Kitabı oxu: «Население Красноярского края в 1970-1990-х гг. Воспроизводство, расселение», səhifə 2

Однако недостаток информации помешал зарубежным ученым провести качественные, беспристрастные исследования. Этому препятствовали ограниченность контактов советских ученых с зарубежными коллегами, «закрытость» ряда городов и городских поселений и другие причины.

Таким образом, следует констатировать наличие большого массива публикаций о населении Сибири в период с 1970 г. до начала XXI в. К разным аспектам демографического развития региона обращались историки, социологи, демографы, экономисты, географы. Однако из историографического обзора работ со всей очевидностью следует ряд выводов, говорящих о недостаточной изученности демографической истории Сибирского региона в указанный период.

Во-первых, заметно преобладание работ о населении Западной Сибири. Восточно-Сибирский регион, в том числе Красноярский край, менее изучен.

Во-вторых, малоизученными остались духовные факторы исторического процесса: общественное и индивидуальное сознание, его отдельные элементы. Как известно, психологическая обстановка в стране является немаловажным фактором развития общества, в частности, демографического развития.

В-третьих, отсутствуют комплексные исследования по исторической демографии Сибирского региона в постсоветский период.

Таким образом, очевидна необходимость дальнейшего изучения населения Красноярского края в период с 1970 г. до начала XXI в., особенно постсоветского периода.

Источниковая база нашего исследования представлена опубликованными и неопубликованными документами. В соответствии с устоявшейся классификацией использованные в работе источники делятся на документальные и повествовательные, которые подразделяются по видам и разновидностям.

К документальным источникам относится Постановление ЦК КПСС и СМ СССР № 235 «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей»³⁹ от 22 января 1981 г. Оно позволяет понять причины улучшения демографической ситуации в СССР в 1980-х гг. Как известно, реализация постановления 1981 г. способствовала подъему рождаемости. Этот документ свидетельствует о том, что, во-первых, в Советском Союзе и до реализации данного постановления много внимания уделялось социальному обеспечению населения, во-вторых, меры, заявленные в постановлении, носили комплексный характер, что очень важно при проведении демографической политики, в-третьих, особое внимание уделялось развитию Дальнего Востока, Сибири и северных районов страны.

Иные подходы к демографической политике демонстрирует краевая целевая программа «Улучшение демографической ситуации в Красноярском крае на 2007–2009 годы»⁴⁰. Ознакомление с ней заставляет думать, что в Российской Федерации демографическая политика не имеет четкой стратегии, меры ее недостаточно финансируются, а эффективность некоторых из них вызывает сомнения.

Статистические источники – еще один вид документальных материалов. В нашем исследовании они являются главными. Автором были изучены материалы всесоюзных переписей населения 1979⁴¹ и 1989 гг.⁴² по Красноярскому краю, а также Всероссийской переписи 2002 г.⁴³, позволившие выявить ряд демографических тенденций, которые зародились в те годы.

С начала 1990-х гг. в Красноярском крае стали регулярно издаваться статистические сборники и демографические ежегодники. Основываясь на их данных⁴⁴, автор исследовал динамику демографических процессов в регионе в 1990-х гг., а именно: естественное и механическое движение населения, процессы рождаемости и смертности, брачности и разводимости.

Демографическая ситуация в регионе в начале XXI в. изучалась преимущественно на основании данных демографических ежегодников⁴⁵. Причем, в последние годы в крае стали выходить статистические сборники, посвященные конкретной проблеме, как-то: проблеме демографического старения населения и диспропорции полов⁴⁶, проблеме смертности населения в трудоспособном возрасте⁴⁷.

Источниковая база исследования включает и неопубликованные материалы – архивные документы из Государственного архива Красноярского края (ГАКК). Автором были изучены и проанализированы материалы двух фондов – фонда № р-1300 Красноярского краевого статистического управления и фонда № П-26 Красноярского краевого комитета КПСС. Они позволили выявить ряд демографических тенденций, зародившихся в крае в 1970–1980-х гг. Данные большинства изученных архивных документов введены в научный оборот впервые.

Фонд № П-26 Красноярского крайкома КПСС содержит справки, информацию о выполнении постановлений ЦК КПСС и бюро крайкома КПСС, стенограммы совещаний. Из данного фонда автором была изучена стенограмма совещания по размещению и развитию производительных сил Красноярского края на период до 2005 г.⁴⁸ В документе отразились умонастроения руководителей краевого, республиканского и союзного уровней в эпоху «перестройки». Демократизация общественной жизни страны позволила, наконец, обсудить давно назревшие проблемы, такие как загрязнение окружающей среды, рост заболеваемости населения, демографический кризис и т. д., что и сделали участники совещания.

Особенно впечатляли планы краевых властей на ближайшую перспективу (до 2005 г.). Их реализация позволяла существенно улучшить уровень жизни населения региона. Однако из-за либеральных реформ 1990-х гг. эти планы не были реализованы.

В фонде № р-1300 Красноярского краевого статистического управления содержатся сводные годовые отчеты по естественному и механическому движению населения, списки сельских населенных пунктов и прочие документы. В частности, итоги результатов проверки по краю «О состоянии учета сельского населения на 01.01.78»⁴⁹ позволяют оценить масштабы внутрисельской миграции (по крайней мере, в конце 1970-х гг.). На основании сводных годовых статистических отчетов по механическому движению населения⁵⁰ можно точно рассчитать интенсивность миграции в крае в 1970–1989 гг., когда такая информация еще не публиковалась в редких статистических сборниках тех лет.

Дело, содержащее статьи о микропереписи населения 1985 г.⁵¹, включает в себя вырезки статей из городских и районных газет, тексты радиовыступлений начальников отделов статистики. Смысл газетных статей сводится к пропаганде важности для плановых органов социально-демографического обследования населения с 2 по 11 января 1985 г. и призывам не уклоняться от переписи и сообщать «счетчикам» достоверные сведения о себе.

В отчетах районов по социально-демографическому обследованию населения 1985 г.⁵² сообщается о проделанной работе, возникших организационных трудностях, а также содержатся замечания и предложения об улучшении организации проведения переписи.

Применительно к теме исследования наиболее важными оказались неопубликованные материалы всесоюзных переписей населения 1970, 1979 и 1989 гг. по Красноярскому краю.

Материалы переписи 1970 г. позволили охарактеризовать демографическую ситуацию, сложившуюся в регионе накануне первой красноярской десятилетки. Автором были изучены разработочные таблицы о распределении населения по полу, возрасту и состоянию в браке в Красноярском крае⁵³.

По переписи 1979 г. была детально рассмотрена численность членов семей и одиночек и группировка семей по размеру в 1979 г.⁵⁴, что позволило увидеть изменения в распределении семей по числу детей в течение следующего десятилетия.

Из документов по итогам переписи 1989 г. были изучены: распределение населения по полу и возрасту⁵⁵, распределение населения по состоянию в браке, полу и возрасту⁵⁶, численность членов семей и одиночек⁵⁷, число семей и группировка их по размеру⁵⁸.

Так как с начала 1990-х гг. в Красноярском крае стали регулярно издаваться статистические сборники и демографические ежегодники, архивные документы по естественному⁵⁹ и механическому⁶⁰ движению населения в регионе в последнем десятилетии прошлого века не изучались. Тем не менее в дальнейшем при разработке темы возникновения и развития депопуляции они могут оказать неоценимую помощь. Как правило, между архивными и опубликованными данными имеются расхождения, обусловленные политической конъюнктурой, субъективным мнением составителей, их методологией и методикой.

К источникам, содержащим как документальные, так и повествовательные материалы, относится периодическая печать. Автором был обработан большой массив публикаций в журналах «Свободная мысль», «Социологические исследования» и др., местных газетах «Красноярский рабочий, «Вечерний Красноярск», «Заполярная правда» и др. и центральных – «Российская Газета», «Аргументы и факты» и др.

Проследить динамику демографических процессов в крае в 1990-х гг. позволяют публикации в газете «Красноярский рабочий». Преимущественно это были статистические сводки, констатировавшие, как правило, неблагоприятные процессы. Публикации материалов такого рода участились после 1992 г., когда в регионе началась депопуляция. Заголовки говорили сами за себя: «Впервые со времен войны» (09.12.1992), «А войны даже не было» (24.06.1997), «Деревня есть, а людей нет» (31.03.1998) и т. п.

Также имеются публикации о демографической истории отдельных территорий края, в частности, демографической истории Норильска, которому посвящена серия статей Вл. Толстова⁶¹, подготовленных по данным центра социальных исследований и консультирования Норильской горной компании. Весьма информативна и его статья о причинах смертности в Большом Норильске⁶².

Широко использовались публикации социологов, проводивших исследования в Сибири в 1970–1990-х гг. и начале XXI в.⁶³.

Не остались без внимания и базовые работы по истории населения России в XX в., в частности, коллективный труд «Демографическая модернизация России, 1900–2000»⁶⁴, созданный под руководством А. Г. Вишневского, а также исследование В. Б. Жиромской по демографической истории России в 1930-е гг.⁶⁵

Вспомогательное значение имели издания энциклопедического и справочного характера, прежде всего, «Демографический энциклопедический словарь»⁶⁶ и его переиздание «Народонаселение»⁶⁷.

Глава 2
Население Красноярского края в годы красноярских десятилеток(1970–1980-е гг.)

2.1. Влияние индустриализации и урбанизации на изменение условий жизни населения

Опыт исследователей в разных странах свидетельствует о том, что ни анализ сегодняшних, ни прогноз завтрашних демографических тенденций не может претендовать на научность, если нет ясного понимания их исторического генезиса. Происходящие на наших глазах огромные демографические сдвиги не могут быть поняты и даже описаны без помощи серьезных и разносторонних сравнительно-исторических исследований⁶⁸.

На демографическое развитие региона в 1970–1980-х гг. заметно повлияли исторические факторы. В эти годы в Красноярском крае осуществлялся беспрецедентный в мировой хозяйственной практике эксперимент: выполнялись две всесоюзные десятилетки по комплексному развитию производительных сил региона. Интенсивное развитие промышленности сопровождалось урбанизацией и повышением культурно-бытового уровня развития населения.

В феврале 1971 г. ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли постановление «О мерах по дальнейшему комплексному развитию в 1971–1980 годах производительных сил Красноярского края». Этим документом предусматривалось: строительство мощных электростанций, закольцованных в единую систему, и создание на этой основе новых энергоемких производств; дальнейшее развитие лесной и деревообрабатывающей промышленности, сельского хозяйства; строительство жилья, учреждений народного образования, здравоохранения, культуры и коммунально-бытового обслуживания.

В комплексной программе подчеркивалось: «Необходимо обеспечить ввод в действие первой очереди Ачинского нефтеперерабатывающего завода, продолжить строительство Саянского территориально производственного комплекса, в том числе Абаканского вагоностроительного завода, ввести в действие первые агрегаты Саяно-Шушенской ГЭС и обеспечить ввод первых корпусов электролиза Саянского алюминиевого завода. Построить первую очередь комплекса электротехнических заводов в городе Минусинске. Начать строительство Богучанской ГЭС»⁶⁹.

В декабре 1980 г. ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли постановление «О мерах по дальнейшему комплексному развитию в 1981–1990 годах производительных сил Красноярского края». Во второй красноярской десятилетке ставилась задача дальнейшего наращивания объемов промышленного производства в регионе (на 60–65 %) и повышения уровня жизни людей. В частности, предусматривался рост производства угля и электроэнергии, химволокна и целлюлозы, электротехнических изделий и другой продукции⁷⁰. Именно в эти годы планировалось завершить строительство Саяно-Шушенской ГЭС, построить два мощных разреза на Канско-Ачинском топливно-энергетическом комплексе (КАТЭК), пустить в эксплуатацию Красноярский завод тяжелых экскаваторов.

Закономерным процессом для послевоенного мира являлось снижение удельного веса сельских жителей в населении. Но в СССР этот процесс был ускорен промышленной политикой Коммунистической партии Советского Союза. После Всесоюзной конференции по развитию производительных сил Восточной Сибири, которая состоялась в августе 1958 г. в Иркутске, был взят курс на ускорение промышленного освоения Восточно-Сибирского региона. Согласно новому курсу при распределении ресурсов приоритет отдавался тяжелой промышленности, в значительной степени военного назначения. Запланированные экономические мероприятия имели в целом экстенсивный характер и были рассчитаны на привлечение в городские поселения дополнительных рабочих рук из других частей страны и из окрестных деревень. Такая стратегия развития господствовала в Восточно-Сибирском регионе вплоть до конца советского периода.

Миграция в город влекла за собой цепочку негативных последствий для сельских территорий, подрывала их демографический потенциал. Во-первых, уезжали преимущественно люди молодого возраста, из-за чего в селах повышалась доля пожилых и старых людей.

Старение населения трудоспособного возраста обычно имеет серьезные социально-экономические последствия, связанные с изменением его физиологического качества. Положительных сторон у этого процесса немного. До 40–50 лет у работников повышается квалификация, накапливается опыт. Но одновременно растет число людей, не способных полноценно работать, а у остальных ухудшается состояние здоровья, снижается динамичность. Между тем современное производство требует от работника способности быстро адаптироваться к часто меняющимся производственным условиям, более высокого общего и специального образования, то есть качеств, больше присущих молодежи.

Отток трудоспособного населения из деревень вызывал также нехватку рабочей силы в сельхозпроизводстве, а следовательно, увеличение трудовой нагрузки на оставшееся население. Недостаток собственных трудовых ресурсов вынуждал привлекать горожан в сельскую местность на период уборки урожая.

Наконец, уменьшение доли молодежи в сельском населении приводило к снижению темпов естественного прироста. Известно, что в современном обществе женщины рожают детей в основном в интервале от 22 до 35 лет⁷¹, а значит, чем больше в составе населения молодых женщин, тем большим будет и общее число рождений. (Подробно эта проблема рассматривается в параграфе 2.3).

Помимо промышленной политики миграции в город способствовала территориальная политика государства. Концентрация и специализация сельскохозяйственного производства, преобразование колхозов в совхозы потребовали укрупнения сельских поселений и ликвидации мелких, «неперспективных». Предполагалось, что каждый колхоз (совхоз) должен включать один или два поселка с числом жителей от 1–2 тыс. до 5–10 тыс. человек. Исходя из этого, в поселенческой сети выделялись опорные пункты – перспективные села. В них планировалось переселить жителей из малых, так называемых неперспективных деревень, в разряд которых попадало до 80 % их общего числа. Подобное изменение поселенческой структуры имело целью не только создать возможности для более быстрого развития социально-культурной и бытовой сферы села, приблизив ее к городским стандартам, но и снизить поток мигрантов из деревни в город.

В соответствии с новым курсом, политически оформленным в принятой на XXII съезде в 1961 г. Программе КПСС, проводилось организованное переселение жителей мелких деревень в крупные села. Для обустройства на новом месте предусматривались льготы и кредиты.

Для государства политика концентрации населения была экономически выгодной: меньше сел – меньше проблем с их благоустройством. Но для слабозаселенной Восточной Сибири она была стратегической ошибкой, так как вела к запустению значительной части освоенной территории. Так, с 1970 по 1979 г. в Красноярском крае были ликвидированы 889 сельских населенных пунктов в связи с переселением или выездом жителей из них, с 1979 по 1989 г. исчезло еще 97 «неперспективных» деревень⁷².

Параллельно с процессом расселения (и ликвидации) мелких деревень шло преобразование села в соответствии с городскими эталонами. Традиционная деревня с характерной усадебной застройкой уступала место новой деревне, отличительными чертами которой являлись регулярная планировка, строительство многоквартирных и многоэтажных домов, четкое деление территории на жилую, производственную и общественную зоны. Крестьянский двор преобразовывался в лучшем случае в приусадебное, а часто – в «приквартирное» хозяйство. При этом преследовалась благая цель – освободить сельских тружеников от тягот подсобного хозяйства и предоставить им возможность досуга: заниматься спортом, ходить в кино, отдыхать. За дальними полями и лугами предполагалось ухаживать вахтовым методом: «сел на автобус, приехал на поле, отработал смену и – домой, в благоустроенную квартиру, к теплу и телевизору»⁷³, как заметил собкор газеты «Красноярский рабочий».

Известно, что жилищные условия в значительной степени определяют развитие населения – рождаемость, здоровье, миграцию. В сельской местности они играют еще большую, чем в городе, роль в воспитании детей, обеспечении бытовых нужд, организации досуга. Эти стороны жизни мало обобществлены на селе, следовательно, деревенским жителям требуются большие дома с хозяйственными постройками.

Ликвидация «неперспективных» деревень и грубые перекосы в планировании капитального строительства в перспективных селах усилили миграцию из села в город. Исследования социологов показали, что при неблагоприятных условиях проживания миграцию из села в город сдерживает психологическая привязанность человека к «малой родине»⁷⁴. Так было и в этом случае: снявшись с места, многие люди переезжали в город или пригород, минуя объявленные «перспективными» центральные поселки своих хозяйств, лишенные преимуществ настоящего города.

Очевидным результатом разрушения сельской среды были трансформация традиционных ценностей, изменение менталитета народа. Чем крупнее становились населенные пункты, тем менее личностный характер приобретали общественные отношения их обитателей. Слабели родственные и социальные связи между жителями разных деревень, а затем и внутри деревень. Снижался социальный контроль над поведением личности. Крестьянин становился рабочим с огородом, свертывалось животноводство, сокращались размеры земельных участков.

Политика преобразования системы сельского расселения не оправдала себя: деревня так и не стала «городской», но при этом практически перестала быть «крестьянской». На эту особенность указывала, в частности, новосибирский социолог Р. В. Рывкина, которая определяла образ жизни сельского населения Сибири как переходный, поскольку в нем переплетались черты, «типичные для образа жизни горожан, но еще не вошедшие полностью в быт деревни, и… черты образа жизни, характерные для предшествующих стадий развития деревни»⁷⁵.

К началу 1980-х гг. в аграрном секторе экономики страны появились признаки застоя, в частности, снизились темпы роста среднегодового объема валовой сельхозпродукции. Так, в Красноярском крае они в десятой пятилетке (1976–1980 гг.) составили 5 % к предыдущему пятилетию (в девятой – 12 %, в восьмой – 20 %)⁷⁶. В связи с резким уменьшением численности сельского населения возрастала трудовая нагрузка на основные категории сельскохозяйственных работников. За десятую пятилетку годовая занятость сибирских трактористов возросла с 265–270 до 275–280 рабочих дней, шоферов с 270–275 до 280–285⁷⁷.

Ухудшение состояния сельского хозяйства заставило курирующие его ведомства пересмотреть аграрную политику. В частности, в 1980 г. Госгражданстрой СССР постановил отказаться от деления деревень на «перспективные» и «неперспективные» и от переселения жителей мелких деревень в крупные села. Импульс развитию сельских поселений дали также решения июльского 1978 г. и майского 1982 г. пленумов ЦК КПСС. Предусматривалось строительство благоустроенного жилья усадебного типа с надворными постройками для личного подсобного хозяйства, расширение строительства школ, детсадов, клубов, улучшение медицинского, торгового и бытового обслуживания сельского населения⁷⁸. Эти и другие меры по социальному переустройству села помогли стабилизировать количество сельских населенных пунктов и сельских жителей.

Улучшать условия жизни сельчан Красноярского края предполагалось и в дальнейшем. К 2000 г. предусматривалось довести обеспеченность жилой площадью одного сельского жителя до 20 м², полностью охватить детей детскими садами и яслями, ввести в строй столько школ, чтобы 92 % учащихся учились в одну смену⁷⁹. Также планировалось улучшить обеспечение агропромышленного комплекса врачами, средним медицинским персоналом, библиотечными, культурно-просветительскими работниками. И что тоже немаловажно, к 1995 г. предстояло обеспечить потребление основных продуктов питания в основном за счет местного производства (с учетом межрегионального обмена) и приблизить его к медицинским нормам потребления, а к 2000 г. полностью удовлетворить покупательский спрос по всем видам продовольствия⁸⁰.

К началу же 1989 г. потребности сельского населения в социально-бытовых услугах удовлетворялись на 69 %, в том числе обеспеченность детскими дошкольными учреждениями составляла 76 %, клубными – 84 %; еще хуже обстояли дела с объектами здравоохранения⁸¹. Причина этого крылась, в частности, в бесхозяйственности и безответственности некоторых руководителей. Так, в 1985 г. в 37 хозяйствах края не было построено ни одного квадратного метра жилья, не говоря уже об объектах соцкультбыта⁸².

Судя по документам партийных и хозяйственных органов власти, процесс индустриального развития в Красноярском крае носил противоречивый характер. С одной стороны, удалось существенно улучшить показатели обеспечения населения жильем и продовольствием. С 1970 по 1989 г. средняя зарплата в крае возросла со 153 до 250 руб., товарооборот в расчете на одного человека – с 75 до 145 руб. Потребление мяса выросло с 51 до 70 кг, жилищный фонд – с 8,6 до 15 м² на человека⁸³.