр отдохнуть, а когда узнали, что мы отправляемся на Байкал, то закатили целую истерику.
– А кто, собственно, настаивал на поездке?
– Больше Старицкая, она в основном и возмущалась, мне даже показалось, что Арина поддерживала её лишь в качестве солидарности, чтобы не обидеть.
– Кипр говоришь? Удобное место для тайной акции и нам было бы нелегко там вмешаться. Но инцидент был исчерпан, так?
– Да, Антон сделал для этого всё возможное.
– Неужели он так стремится к вашему другу?
– Хотелось бы верить… но, думаю, здесь скрыто что-то ещё.
– Если всё так, как ты говоришь, что же он всё-таки замышляет и зачем весь этот маскарад?
Человек с восточной внешностью на минуту задумался, а затем произнёс:
– Но пока у нас всё же нет стопроцентной уверенности. Хорошо, действуем по нашему плану. На Байкале постарайся раскачать его чувства через ностальгию о прошлом, а так же переключай его внимание на вопросы, касающиеся духовных истин, и при любой возможности втягивай друзей в философские беседы. А мы понаблюдаем со стороны. На месте тебя подстрахуют. Маловероятно, что его решатся похитить на острове, не их это территория, однако нужно готовиться ко всему.
Спустя два дня после этого разговора в кабинете директора косметического салона раздался телефонный звонок.
– Слушаю вас, – ответил женский голос.
– Узнала меня?
– Конечно, вас трудно не узнать.
– Что нового по нашему вопросу?
– Новости есть… поездка на Кипр уже точно отменяется, они отправляются на остров Ольхон, решение принято.
– Сильный ход.
– О чём вы?
– Тебя это не касается. Узнай в подробностях маршрут их движения по острову, меня интересует даже малейшая деталь. Передашь мне информацию и будешь действовать по запасному варианту. Всё поняла?
– Не беспокойтесь, я всё сделаю. Только и вы не забудьте о вашем обещании.
– Девочка, я никогда не даю пустых обещаний.
Старицкая в задумчивости расхаживала по малому залу ресторана и вспоминала разговор с Донатом, состоявшийся три недели назад.
В тот раз он начал издалека:
– Ты наверно устала от жизненной суеты, милая? Не думала об отдыхе?
– С чего это такая забота? – насторожилась Лана.
– Да не напрягайся ты так и не ищи во всём только подвох, – попытался успокоить её Донат.
– Странно как-то это звучит из ваших уст.
– Считай, что таково проявление отеческой заботы.
– И что же вы хотите мне предложить? – выказала нетерпение Старицкая.
– Вот это уже деловой разговор. Я хочу пригласить тебя на Кипр, но исключительно для отдыха. Слышала что-нибудь об этом чудесном острове?
– Так, в общем, от знакомых…
– Значит, имеешь некоторое представление, но когда увидишь воочию, будешь покорена его красотой. Я предлагаю тебе и твоим друзьям пожить на шикарной вилле на самом берегу Средиземного моря. Нуждаться вы не будете ни в чём, всё уже оплачено. Билеты в оба конца на любое количество твоих друзей ты получишь по первому требованию. Согласна, милая?
– Донат, вы же ничего не делаете просто так… Скажите, что вам сейчас нужно?
– Ну, коль ты так заговорила, буду и я откровенен с тобой. Мне необходимо наедине побеседовать с твоим другом, а лучшего места для этого просто не найти.
– А почему не здесь, ведь вы же бываете в городе? – заподозрила что-то Лана.
– Обстоятельства меняются, милая, мне удобней встретиться на Кипре. Тем более, что предстоящий разговор в первую очередь важен для него. Только ты раньше времени не говори ему об этом.
– Хорошо, но я всё-таки не совсем понимаю вас…
– А что тут непонятного? Вы просто прекрасно отдохнёте своей компанией. У вас будет всё, что пожелаете – солнце, море, изумительная природа, прислуга, яхта. Ещё благодарить будешь! Да и ещё, после выполнения этого небольшого поручения, если захочешь, будешь полностью свободна от своих обязательств перед нами и сможешь спокойно жить со своим другом в любви и богатстве.
– Вы это серьёзно?
– А разве до сего момента я обманывал тебя?
Лана пообещала поговорить со своими друзьями и попытаться в первую очередь убедить Антона. Несмотря на данное согласие, где-то внутри неё всё же гнездились сомнения в правдивости слов Доната, но желанная возможность освободиться от его влияния перевесила подсказку сердца. Она попыталась сделать всё, как хотел Донат, но непредвиденные обстоятельства перечеркнули все её усилия. Совместная поездка друзей на Кипр так и осталась нереализованной мечтой. Когда при следующем их разговоре Лана рассказала об этом Донату, тот был просто взбешён.
– Ты всё сделала так, как я просил?! – взорвался его голос, переходя на высокие тона.
– Абсолютно, но у них уже был свой план отдыха.
– И ты не смогла его переубедить?!
– Антона, наверно, смогла бы, но его друзей…
– Ты же утверждала, что можешь оказывать на него влияние! Я не вижу этого, он ни на грош тебя не ценит! – уже срывался его голос.
– Я старалась и всё что смогла, сделала! – вспыхнула Лана
– Ты меня разочаровала, отвратительная работа! Ну да ладно. Куда они собираются на отдых?
– На остров Ольхон, это на Байкале.
– Знаю. Значит так, узнай всё об их планах в мельчайших деталях, в том числе о маршруте движения по острову, я тебе перезвоню позже. Исправляйся, милая, а не то пожалеешь!
«Чёрт бы тебя побрал, кровопийца! Как бы от тебя избавиться, чтобы больше не видеть и не слышать?!» – негодовала Лана.
Но через несколько минут она уже успокоила себя пришедшей на ум мыслью:
«А может, и к лучшему, что мы не поехали, я же многого не знаю… Они могли причинить боль Антону, могли… я бы этого себе не простила».
II
Наконец-то настал день отъезда друзей на Байкал. Теперь уже все точки над «и» были поставлены, а возникшие противоречия во мнениях сглажены. Однако Антону с трудом удалось уговорить своих родных не провожать его сегодня, он очень не хотел лишний раз видеть слёз матери до сих пор опасавшейся отпускать его в дальнюю дорогу. В ожидании Ланы Раскатов расхаживал по перрону железнодорожного вокзала. Неожиданно с неба брызнули редкие капли дождя.
«Повезло, хоть не так душно будет», – подумал Антон. – Говорят, что дождик в дорогу к удаче, мне бы она точно не помешала».
Олег с Ариной расположились возле туристического снаряжения и вместе переживали скорый момент разлуки.
«Вот и Лана на подходе, а до прибытия поезда осталось пять минут. Хотя он всё равно опоздает, – произнёс про себя Раскатов, взглянув на часы, – это уже не важно, немного помучаемся, а там всё по плану».
– Антон! – прервал его размышления голос Старицкой.
Цокая тонкими каблучками, она подбежала к Раскатову и бросилась ему в объятия.
– Насилу вырвалась, думала, не успею.
– Успела бы, я же ждал тебя, – произнёс Раскатов, целуя женщину.
– Спасибо, дорогой.
– Уважаемые пассажиры, – раздался голос из вокзального громкоговорителя, – прибытие пассажирского поезда номер сто тридцать четыре Пенза – Владивосток задерживается на пятнадцать минут. Повторяю, прибытие пассажирского поезда номер сто тридцать четыре Пенза – Владивосток задерживается на пятнадцать минут.
– Вот видишь.
– Повезло то как! – обрадовалась Лана. – Хоть несколько минуточек побуду с тобой.
– Вы будто на войну нас провожаете, посмотри, – улыбнулся Антон, показывая на Олега с Ариной.
– Вам – мужикам всё равно этого не понять.
– Куда уж нам. Ладно, пойдём к ребятам.
Они взялись за руки и направились к друзьям.
– Ну как настроение, туристы? – спросила Лана, пытаясь придать голосу бодрые нотки.
– Настроение, Лана, как у всех пассажиров, – ответил Олег, – мы же все пассажиры на этой планете с очень грустным названьем – Земля…
– Ой-ой, сколько философской лирики и пафоса! А вот мы с Аринкой от переизбытка лирических чувств точно сегодня напьёмся.
– Да, пожалуй, – как-то отстранённо согласилась Арина. – Вам то что, завалитесь через несколько часов на полки и уснёте. А нам каково? Провожать всегда труднее…
– Будет вам, девчонки, не грустите! Скоро вернёмся, если зверушки нами не полакомятся, – попытался пошутить Антон, потянув за руку Лану.
Она всё поняла и последовала за ним.
– Пусть попрощаются, для них это важно, – сказал Антон.
– А для тебя разве нет?
– Где бы я ни был, ты всегда здесь, – ответил Антон, приложив руку к сердцу.
– Ты хоть вернёшься? – негромко спросила Лана, прижимаясь к нему.
– Сомневаешься?
– Я уже ничего не понимаю в своих ощущениях.
– Вернусь, родная, на этот раз обязательно вернусь.
– А будет и другой?
– Кто знает, не всё в нашей воле, – задумчиво произнёс Антон, прекрасно понимая, что скоро всё уже будет не так.
Вновь монотонным женским голосом заговорил громкоговоритель о прибытии на первый путь пассажирского поезда Пенза-Владивосток.
Через минуту показавшийся поезд замедлил свой ход и стал вытягиваться вдоль железнодорожного перрона. К радости друзей нужный им вагон остановился как раз напротив здания вокзала. Нагрузив спины увесистыми рюкзаками, они предъявили проводнице билеты и стали прощаться с подругами.
– Если получится, позвони. И возвращайся скорее, я буду очень ждать, – сказала на прощанье Лана, целуя Раскатова.
– Не грусти, родная, до встречи.
Поднявшись в тамбур, мужчины ещё раз помахали женщинам и направились вглубь вагона. К их удивлению купе оказалось свободным.
– Однако, – отметил Раскатов.
– Не тешь себя иллюзией, в Челябинске точно подсядут, – высказался Олег.
– Хорошая мечта не повредит.
– Это правильно, хоть помечтаем, а лучше бы вдвоём до самого Иркутска, в такую жару любая компания в тягость будет, – ответил Зорин и прильнул к окну:
– Смотри, Антон, девчонки нам машут!
За окном Лана с Ариной наперебой раздавали мужчинам последние напутствия и воздушные поцелуи. Прозвучал продолжительный гудок тепловоза и поезд тронулся, оставляя позади вокзал Миасса.
Через несколько минут в купе вошла молодая проводница и попросила предъявить билеты.
– Так, до Иркутска… Мужчины, если захотите чаю или кофе, скажите мне, я всегда рада помочь, – приятным голосом произнесла она, что-то помечая ручкой на билетах.
– Спасибо, милая, обязательно обратимся, – пообещал Олег.
После её ухода они переоделись в спортивную одежду и устроили вещи.
– Значит, в Иркутске будем в начале восьмого, – проговорил Олег.
– Если верить расписанию, то да.
– А в девять у «Ангары» с Пашкой встречаемся, должны успеть, – продолжил свои размышления Зорин.
– Куда он денется, будет ждать, даже если поезд задержится.
– Да, конечно… Каким он интересно стал за эти годы?
– Все мы меняемся, Олег, порой до неузнаваемости… но это не Пашкин случай, уверен, – предположил Раскатов.
– Твоя правда, Антоха, Пашкину натуру трудно подвинуть в сторону, хоть в чём-то, но проявится! – рассмеялся Зорин.
– Вот и я про то же.
В Челябинске друзья не стали выходить на потемневший от затяжного дождя перрон. И на этой большой станции к ним никто не подсел, будто обстоятельства играли на их стороне. Чуть позже проводница принесла им чай, и мужчины расположились возле стола.
– Антон, а ты любишь дорогу, в смысле путешествий, конечно?
– О, дорога, дорога, дорога, бесконечные вёрсты без сна, в них надежда, слепая тревога, радость встреч и былая вина, – неожиданно продекламировал катрен Раскатов. – Люблю, Олежка, как её не любить… ты прислушайся к ритму колёс, всё равно, что биение сердца. Вся наша жизнь нескончаемая дорога.
– Наверно, но рано или поздно человек же должен возвращаться туда, где его ждут.
– А с этим у нас всё в порядке. Представь, что где-то в одном городке две милые дамы сидят в уютном кафе, выпивают за наше здоровье и мечтают о встрече, – усмехнулся Антон, отпивая из стакана.
– Всё шутишь, а для них это удар по самолюбию.
– Вот как раз и полечатся от него.
– Может, всё-таки надо было поехать вместе? А Пашка не осудил бы нас за это.
– Не осудил бы. Но ты же сам всё недавно видел и слышал… Не знаю, как Арина, но Лана точно не получили бы удовольствия от такого отдыха. Маршрут не самый лёгкий, ты сам знаешь, трудно бы ей пришлось. А если не кривить душой, то наши женщины мечтают совсем о другом отдыхе, где нибудь у Средиземного моря в пятизвёздочном отеле со всеми удобствами. Разве не так?
– Да, твоя правда.
– А у тебя с Ариной всё так серьёзно?
– Серьезней не бывает.
– Любовь не выбирает, а лишь предъявляет права… и в этом вся её прелесть и боль, – философски заметил Раскатов.
– Это уж точно, на себе прочувствовал. Да, в отношениях всякое бывает… но это всё ерунда, если любишь, конечно… это чувство забирает целиком, и в нём я нахожу необъяснимую полноту жизни.
Антон понимающе кивнул и похлопал друга по плечу.
«Интересно, что произойдёт в отношениях этих ребят, когда раскроются все тайны, – подумал Антон, – хотя я уже догадываюсь».
Набирая скорость, поезд неудержимо стремился на восток, равномерно постукивая колёсами. За окном незаметно опустились сумерки, и окружающий пейзаж постепенно стал сливаться в одну сплошную картину ночи, лишь изредка поблёскивая редкими огоньками фонарей.
В попытке заснуть Олег устроился на верхней полке, но даже сейчас сомнения в правдивости Антона ни на минуту не оставляли его в покое, заставляя вновь и вновь анализировать свои подозрения:
«Парадокс какой-то! Он ведь целых одиннадцать лет промывал свои мозги в отшельничестве… Неужели так и не смог вспомнить главного? Не может быть, я не верю в это! Ведь он считается одним из лучших у пришельцев, но его «коллегам» понадобилось значительно меньше усилий и времени для этого. А если он вспомнил себя, то какую игру ведёт, и с какой целью? Нет, Ридан должен был узнать об этом, должен был».
Они встречались до отъезда ещё раз именно по этому поводу и кроме всего уже обговорённого, Ридан предупредил о возможных акциях со стороны «оппонентов». Нервное состояние, не оставлявшее Зорина в последний месяц, нагнеталось ещё и его противоречивыми чувствами, ведь несмотря ни на что он искренне по-дружески любил Антона.
В то же самое время Раскатов размышлял о предстоящей встрече, но не с Пашей Доцевичем. Ещё в Миассе за две недели до отъезда он разблокировал давно неиспользуемый наблюдателями телепатический канал и дал о себе знать, ожидая реакции с той стороны. Однако ждать ему долго не пришлось, «призрак» объявился спустя несколько часов.
Наступили третьи сутки их путешествия. Они вновь остались вдвоём, совсем недавно попрощавшись с пожилой парой, сошедшей в Тайшете. Оставалась ещё одна томительная ночь, а затем ожидаемая встреча с Пашкой, после чего они намеревались сразу же отправиться на остров Ольхон.
– Антоха, а ты не замечал, как люди относятся к смерти? – вдруг спросил Зорин.
– Ты о наших попутчиках?
– Ну и о них в том числе, они же с похорон возвращались. Знаешь, меня удивляет одно, зная об её существовании, люди всячески избегают о ней думать. Почему они так её боятся?
– А ты разве не боишься?
– Я?.. Да нет, не боюсь, я отношусь к ней философски, может, потому, что не раз видел её лицо.
– Ты видел смерть вблизи, но не заглядывал ей вовнутрь. Люди боятся не самой смерти, а неизвестности, потому что не помнят, что находится там, за гранью нынешней жизни.
– Нет, подожди, но во всех религиях можно найти упоминание о потустороннем.
– Одно дело услышать, но поверить и осознать – это совсем другое… Все мы в той или иной мере знакомы с религиозными понятиями, но непробиваемый скептицизм не позволяет большинству людей раздвинуть привычные рамки. Но если человек хотя бы попытается допустить то невозможное, что не поддаётся его обыденному восприятию, он сможет понять многое.
– А ты знаешь, что за гранью?
– У меня был хороший Учитель, и он кое-что успел мне показать. Если бы люди смогли осознать реальность иного мира, то не цеплялись бы за собственный страх и предрассудки. А та тонкая грань, что разделяет земное и потустороннее, это всего лишь дверь в другую жизнь, незримо связанную с этой.