Kitabı oxu: «Энергия жизни. Как изменить метаболизм и сохранить здоровье»

Casey Means, MD with Calley Means

Good Energy

The Surprising Connection Between Metabolism and Limitless Health

* * *

Права на издание получены по соглашению с InkWell Management LLC и Synopsis Literary Agency. Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Данная книга не является учебником по медицине. Все рекомендации должны быть согласованы с лечащим врачом.

В книге возможны упоминания организаций, деятельность которых запрещена на территории Российской Федерации, таких как Meta Platforms Inc., Facebook, Instagram и др.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© GOOD ENERGY © 2024 by Good Energy Health LLC

© Перевод на русский язык ООО «Прогресс книга», 2025

© Издание на русском языке, оформление ООО «Прогресс книга», 2025

© Серия «New Med», 2025

* * *

Посвящается Гейл Минс.

Родилась в 1949 году, умерла в 2021 году от рака поджелудочной железы (заболевания обмена веществ, которое можно было предотвратить).

Введение. Все взаимосвязано

При рождении я весила более 5 килограммов. Врачи поздравили маму с тем, что она родила одного из самых крупных детей за всю историю больницы.

Она с трудом сбросила вес после родов и продолжала бороться с ним в течение многих лет. Лечащий врач сказал ей, что это нормально, – ведь она только что родила ребенка и, в конце концов, стареет, – и посоветовал ей «питаться здоровее».

Когда ей исполнилось 40 лет, кардиолог диагностировал у нее повышенный уровень артериального давления. Врач сказал, что это очень часто встречается у женщин ее возраста, и назначил ей ингибитор ангиотензинпревращающего фермента (АПФ), чтобы расслабить кровеносные сосуды.

В 50 лет она узнала от терапевта, что у нее высокий уровень холестерина (или, если говорить более точно, высокий уровень триглицеридов, низкий уровень ЛПВП (липопротеины высокой плотности) и высокий уровень ЛПНП (липопротеины низкой плотности)). Ей прописали статины и сказали, что это обязательно для человека ее возраста: статины – одно из самых назначаемых лекарств в истории США, ежегодно выписывается более 221 миллиона рецептов.

Когда ей было 60, эндокринолог сказал, что у нее развился преддиабет. Доктор подчеркнул, что это тоже очень распространенное явление и не вызывает особого беспокойства. В конце концов, это «предболезнь», с которой сталкиваются 50 % взрослых американцев. Она вышла из кабинета с рецептом на метформин – препарат, который в США выписывают более 90 миллионов раз в год.

В январе 2021 года, когда моей маме был 71 год, она вместе с отцом совершала ежедневную прогулку недалеко от их дома в Северной Калифорнии. Внезапно она почувствовала сильную боль в животе и непривычную слабость. Обеспокоенная, она обратилась к своему лечащему врачу, который сделал компьютерную томографию и провел лабораторные исследования.

Через день она получила результаты: рак поджелудочной железы 4-й стадии.

Через 13 дней она умерла.

Онкологи из Стэнфордской больницы назвали ее рак поджелудочной железы «несчастливым стечением обстоятельств». Моя мама, которая на момент постановки диагноза «рак» наблюдалась у пяти разных специалистов и принимала пять разных лекарств, часто получала комплименты от своих врачей в течение десяти лет, предшествовавших постановке диагноза: они восхищались тому, насколько она здоровая по сравнению с большинством женщин ее возраста. И по статистике, так оно и было: средний американец старше 65 лет за свою жизнь посещает 28 врачей разных специальностей. В среднем ежегодно на одного американца выписывается 14 рецептов.

Согласитесь, есть в этом что-то неправильное, особенно если речь идет о здоровье наших детей, родителей и нас самих.

Восемнадцать процентов подростков страдают жировой болезнью печени, около 30 % – преддиабетом и более 40 % – избыточным весом или ожирением. Пятьдесят лет назад педиатры могли за всю свою карьеру ни разу не столкнуться с такими заболеваниями у своих пациентов. Сегодня для молодых людей такие заболевания, как ожирение, акне, усталость, депрессия, бесплодие, повышенный уровень холестерина или преддиабет, являются обычным явлением.

Шесть из десяти взрослых имеют хронические заболевания. Около 50 % американцев знают на своем опыте, что такое психические заболевания. Семьдесят четыре процента взрослых имеют избыточный вес или страдают ожирением. Показатели заболеваемости раком, сердечно-сосудистыми заболеваниями, болезнями почек, инфекциями верхних дыхательных путей и аутоиммунными заболеваниями растут пропорционально росту затрат на их лечение. На фоне этих тенденций ожидаемая продолжительность жизни американцев стала снижаться – впервые с 1860 года.

Нас убеждают, что увеличение числа заболеваний – как психических, так и физических – является частью человеческого бытия. Нас обнадеживают, что все больше хронических заболеваний поддается лечению с помощью «инновационной» современной медицины. В течение десятилетий, предшествовавших диагностированию рака у моей мамы, ей сообщали, что повышение уровня холестерина, глюкозы, артериального давления и лишний вес – это состояния, которые она может «регулировать» путем пожизненного приема таблеток. Но вместо отдельных заболеваний все симптомы, с которыми столкнулась моя мама и которые привели к ее смерти, были признаками одного и того же: дисбаланса производства и использования энергии ее клетками. Даже мой чрезмерный вес при рождении, который с медицинской точки зрения соответствовал критериям фетальной макросомии (буквально «крупный плод»), был очевидным индикатором энергетической дисфункции в ее клетках и почти наверняка – признаком недиагностированного гестационного диабета.

Но в течение десятилетий моей маме – и большинству других взрослых в современном мире – просто прописывали таблетки, вместо того чтобы пытаться разобраться, как связаны эти состояния и как можно устранить их первопричину.

Медицина утверждает, что корни всех внутренних болезней, депрессий и бесплодия невероятно глубоки и сложны, но это большая ложь.

Это звучит радикально, но задумайтесь: практически ни одно животное в дикой природе не страдает от широко распространенных среди людей хронических заболеваний. У львов и жирафов не наблюдается ни ожирения, ни гипертонии, ни диабета 2-го типа. А виновник 80 % смертей современных людей – их образ жизни.

Депрессия, тревожность, акне, бесплодие, бессонница, болезни сердца, эректильная дисфункция, диабет 2-го типа, деменция, болезнь Альцгеймера, рак и большинство других заболеваний, которые мучают нас и сокращают жизнь, на самом деле имеют одни и те же истоки. И возможность предотвратить их развитие, выздороветь, если уже больны, и чувствовать себя невероятно хорошо уже сегодня – в вашей власти и проще, чем вы думаете.

Хорошая энергия

Я хочу поделиться с вами своим видением здоровья и долголетия, которые имеют единый простой и мощный фундамент. Он называется хорошей энергией. Это она управляет самой сутью того, что (в буквальном смысле) вами движет: есть ли у ваших клеток силы обеспечивать вас питанием и иммунной защитой, сохранять ясный ум и гормональный баланс, поддерживать здоровье сердца и других органов. Хорошая энергия – это основная физиологическая функция, которая как никакой другой процесс в вашем теле определяет, будете вы психически и физически здоровы (или больны).

Хорошая энергия также известна как метаболическое здоровье. Метаболизм – это совокупность клеточных механизмов, которые превращают пищу в энергию, способную питать каждую клетку организма. Возможно, вы не задумывались о том, хорошая у вас энергия или нет. Когда энергетические процессы в клетке идут хорошо, вам не нужно «думать» об этом или осознавать это. Они просто есть. Ваше тело обладает удивительным набором механизмов, которые производят энергию ежесекундно и ежедневно; эти клеточные механизмы создают ее, распределяют между всеми клетками тела и удаляют мусор, который в противном случае засорил бы всю систему.

Если вы владеете ключами к этому важнейшему процессу в организме, вы можете стать совершенными – чувствовать себя энергичным, полным жизни и ясно мыслящим человеком. Вы можете наслаждаться сбалансированным весом, здоровой кожей, отсутствием болезней и стабильным настроением. Если вы находитесь в репродуктивном возрасте и хотите завести детей, у вас все будет в порядке с фертильностью, которая является вашим правом от рождения. Старея, вы можете не беспокоиться о том, что вас ожидает стремительный физический и умственный упадок или болезнь, которая «передается по наследству».

Однако когда вы теряете хорошую энергию, многое начинает идти не так. Органы, ткани и железы – это, в конце концов, просто набор клеток. Утратите способность правильно и безопасно питать эти клетки – и увидите, как органы, состоящие из них, начнут страдать и выходить из строя. В результате может возникнуть практически любая болезнь, и сегодня, учитывая давление, которое испытывает хорошая энергия, именно это и происходит.

Проблема, проще говоря, в несоответствии. Метаболические процессы, которые управляют нашим телом, развивались сотни тысяч лет в синергетических отношениях с окружающей средой. Но за последние десятилетия внешние условия глубоко и быстро изменились. Рацион питания, режим движения и сна, уровень стресса, воздействие ненатуральных химических веществ – все стало не таким, как было раньше. Среда, в которой живет современный человек, создает совсем не те условия, которых клетки ожидают и в которых нуждаются. Это эволюционное несоответствие приводит к нарушению нормальной метаболической функции: возникает плохая энергия. И тогда небольшие клеточные нарушения, происходящие в каждой клетке, распространяются на ткани, органы и системы вашего тела и негативно влияют на то, как вы себя чувствуете, думаете, функционируете, выглядите, стареете, и даже на то, насколько хорошо вы боретесь с патогенами и избегаете хронических заболеваний. Фактически почти все симптомы хронических заболеваний, которые выявляет западная медицина, – это следствие образа жизни, заставляющего клетки страдать. Плохая энергия приводит к разрушению клеток и органов и возникновению боли, которую вы испытываете.

В человеческом организме 200 различных типов клеток, и когда плохая энергия проявляется в них, могут возникать разнообразные симптомы. Например, если такая энергия атакует тека-клетки яичника, это проявляется как бесплодие, возникает синдром поликистозных яичников (СПКЯ). Если плохую энергию получает клетка, выстилающая кровеносные сосуды, возникает дисфункция кишечника, болезни сердца, высокое артериальное давление, проблемы с сетчаткой глаза или хронические заболевания почек (все это – результат плохого кровоснабжения различных органов). Если клетки печени испытывают воздействие плохой энергии, это может проявиться как неалкогольная жировая болезнь печени (НАЖБП). В мозге такая энергия вызывает депрессию, инсульт, деменцию, мигрень или хроническую боль – в зависимости от того, где эти дисфункциональные клеточные процессы протекают наиболее ярко. Недавние исследования ясно показали нам, что каждое из этих заболеваний и десятки других напрямую связаны с метаболическими проблемами – проблемами с тем, как наши клетки производят энергию. Однако практическая медицина не распознает эти первопричины. Мы по-прежнему «лечим» результаты воздействия плохой энергии на конкретные органы, а не саму плохую энергию. И мы никогда не исправим стремительно ухудшающееся здоровье современного населения, если не обратимся к ключевой проблеме – метаболической дисфункции. Именно поэтому чем больше средств мы тратим на здравоохранение, чем больше усилий мы, врачи, предпринимаем, чем шире доступ к медицинским услугам и лекарствам у пациентов, тем хуже становятся результаты.

По сравнению с тем, что было 100 лет назад, мы потребляем катастрофически много сахара (например, больше жидкой фруктозы – эта цифра доходит до 3000 %), работаем на более сидячей работе и спим на 25 % меньше. Кроме того, мы подвергаемся воздействию более 80 000 синтетических химикатов, содержащихся в пище, воде и воздухе. В результате всех этих и многих других факторов человеческие клетки перестали вырабатывать энергию так, как должны. Многие аспекты нашей индустриализированной жизни за последнее столетие обрели уникальную синергетическую способность атаковать внутриклеточные механизмы, производящие химическую энергию. Результат: клеточная дисфункция во всем организме, настоящий взрыв хронических заболеваний, с которыми мы сталкиваемся сегодня.

Метаболическую дисфункцию распознать очень просто: она проявляется в увеличении объема талии, выходящем за рамки нормы уровне холестерина, высоком уровне глюкозы натощак и повышенном артериальном давлении. Моя мама сталкивалась со всеми этими симптомами, а 93 % американцев находятся в опасной зоне хотя бы по одному из ключевых метаболических маркеров.

Если не считать значительных излишков жира на животе, внешне моя мама выглядела здоровой. Она была энергичной, счастливой и жизнерадостной и выглядела моложе своих лет. Нарушение обмена веществ – хитрая вещь: оно не обязательно проявляется везде и сразу и может выражаться совершенно по-разному у разных людей, в зависимости от того, какие типы клеток подвергаются негативному воздействию наиболее явно.

Ее случай – лишь один из примеров того, что происходит каждый день с миллионами людей и семей. Я пишу эту книгу, потому что мамина история поучительна для каждого. Болезнь – это не какое-то случайное явление, которое может произойти в будущем. Это результат вашего выбора и вашего самочувствия сегодня. Если вы боретесь с раздражающими и, казалось бы, не смертельными проблемами со здоровьем: усталостью, туманом в мозге, беспокойством, артритом, бесплодием, эректильной дисфункцией или хроническими болями, как правило, в основе этих состояний лежит то, что приведет к серьезному заболеванию через какое-то время, если ничего не изменить в том, как вы заботитесь о своем теле. Эта информация может пугать, но ее важно донести: если сегодня вы проигнорируете мелкие проблемы, которые сигнализируют о зарождении в вашем теле плохой энергии, то в будущем вы можете услышать гораздо более громкие сигналы.

Пробуждение

На протяжении большей части своей взрослой жизни я была ярым приверженцем современной системы здравоохранения и предпринимала гигантские усилия, чтобы продвинуться на этом поприще: в 16 лет я прошла исследовательскую стажировку в Национальных институтах здоровья, в 18 лет стала президентом своего курса в Стэнфордском университете, в 21 год получила награду за лучшую дипломную работу по биологии человека, в 25 лет была названа лучшей на курсе Стэнфордской медицинской школы, в 26 лет получила позицию ординатора по хирургии уха, носа и горла в Орегонском университете здоровья и науки, а в 30 лет получила награды за исследования в области лор-органов. Мои статьи опубликованы в ведущих медицинских журналах, я представляла свои исследования на национальных конференциях, провела тысячи ночей за учебой и была гордостью своей семьи. В этом заключалась вся моя личность.

Но через пять лет после окончания хирургической ординатуры я встретила Софию.

Эта 52-летняя женщина страдала от рецидивирующих синуситов, из-за чего постоянно чувствовала неприятный запах в носу и ей было трудно дышать. В течение последнего года врачи назначали ей стероидные назальные спреи, антибиотики, пероральные стероидные препараты и лекарственные назальные полоскания. Она прошла компьютерную томографию, эндоскопию носа и биопсию носовых полипов. Рецидивирующие инфекции заставляли ее пропускать работу и терять сон, к тому же у нее был лишний вес и преддиабет. Она также принимала лекарства от высокого артериального давления, страдала от болей в спине и депрессии, которые она связывала со своими проблемами со здоровьем и старением. Она обращалась к разным врачам и получала индивидуальный план лечения для каждой проблемы.

Ни один из препаратов для лечения синуситов Софии не помог решить проблему, поэтому она поступила в мое отделение для проведения операции. В 2017 году я была молодым врачом, начинающим свой пятый и последний год обучения хирургии.

После того как Софию привезли в операционную, я ввела в ее нос эндоскоп и с помощью небольшого инструмента раздробила кости и разбухшие ткани, а затем пылесосом удалила их из носовых ходов в каких-то миллиметрах от ее мозга. В послеоперационной палате анестезиологи пытались контролировать уровень сахара в крови и артериальное давление с помощью капельницы с инсулином и внутривенных антигипертензивных препаратов.

«Вы спасли меня», – сказала она, хватая меня за руку после процедуры. Но, глядя в ее глаза после операции, я не чувствовала гордости. Напротив, я чувствовала себя побежденной.

В лучшем случае я сняла симптомы хронического воспаления носа, но абсолютно ничего не сделала для лечения основной причины этого воспаления. Я также абсолютно ничего не сделала, чтобы помочь ей с другими заболеваниями. Я знала, что она продолжит ходить по врачам разных специальностей с множеством других симптомов, которые не были в центре моего внимания. Вышла ли она из этой послеоперационной зоны «здоровой» после того, как я навсегда изменила анатомию ее носа? Какова вероятность того, что факторы, вызывающие у нее преддиабет, лишний вес, депрессию и высокое артериальное давление (все состояния, которые, как я знала, могут быть вызваны воспалением), не связаны с рецидивирующим воспалением в носу?

София была моей второй пациенткой, которой я делала операцию из-за синусита, за день и пятой за неделю. За время ординатуры я провела сотни таких операций на воспаленных тканях пазух. Но очень многие пациенты возвращались в больницу для повторных операций на пазухах и лечения других заболеваний – самыми распространенными были диабет, депрессия, тревожность, рак, болезни сердца, деменция, гипертония и ожирение.

Несмотря на то что я изо дня в день занималась хирургическим лечением воспаленных тканей головы и шеи, мне ни разу не объяснили, что вызывает воспаление и как оно связано с воспалительными хроническими заболеваниями, с которыми сегодня сталкивается множество американцев. Ни разу я не задавалась вопросом: «А почему вокруг так много воспалений?» Моя интуиция подсказывала мне, что все заболевания Софии могут быть связаны между собой, но вместо того, чтобы удовлетворить свое любопытство, я оставалась в рамках специальности, следовала предписаниям и всегда имела под рукой блокнот для рецептов и скальпель.

Вскоре после встречи с Софией я почувствовала всепоглощающую убежденность: я не вправе приступить к лечению следующего пациента, пока я не выясню, почему – несмотря на гигантские объемы нашей системы здравоохранения – пациенты и люди вокруг меня болеют.

Я хотела понять, почему число заболеваний растет в геометрической прогрессии; я видела четкие закономерности, указывающие на возможные связи. И самое главное, мне нужно было понять, могу ли я как врач что-то сделать, чтобы мои пациенты не попадали в операционную. Я стала врачом для того, чтобы возвращать здоровье людям, а не для того, чтобы каждый день накачивать лекарствами и резать как можно большее количество тел и выставлять счета их владельцам.

Хотя я была уверена в том, что практикующие врачи пришли в медицину, чтобы помогать пациентам, реальность оказалась такова, что все учреждения, связанные со здоровьем, – от медицинских школ до компаний, предоставляющих услуги, от больниц до фармацевтических организаций – нацелены на извлечение прибыли из «менеджмента» болезней, а не на лечение пациентов. Словно невидимая рука, направляющая хороших людей к плохим результатам.

С первых шагов в медицине я стремилась достичь вершин в профессии. Если бы я перестала оперировать пациентов, я бы осталась без работы и без призвания: у меня не было «плана Б», и не стоит забывать, что на мое образование ушло полмиллиона долларов. В то время я еще не могла представить, что буду делать, кроме как быть хирургом.

Но все эти соображения казались такими несущественными по сравнению с одним вопиющим фактом, который я никак не могла выбросить из головы: несмотря на все мои усилия, пациентам не становилось лучше.

В сентябре 2018 года, в свой 31-й день рождения и всего за несколько месяцев до окончания пятилетней ординатуры, я вошла в кабинет руководства университета с заявлением об отчислении по собственному желанию. Имея множество наград и почетных званий за свои клинические и научные достижения и очередь из ведущих медицинских учреждений, наперебой предлагавших мне должность преподавателя со средним шестизначным доходом, я ушла из больницы и избрала другой путь, чтобы понять истинные причины, по которым люди болеют, и выяснить, как помочь пациентам восстановить и сохранить свое здоровье.

Те инсайты, которые я получила в ходе своего исследования, не смогли спасти мою маму – ее рак, скорее всего, начал тихо расти в ее теле задолго до того, как я оставила традиционную медицинскую практику. Я пишу эту книгу, потому что миллионы людей могут улучшить свою жизнь и продлить ее с помощью простых принципов, которым врачей не учат в медицинских школах.

Я также убеждена, что наше непонимание первопричины болезней представляет собой масштабный духовный кризис. Мы утратили трепетное отношение к своему телу и жизни, стали далеки от производства продуктов, которые мы едим, малоподвижны из-за работы и учебы и не удовлетворяем наши основные биологические потребности, такие как солнечный свет, качественный сон, чистая вода и воздух. Это привело наши тела в состояние замешательства и страха. Клетки дезориентированы, что, конечно же, влияет на мозг и тело, которые определяют восприятие мира. Медицинская система наживается на этом страхе и предлагает «решения» для устранения симптомов. Именно поэтому медицинская система является самой крупной и быстрорастущей отраслью в Соединенных Штатах. Мы заперты в редукционистском, фрагментарном представлении о теле, которое разбило нас на десятки отдельных частей. Такой подход не способствует процветанию человека. На самом деле тело – это удивительная и взаимосвязанная структура, которая постоянно восстанавливается и обменивается энергией и материей с внешней средой каждый раз, когда мы едим, дышим или греемся на солнышке!

Нет сомнений, что за последние 120 лет американская медицинская система научилась творить чудеса, но мы сбились с пути, когда столкнулись с метаболическими состояниями, на которые сегодня приходится более 80 % расходов на здравоохранение и смертей. Ситуация ужасна, но эта книга полна оптимизма и практических рекомендаций. Тот факт, что мы можем энергично критиковать и реформировать нашу систему здравоохранения, является одной из ее сильных сторон. В предыдущие переломные моменты человеческая изобретательность приводила к достижениям и системным изменениям, которые до этого мало кто мог себе представить. Следующая революция в здравоохранении произойдет благодаря пониманию того, что корень почти всех болезней – в энергетических нарушениях, результатом чего станет не дробление, а объединение медицинских специализаций. Мы обнаружим, что наши недуги связаны, а не разрознены, – это реальность, которую мы увидели совсем недавно, когда у нас появились инструменты и технологии, позволяющие по-настоящему понять, что происходит внутри клеток на молекулярном уровне. И когда мы возьмем за основу эту энергоцентричную парадигму, то быстро исцелим и систему здравоохранения, и организм. К счастью, повысить уровень хорошей энергии легче и проще, чем кажется, и вы можете сделать это приоритетной целью жизни. Эта книга покажет вам, что для этого нужно предпринять.

Первая часть объясняет научную природу того, почему метаболизм является корнем всех заболеваний и что заставляет современную систему здравоохранения игнорировать это. Часть 2 предлагает практические методы, которые вы можете начать применять уже сегодня, чтобы почувствовать себя лучше. Часть 3 объединяет все концепции в план действий. А в части 4 представлены рецепта, которые помогут придерживаться принципов формирования хорошей энергии. На протяжении всей книги я использую истории из своего опыта работы в системе и за ее пределами, а также мнения экспертов в области метаболического здоровья.

Хорошая энергия – цель, состояние души, и то, что она может создать, – это просто невероятно! – это дейтсвительность, где мы едим прекрасную пищу, двигаемся, общаемся с природой, получаем удовольствие от окружающего мира и чувствуем себя полноценными, энергичными и живыми. Это захватывающая перспектива, потому что наличие хорошей энергии означает счастливых людей и прекрасную жизнь.

Действительно, трудности, с которыми мы сталкиваемся на пути к укреплению здоровья, огромны. Однако я убедилась, что все это можно изменить прямо сейчас. Можно начать с того, что просто задать себе один вопрос: каково это – иметь хорошую энергию? Задумайтесь прямо сейчас: каково это – иметь оптимально функционирующее тело, чтобы вы просто наслаждались человеческим опытом, чтобы ваш разум работал четко и творчески, чтобы вы чувствовали, что ваша жизнь основана на стабильном и сильном источнике внутренней силы? Представьте себе мощную жизненную силу, идущую изнутри, которая позволяет вам с удовольствием, энергией, благодарностью и радостью встречать каждый день. Остановитесь на мгновение. Почувствуйте это. Представьте себе это. Позвольте себе.

Я надеюсь, что эта книга изменит вашу жизнь, поможет вам чувствовать себя лучше сегодня и предотвратить болезни завтра. Все начинается с понимания и применения науки о хорошей энергии.

Часть 1
Правда об энергии

Глава 1
Разобщенная медицина против энергоцентричного здоровья

По окончании медицинской школы мне предстояло выбрать одну из 42 специальностей: одну часть тела, которой я посвящу свою жизнь.

Разделение – вот что определяет современную медицину. Начиная с первого года обучения в медицинском институте, я переходила от широкого взгляда на тело ко все более узкому. Когда я выбрала специальность врача в колледже, я оставила изучение физики и химии и сосредоточилась исключительно на биологии. Я вызубрила все факты по анатомии человека, больше не обращая внимания на другие биологические системы, такие как растения и животные. Став ординатором, я сосредоточилась на проведении операций на одной конкретной области – голове и шее и мало думала об остальном теле.

Если бы я завершила пятилетний курс обучения, то получила бы право еще больше сконцентрироваться на подспециальности в рамках основной специальности. Я могла бы стать ринологом (специализирующимся исключительно на носе), ларингологом (специализирующимся исключительно на гортани), отологом (специализирующимся исключительно на трех крошечных косточках внутреннего уха, а также улитке и барабанной перепонке) или специалистом по раку, локализованному в области головы и шеи (среди прочих вариантов). Главной целью моей карьеры было бы становиться все лучше и лучше в лечении все меньшей и меньшей части тела.

Если бы я стала лучшей в своем деле, возможно, медицинский истеблишмент даже назвал бы в мою честь болезнь какой-нибудь части тела, как это сделали в честь декана Стэнфордской медицинской школы – всемирно известного отолога доктора Ллойда Б. Минора, который всю свою карьеру посвятил примерно семи квадратным сантиметрам тела. В заболевании, названном в его честь, – синдроме Минора – микроскопические изменения в костях внутреннего уха, как полагают, приводят к различным балансовым и отологическим симптомам. Ллойд Минор представлял собой воплощение успеха врача: сосредоточьтесь на своей специальности и поднимайтесь по карьерной лестнице. Таким образом вы также защищаете себя: для обычного врача оставаться в своей области – значит не нести ответственность за неправильное лечение того, что выходит за рамки его практики.

К пятому курсу я стала главным ординатором по отологии – субспециальности, занимающейся теми семью квадратными сантиметрами тела в области уха, которые контролируют слух и равновесие. Я часто встречалась с такими пациентами, как Сара, 36-летняя женщина, которая обратилась в отологическую клинику, измученная трудноизлечимой мигренью, приступы которой случались более десяти раз в месяц. Поскольку для этого изнурительного неврологического заболевания могут быть характерны головокружение и слуховые симптомы, больные часто попадают в это специализированное отделение, пробираясь через лабиринт врачей разных специальностей. После десятилетия тяжелых приступов мигрени мир Сары резко сузился. Вследствие своей инвалидности она в основном проводила время дома, и ее существование определялось ее самочувствием. Она была настолько чувствительна к свету, что всегда носила солнцезащитные очки и ходила с тростью из-за воспалительного артрита. Рядом с ней всегда была собака-поводырь.

Изучив сотни страниц ее медицинских карт, отправленных по факсу, я обнаружила, что в течение последних лет она обращалась к восьми специалистам в надежде избавиться от постоянных и болезненных симптомов. Невролог прописал ей лекарства от приступов мигрени. Психиатр рекомендовал ей селективный ингибитор обратного захвата серотонина (СИОЗС) для лечения депрессии. Кардиолог дал лекарства от гипертонии. Специалист по паллиативной медицине назначил лекарственные средства от непрекращающейся боли в суставах. Несмотря на все эти рекомендации и лекарства, Сара продолжала страдать.

Осторожно пролистав документы, я почувствовала себя подавленной. Что еще я могла предложить этой женщине, чего она не пробовала?

В ряду своих обычных вопросов о мигрени я спросила, попробовала ли она диету для устранения мигрени. Она не слышала о такой диете. Это меня удивило. В наших клиниках можно было найти печатные памятки на эту тему, чтобы давать их таким пациентам, как она. Но диетологические вмешательства… не казались моим коллегам достаточно результативными, чтобы о них упоминать. Вместо этого ее отправили на анализы, сделали дорогостоящую компьютерную томографию, прописали психотропные и другие лекарства – одно за другим. Она заметно погрустнела, слушая, как я рассказываю об обнадеживающих возможностях диеты, исключающей продукты, провоцирующие мигрень. Если бы такая обыденная вещь, как еда, могла помочь, говорил язык ее тела, медицинские работники давно бы ей об этом сказали. Она пришла за еще одним лекарством.

Я не в первый раз столкнулась с подобным сценарием. Пациенты часто приходили с не поддающимися лечению хроническими заболеваниями, неся с собой стопки бумаг. Но Сара была слишком молода для таких страданий, и ее так часто и безрезультатно перебрасывали от одного специалиста к другому, что в ее случае сбой системы был особенно очевиден и удручающ. Она была больна и чувствовала себя все хуже, страдая не от одного, а от нескольких хронических заболеваний. Она еще не догадывалась (но это было очевидно для меня), что срок ее жизни почти наверняка сокращался. Она была разочарована полученным уходом, но все еще зависела от него – даже цеплялась за него.

Я пыталась скрыть свой дискомфорт. Вправе ли я выписать еще один рецепт, не убедив Сару попробовать несколько простых стратегий, подкрепленных убедительными данными? Мой желудок буквально сводило от осознания того, что очередное лекарство не станет той волшебной таблеткой, которая радикально изменит ее жизнь. Мы с ней могли бы сыграть по правилам: понадеяться на новое лекарство, встретиться на повторном приеме через шесть недель, посмотреть, как оно работает, и расстаться, успокаивая себя, что мы сделали все, что могли. Но на каком-то уровне мы обе знали, что причиной болезни Сары, мучающей все ее тело, является не «недостаток лекарств».

Я могла бы сделать то, что делали другие врачи, которым была доверена забота о ней, – и то, чего все явно от меня ожидали: поставить диагноз в соответствии с симптомами, исключить серьезные угрозы для жизни, выписать рецепт, ввести коды для выставления счетов и двигаться дальше. Это была бы респектабельная медицинская практика. Но Сара и другие сложные случаи, подобные этому, заставили меня искать иные подходы к лечению, смотреть в будущее и задаваться вопросами о причинах появления всех этих симптомов.

Снимая слой за слоем: что вызывает болезнь?

Невидимое воспаление: везде и сразу

Если вы в чем-то сомневаетесь, всегда начинайте с вопросов. И в случае с Сарой очевидным стал такой: были ли ее заболевания действительно разными, или их что-то связывало, чего я и мои коллеги не могли заметить?

Просматривая ее анализы, я заметила, что у нее повышен один из маркеров воспаления. Я смутно припоминала, что в медицинском колледже мне рассказывали, будто бы этот показатель повышен при таких заболеваниях, как диабет и ожирение. Я отметила, что у Сары также был воспалительный артрит. Здесь имело место хроническое воспаление. Поэтому я задала еще один вопрос: может ли воспаление провоцировать мигрень? Удивительно, но быстрый поиск в PubMed¹ предложил более тысячи научных работ, связывающих эти два факта.

Я хорошо знала, что воспаление – это отек, жар, покраснение, гной или боль, возникающие, когда иммунные клетки устремляются к месту травмы или инфекции. Все эти симптомы полезны: они указывают на то, что происходит надежная и скоординированная защита, направленная на сдерживание, устранение и заживление поврежденных или находящихся под угрозой тканей. Иммунная система всегда ищет все чужеродное, нежелательное или вредное и реагирует таким образом в течение нескольких секунд после обнаружения чего-то угрожающего. После того как проблема решена, иммунная система выключает воспаление и все возвращается в норму. Жар, покраснение, отек и боль проходят.

Но внешний осмотр Сары и другие лабораторные показатели сбивали с толку. У нее не было ни травм, ни какой-то явной инфекции, которую можно было бы заметить. Но ее воспалительная реакция была активна – и оставалась активной до такой степени, что наносила ущерб ее организму. Почему иммунная система должна оставаться настолько включенной и пребывать в постоянном состоянии тревоги и защиты – хронически воспаленной – вне острых ситуаций, тем самым разрушая ткани организма?

Когда я задумалась о том, что я лечила как лор-хирург, меня поразило одно: практически все это были воспаления. В медицине суффикс – itis означает воспаление, и в нашей практике были sinusitis, tonsillitis и так далее: синуситы, тонзиллиты, фарингиты, ларингиты, отиты, хондриты, тиреоидиты, трахеиты, аденоидиты, риниты, эпиглоттиты, сиаладениты, паротиты, целлюлиты, мастоидиты, остеомиелиты, вестибулярные невриты, лабиринтиты, глосситы и многое другое. Я была специалистом по воспалениям и даже не подозревала об этом! Будучи лор-врачом, я должна была потушить воспаление, где бы оно ни появилось: в ухе, носу или горле. Часто это требовало использования пероральных, назальных, внутривенных, ингаляционных и местных противовоспалительных препаратов – всевозможных средств для борьбы с иммунной системой, которая так сильно разбушевалась в этих органах.

Предположим, что лекарства не помогли, как это было с моей пациенткой с синуситом Софией. В этом случае мы можем перейти на следующий уровень лечения: хирургическое вмешательство, в ходе которого сделать отверстия в теле пациента, чтобы уменьшить непроходимость, вызванную воспалением, и дать воспалительной жидкости – экссудату – вытечь. Иногда мы вмешиваемся механически и устраняем анатомическую преграду для уменьшения отека. Мы можем вставить трубки через барабанную перепонку, чтобы дать жидкости стечь, просверлить кости черепа, чтобы вывести гной, или вставить баллон и с его помощью расширить дыхательные пути, суженные хроническим воспалением.

Лекарства и операции на время гасили воспаление или сводили его последствия к минимуму – как если бы мы усмиряли захватчика тактическим приемом джиу-джитсу, – но ткани часто снова опухали или гной снова скапливался в той области, которая была заблокирована. Но в наши врачебные обязанности не входило искать причины, по которым воспаление продолжает развиваться.

Счищая с медицинской проблемы, как с луковицы, слой за слоем, я переходила от одного вопроса «почему» к другому. Почему иммунная система моих пациентов, Софии и Сары, была так хронически активирована? Почему клетки, которые должны быть здоровыми, посылали сигналы опасности, прося иммунные клетки прийти им на помощь? Я не могла увидеть или обнаружить очевидную угрозу, например порез или инфекцию, не могли этого и мои пациенты. Так почему же эти клетки были так «напуганы» на микробиологическом уровне?

Я размышляла над анализами Сары и маркером воспаления, который, как я знала, был тесно связан с хроническими заболеваниями, такими как диабет, ожирение и аутоиммунные заболевания. И вдруг меня осенило. Может быть, все ее симптомы – не только те, которые находятся в моей компетенции как лора, – вызваны воспалением? Неужели один механизм управляет столькими различными состояниями? Неужели каждая часть ее тела с ужасом реагирует на одни и те же невидимые угрозы? С моей сегодняшней точки зрения, эта истина кажется совершенно очевидной. Исследования показали, что хроническое воспаление является важнейшим провокатором всех видов заболеваний и состояний, и далеко не только в области уха, носа и горла: от рака и сердечно-сосудистых заболеваний до аутоиммунных и кожных болезней, респираторных инфекций, желудочно-кишечных и неврологических расстройств. Однако в институциональной медицинской культуре не было принято фокусироваться на этих связях и углубляться в причины воспаления.

Тогда я начала понимать, как много я знаю. Со студенческих времен, когда, выполняя обязательную курсовую работу по гистологии, я рассмотрела под микроскопом сотни образцов человеческих тканей, я испытывала благоговение перед почти 40 триллионами клеток, из которых состоит человеческое тело, перед их сложностью и важностью для жизни, а также перед тем, что все, что мы собой представляем, – это совокупность клеток. Они хранят в себе столько информации! Каждая клетка – это маленькая вселенная, в которой кипит активная работа. И результатом этой работы является человеческая жизнь.

Наши клетки не могут рассказать нам, чего они боятся. Однако если посмотреть на ситуацию их глазами, ответы на вопросы «почему» находятся – да, сложные, но не такие уж непостижимые.

После того как я покинула должность главного ординатора в университете, у меня появились новые возможности для исследований и открытий. Решив заполнить пробелы, которые оставило мое традиционное образование, и чувствуя себя бесконечно более здоровой и энергичной, я с воодушевлением углубилась в изучение биохимии питания, клеточной биологии, системного анализа, сетевой биологии и функциональной медицины, и это буквально произвело революцию в моем понимании здоровья и болезни. Я познакомилась с десятками врачей, которые, как и я, покинули престижные институты в поиске лучшей медицины, стремясь найти способы помогать пациентам исцеляться, а не устранять симптомы. Вдохновленная и почувствовавшая «второе дыхание», я вскоре открыла небольшую медицинскую практику в районе Перл в Портленде, в коворкинге с панорамными окнами и множеством растений. Я сообщила нескольким друзьям и коллегам, что делаю нечто иное: вместо того чтобы предлагать помощь больным, я сосредоточилась на создании здоровья. Вместо того чтобы лечить болезни, спускаясь с вершины медицинской пирамиды к проблемам пациента, я буду работать над восстановлением и поддержанием здоровья у ее основания, проводя глубинные интервью и составляя индивидуальные планы. Вместе с пациентами мы строили фундамент крепкого и здорового тела с нуля. Обо мне пошли слухи: мое расписание быстро заполнилось.

Многие пациенты приходили ко мне на прием с комплексом хронических и трудноразрешимых на первый взгляд заболеваний, как у Сары и Софии. Но теперь мы начинали лечить проблему с другого конца: с фундаментального клеточного уровня. Я стремилась дать клеткам то, что им нужно для работы, и устранить то, что их блокирует, с упором на изменения в питании, образ жизни и общую клеточную поддержку. Результаты, которых достигали мои пациенты, были разными – но очень часто поистине преображающими. Длящиеся годами трудности: увеличение веса, плохой сон, неутихающая боль, хронические заболевания, высокий уровень холестерина и даже репродуктивные проблемы – начинали решаться иногда за несколько недель, иногда за несколько месяцев. Воспаление исчезало и больше не появлялось. Бывало, что пациенты уменьшали дозу и даже отменяли прием лекарств. К людям, которым мне посчастливилось помогать, возвращались надежда и оптимизм по поводу того, какой может быть жизнь. Часто исцеление наступало, если мы предпринимали меньше усилий, а не больше: когда я делала противоположное тому, чему всегда училась, – добавлять следующее лекарство и следующее вмешательство.

Занимаясь медициной по-новому, я узнала много нового. Оказалось, что воспаление, которое приводит к болезням, боли и страданиям, возникает из-за того, что функционирование наших клеток нарушается, а это влияет на то, как они действуют, сигнализируют и воспроизводят себя. Стало совершенно ясно: если мы действительно хотим восстановить здоровье тела и разума, мы должны заглянуть на один уровень глубже, в самый центр клеток, а не просто изучать механизм воспаления.

Проблемы там, где их трудно увидеть: метаболизм, митохондрии и неполадки

После многих лет поисков ответа на вопрос, что вызывает воспаление у таких пациентов, как Сара, я нашла его, и он оказался удивительно простым: хроническое воспаление часто является защитной реакцией клеток нашего тела на плохую энергию. Иммунные клетки устремляются к тем участкам тела, которые подвергаются опасности, и начинается воспаление.

Когда клетка обессилена, она метаболически нефункциональна, с трудом вырабатывает энергию и не справляется со своей повседневной работой. Это угрожающее состояние. Такая клетка посылает химические сигналы тревоги и призывает на помощь иммунную систему. Пытаясь помочь, иммунные клетки наносят огромный сопутствующий ущерб, создавая в буквальном смысле гражданскую войну внутри организма в попытке защитить его от самого себя, что приводит к ухудшению самочувствия. Это ключевая причина, по которой хроническое воспаление обычно сопровождается метаболической дисфункцией и различными симптомами.

Перспектива погружения в мир клеточной биологии кажется пугающей. Но есть один простой показатель, который может изменить наше представление о здоровье и болезни: это то, насколько хорошо или плохо митохондрии в клетке производят энергию.

Скорее всего, вы слышали слово «митохондрия», а возможно, знаете еще из курса школьной биологии, что это «энергетический центр клетки». Митохондрии преобразуют энергию пищи в клеточную энергию. Эти крошечные органеллы являются биологическими трансформаторами: они получают продукты расщепления пищевых веществ и преобразуют их в энергию, которую клетки могут использовать для выполнения своих многочисленных задач. Различные типы клеток в организме – печени, кожи, мозга, яичников, глаз и так далее – имеют разное количество митохондрий внутри. В одних клетках их сотни тысяч, в других – всего лишь горстка, в зависимости от того, какую работу должна выполнять клетка и каковы ее энергетические потребности для обеспечения этой работы.

Когда организм здоров, в процессе пищеварения жирные кислоты из содержавшихся в пище жиров и глюкоза (сахар) из содержавшихся в пище углеводов расщепляются. Затем они попадают в кровь и транспортируются в отдельные клетки. Далее глюкоза расщепляется внутри клетки. Эти молекулы переносятся в митохондрии и в результате ряда химических реакций образуют электроны (заряженные частицы). Электроны проходят через специализированные митохондриальные механизмы, чтобы в конечном счете синтезировать аденозинтрифосфат (АТФ). Это самая важная молекула в человеческом организме: она является энергетической валютой, которая «оплачивает» всю деятельность внутри наших клеток, а значит, оплачивает нашу жизнь.

Как оказалось, АТФ очень много. Ежесекундно в нашем организме происходят триллионы и триллионы химических реакций, которые поддерживают в нас жизнь! Все эти действия происходят за счет энергии – АТФ, его вырабатывают митохондрии, и его всегда требуется немало. Без всей этой суматохи мы бы развалились на части в буквальном смысле слова; мы бы рассыпались на части без энергетической силы, удерживающей все наши составные части вместе.

Несмотря на то что АТФ – микроскопическая молекула, средний человек производит суммарно около 40 килограммов АТФ в день – постоянно производя, используя и перерабатывая его так быстро, что мы даже не замечаем этого. Каждая из 37 триллионов наших клеток похожа на маленький город – непрерывно работающий и удерживаемый своей клеточной мембраной. Хотя процессов, в которые ежесекундно вовлечены наши клетки, слишком много, чтобы их пересчитать, основные вещи, необходимые клетке для оптимального функционирования, можно сгруппировать в семь категорий активности, и все они требуют АТФ, а значит, и хорошей энергии.

1. Производство белков. Клетки отвечают за синтез примерно 70 000 различных типов белков, необходимых для всех аспектов построения и функционирования человеческого тела. Белки бывают разных форм, размеров и выполняют множество функций. Они могут быть рецепторами на поверхности клеток; каналами, по которым глюкоза поступает в клетку и выходит из нее; структурными элементами внутри клетки, которые придают ей форму и помогают двигаться; регуляторами, которые располагаются на ДНК и активируют или подавляют гены; сигнальными молекулами, такими как гормоны и нейротрансмиттеры, передающими информацию другим клеткам; и якорями, удерживающими соседние клетки вместе. Кроме того, несколько различных белков могут связываться друг с другом, образуя специализированные механизмы в клетке, такие как вращающийся ротор под названием АТФ-синтаза, которая живет внутри митохондрий и является последним звеном в цепочке производства АТФ. Это лишь некоторые из белковых функций; их можно назвать структурными, механическими и сигнальными рабочими лошадками клетки.

2. Ремонт, регуляция и репликация ДНК. Клетки отвечают за репликацию ДНК, чтобы каждая новая клетка имела полную копию генетического материала в процессе клеточного деления. Клетки также восстанавливают любое повреждение ДНК и предотвращают мутации, которые могут привести к раку и другим заболеваниям. В дополнение к этому клетки обладают сложными механизмами, позволяющими модифицировать трехмерную структуру генома с помощью эпигенетических изменений, которые регулируют то, какие гены и в какое время экспрессируются в данном типе клеток. Наши клетки постоянно обновляются и заменяются благодаря процессам репликации ДНК и деления клеток.

3. Клеточная сигнализация. Внутри клетки вся деятельность координируется с помощью клеточной сигнализации – микроскопических биохимических сообщений, которые постоянно передаются внутренним и внешним получателям: в этих сообщениях содержатся инструкции относительно того, что нужно сделать, куда двигаться, что включать и выключать. Например, чтобы привести уровень сахара в крови в норму после приема пищи, организм вырабатывает инсулин. Инсулин связывается с рецепторами на поверхности клеток, запуская серию сигналов внутрь клетки, которые побуждают ее направить к клеточной мембране глюкозные каналы, чтобы позволить глюкозе поступать внутрь. Клетки также постоянно общаются между собой посредством различных сигнальных путей: они получают и передают информацию с помощью химических сигналов, таких как гормоны, нейротрансмиттеры и электрические импульсы.

4. Транспортировка. Как грузовики перевозят грузы по всей стране, так и клетки должны перемещать молекулярные материалы по всему внутреннему пространству клетки, чтобы все функционировало правильно. Каждая клетка способна упаковывать, маркировать и перемещать молекулы с невероятной точностью. Например, когда клетка производит партию нейромедиатора серотонина (который, помимо прочего, помогает регулировать настроение), она упаковывает его в клеточный мешок, называемый везикулой, и отправляет везикулу на моторном белке (как на маленьком автомобиле) к клеточной мембране, чтобы воздействовать на соседние нейроны. Этот процесс создает наши мысли и чувства. Некоторые клетки, например иммунные, также должны иногда перемещаться по организму. Когда иммунная клетка, вызванная с помощью воспалительного химического сигнала, отправляется на место угрозы, она стремительно перемещается из костного мозга в кровь, словно выруливая на автостраду. Достигнув органа, которому угрожает опасность, она перемещается по нему, вытягивая пальцеподобные выступы, пока не достигнет места угрозы, где и приступает к работе.

5. Гомеостаз. Клетки постоянно работают над поддержанием здоровых условий жизни, регулируя pH, концентрацию солей, электрохимический градиент молекул, которые могут генерировать электрические импульсы, и температуру. Это поддержание оптимальной среды, в которой могут происходить химические реакции организма, называется гомеостазом.

6. Очистка клеток от отходов и аутофагия. Клетки также способны перерабатывать свои компоненты с помощью процесса, называемого аутофагией (буквально «самопоедание»): это способ самоочищения клеток от поврежденных органелл и белков и переработки их. Если такой переработке и обновлению подвергаются митохондрии, этот процесс называется митофагией, это критически важный фактор поддержания здоровья митохондрий в клетках. Более того, клетки могут провоцировать собственную смерть, чтобы освободить место для более здоровых клеток, – этот важнейший процесс называется апоптозом.

7. Метаболизм. И конечно, производство самой энергии. Для этой работы требуется энергия!

Для каждого из этих видов деятельности нужен АТФ, вырабатываемый хорошо функционирующими митохондриями. Когда подходящие материалы имеются в нужном количестве, митохондрии производят достаточно энергии для здоровья всего организма. Органы – это, проще говоря, скопления клеток. Группы здоровых, наполненных энергией клеток, которые могут выполнять все свои обязанности, становятся здоровыми и исправно работающими органами. Каждая клетка имеет план, необходимый для работы; но, кроме плана, ей нужны источники энергии. Когда же митохондрии не имеют подходящих условий или в них поступают не те материалы и не в том количестве, они не генерируют АТФ в объеме, необходимом для полноценного функционирования клеток. Эта проблема плохой энергии на клеточном уровне не только напрямую приводит к проблемам в органах, но и заставляет клетки бить тревогу: что-то не так, нам нужна помощь. И иммунная система, всегда готовая немедленно отреагировать, включается в мгновение ока.

Но в данном случае проблема заключается не в инфекции или ране, с которыми иммунная система может быстро разобраться. Это нечто более серьезное: фундаментальная проблема функционирования клеток. И иммунные клетки не могут решить эту проблему, потому что то, что мешает митохондриям и клеткам выполнять свою работу, находится вне нас. Это среда, в которой сейчас существуют наши тела, среда, которая, по мнению клеток, за последние 100 лет изменилась практически до неузнаваемости.

Современный рацион и образ жизни последовательно разрушают наши митохондрии. Митохондрии и клетки, в которых они находятся, эволюционировали на протяжении веков под воздействием окружающей среды. Их механизмы настроены реагировать на информацию, поступающую к ним из внешнего мира. Определенные виды питательных веществ, солнечный свет, сигналы от бактерий в кишечнике – все это помогает снабжать клетки и их энергетические блоки тем, что им необходимо для работы. Но многие из этих базовых факторов и информационных потоков радикально изменились, что привело к нарушению работы митохондрий и их прямому повреждению.

Могущественная иммунная клетка, пытающаяся поддержать страдающую от митохондриальной дисфункции и находящуюся под угрозой клетку, оказывается совершенно бессильной. Она не может остановить разрушительные процессы и компенсировать недостаток источников питания, вызванные неестественной средой современного индустриального мира. Не в ее власти удержать вас от употребления газировки, отфильтровать воду, отключить вызывающие стресс уведомления на телефоне, очистить мир от разрушающих гормоны пестицидов и микропластика или заставить вас раньше ложиться спать. Поэтому иммунная клетка будет использовать все имеющиеся в ее распоряжении инструменты: привлекать больше иммунных клеток, посылать больше воспалительных сигналов и просто продолжать бороться – до победы. Но проблемы не решаются, потому что разрушительные воздействия окружающей среды никогда не исчезают. Это и есть корень хронического воспаления.

Группа клеток, не работающих из-за дисфункции митохондрий, реагирует на чрезмерно настойчивые, но безрезультатные попытки иммунной системы проникнуть в эту область и поддержать ее, что приводит к дисфункции органа и появлению болезненных симптомов, с которыми мы сталкиваемся сегодня. Большинство из них – это просто различные проявления той же самой катастрофы, происходящей на клеточном уровне: митохондрии страдают от того, как мы живем, плохо работающая клетка становится дисфункциональной, иммунная система пытается помочь, и эти попытки только усугубляют проблему.

Как именно окружающая среда, в которой мы живем сегодня, разрушает нашу митохондрию? Ответ сводится к десяти основным факторам (о которых я расскажу подробнее в части 2), которые тесно взаимосвязаны.

1. Хроническое переедание. Потребление в течение длительного периода времени большего количества калорий и макроэлементов, чем требуется организму, может привести к дисфункции митохондрий несколькими способами. Мы потребляем примерно на 20 % больше калорий, чем 100 лет назад, и на 700-3000 % больше фруктозы, которую организм должен перерабатывать. Представьте, что вас попросили бы выполнить на 700-3000 % больше работы, чем вы обычно делаете ежедневно, – вы бы просто рухнули от изнеможения! Клетка не в состоянии переработать весь избыточный пищевой материал, вредных побочных продуктов производится слишком много, и процессы в клетке, включая работу митохондрий, затормаживаются. Эта повышенная нагрузка приводит к тому, что внутренняя часть клетки заполняется токсичными жирами, которые блокируют способность клетки к нормальной деятельности, в том числе сигнальной. Кроме того, когда митохондрии испытывают нагрузку, пытаясь преобразовать избыток пищи в энергию, они производят и высвобождают реактивные молекулы, называемые свободными радикалами. Свободные радикалы – это молекулы с отрицательно заряженным, высокореактивным электроном. Они стремятся нейтрализоваться, связываясь с другими структурами митохондрий и клеток, и при этом наносят им значительный ущерб. В организме есть несколько механизмов безопасной нейтрализации свободных радикалов, включая выработку антиоксидантов, которые связывают и подавляют свободные радикалы. Однако когда производство этих разрушительных молекул превышает защитные возможности организма, как это происходит при хроническом переедании, может возникнуть разрушительный дисбаланс, называемый окислительным стрессом. Он наносит вред митохондриям и окружающим клеточным структурам. Когда организм здоров, наличие свободных радикалов на низком и контролируемом уровне является нормой: они действуют как сигнальные молекулы в клетке. Но когда уровень выходит из-под контроля и возникает окислительный стресс, запускается цепная реакция повреждений. Здоровый уровень свободных радикалов – это уютный костерок, а окислительный стресс – разрушительный лесной пожар.

Основная причина чрезмерного потребления пищевой энергии заключается в доступности ультрапереработанных, промышленно изготовленных продуктов, которые нарушают действие саморегулируемых механизмов насыщения и напрямую вызывают чувство голода и тягу к еде. Эти ультрапереработанные промышленные продукты питания химически разработаны так, чтобы вызывать привыкание, и составляют почти 70 % калорий, потребляемых сегодня жителями США.

2. Дефицит питательных веществ. Недостаток некоторых микроэлементов: витаминов и минералов – может привести к дисфункции митохондрий. На последних этапах производства энергии в митохондриях электроны проходят через пять белковых структур, называемых электрон-транспортной цепью, что в конечном счете приводит в действие небольшой молекулярный мотор, вырабатывающий АТФ. Все эти пять белковых комплексов нуждаются в микроэлементах, каждому комплексу для активации нужен правильно подобранный ключ. К сожалению, сейчас наша диета обеднена микроэлементами более чем когда-либо на протяжении истории. До половины жителей Соединенных Штатов испытывают дефицит хотя бы некоторых важнейших микроэлементов. Отчасти это происходит вследствие истощения почвы (в результате применения современных промышленных методов ведения сельского хозяйства: использования пестицидов и механизированной обработки земли) и отсутствия разнообразия в рационе. По крайней мере 75 % людей не потребляют рекомендуемое количество овощей и фруктов. Большинство наших калорий поступает из рафинированных форм сельскохозяйственных культур, таких как пшеница, соя и кукуруза, а они бедны микроэлементами и, что еще хуже, перегружают наш организм избытком углеводов и насыщенных жиров. Например, дефицит коэнзима Q10 (CoQ10) – микроэлемента, необходимого для работы электрон-транспортной цепи, – как показали исследования, приводит к снижению синтеза АТФ. Другие микроэлементы, участвующие в ключевых митохондриальных процессах, включают селен, магний, цинк и некоторые витамины группы В.

3. Проблемы микробиома. Здоровый микробиом кишечника, питающийся полезными продуктами и защищенный от вредных для него химических веществ, производит тысячи «постбиотических» соединений, которые попадают в наш организм из кишечника и действуют как важные сигнальные молекулы; часть их непосредственно влияют на митохондрии. Постбиотические соединения, такие как короткоцепочечные жирные кислоты (КЦЖК), необходимы для правильного функционирования митохондрий и защиты их от окислительного стресса. При дисбалансе микробиома, называемом дисбиозом, производство этих полезных химических веществ нарушается, что лишает митохондрии информации и поддержки. Дисбактериоз может быть вызван избытком сахара и ультрапереработанной пищи, пестицидами, лекарственными препаратами, такими как нестероидные противовоспалительные средства (НПВС), антибиотиками, хроническим стрессом, недостатком сна, употреблением алкоголя, слабой физической активностью, курением, инфекциями и другими факторами.

4. Сидячий образ жизни. Малоподвижность может привести к снижению функции митохондрий и уменьшению их количества и размера. Движение – это мощный сигнал клеткам, говорящий, что им необходимо производить больше энергии для работы мышц. Физическая активность положительно влияет на функцию и количество митохондрий в клетках благодаря регуляции нескольких генов и гормональных путей. Кроме того, упражнения стимулируют выработку организмом антиоксидантов. Когда мы ведем сидячий образ жизни, нам труднее защищаться от свободных радикалов, которые могут повредить митохондрии, а положительные сигналы для митохондрий отсутствуют, что приводит к ухудшению их функций.

5. Хронический стресс. Длительный стресс может привести к дисфункции митохондрий несколькими путями. Во-первых, он активизирует выделение гормона стресса кортизола, который является стероидным гормоном, способным напрямую повреждать митохондрии. Известно, что кортизол подавляет экспрессию генов, участвующих в производстве новых митохондрий, тем самым уменьшая количество митохондрий в клетке, а это приводит к снижению выработки энергии. Избыток кортизола также способствует увеличению количества свободных радикалов, частично подавляя выработку антиоксидантов.

6. Лекарства и наркотики. Многие лекарства нарушают работу митохондрий. К ним относятся некоторые антибиотики, химиотерапевтические препараты, антиретровирусные препараты, статины, бета-блокаторы и лекарства от высокого давления, называемые блокаторами кальциевых каналов. Алкоголь и наркотики также могут негативно влиять на митохондрии.

7. Депривация сна. Низкое качество и количество сна сопровождается широким спектром побочных эффектов, которые повреждают митохондрии. Недостаток качественного сна приводит к гормональному дисбалансу, в том числе к изменению уровня кортизола, инсулина, гормона роста и мелатонина, а они все взаимодействуют с митохондриями. Кроме того, он нарушает экспрессию генов, участвующих в производстве и репликации митохондрий. Как и стресс, бессонница увеличивает количество свободных радикалов за счет активации клеточного механизма и подавления выработки антиоксидантов.

8. Токсины и загрязнители окружающей среды. Многие синтетические промышленные химикаты, попавшие в продукты, воду, воздух и потребительские товары за последнее столетие, разрушают митохондрии. В неполный список входят пестициды, полихлорированные бифенилы (ПХБ), фталаты, содержащиеся в пластмассах и ароматизированных продуктах, перфторалкильные и полифторалкильные вещества (ПФАС) в антипригарной посуде, пищевой упаковке и многих других товарах, бисфенол А (БПА) в пластмассах и смолах, диоксины и др. Некоторые природные вещества, например тяжелые металлы, попавшие в окружающую среду, также могут напрямую нарушать работу митохондрий. К ним относятся свинец, ртуть и кадмий. Кроме того, химические соединения в сигаретном дыме являются одними из самых сильных токсинов, опасных для митохондрий. Вы когда-нибудь задумывались, почему сигареты так вредны для нашего здоровья? Одна из главных причин заключается в том, что химические вещества, содержащиеся в сигаретном дыме (цианид, альдегид и бензол) напрямую создают плохую энергию: нарушают функцию митохондрий, вызывают мутацию митохондриальной ДНК и структурные изменения митохондрий (например, их набухание). Алкоголь тоже считается токсичным для митохондрий – он, как было показано, изменяет их форму и функцию, повреждает митохондриальную ДНК, вызывает окислительный стресс и нарушает образование новых митохондрий.

9. Искусственный свет и нарушение циркадного ритма. С появлением цифровых устройств мы постоянно подвергаемся воздействию искусственного синего света, который – как прямо, так и косвенно – способствует развитию митохондриальной дисфункции. Яркий свет в темное время суток влияет на циркадные ритмы и метаболические пути, которые должны активироваться в определенных фазах суточного цикла – когда наши глаза (а значит, и мозг) подвергаются воздействию света. К тому же мы сейчас мало времени проводим на свежем воздухе, лишая себя возможности смотреть на прямой солнечный свет рано утром, а ведь он является одним из лучших сигналов, которые мы можем дать мозгу, чтобы укрепить естественные циркадные ритмы.

10. «Термонейтральность». Большую часть времени мы проводим в помещении при относительно стабильной температуре. Такова отличительная черта современной индустриальной жизни, назовем ее термонейтральностью. Интересно, что колебания температуры благоприятно сказываются на работе митохондрий, поскольку холод стимулирует организм вырабатывать больше тепла, повышая активность митохондрий и стимулируя выработку и использование АТФ. Было доказано, что воздействие тепла активирует белки теплового шока (HSP) в клетках, которые защищают митохондрии от повреждений и помогают поддерживать их функцию. HSP также могут стимулировать производство новых митохондрий и повышать их эффективность в производстве АТФ.

Сахар в крови и инсулин

Когда митохондрии повреждены перечисленными выше факторами, они не могут должным образом выполнять свою работу по преобразованию энергии пищи в клеточную энергию. Они становятся неэффективными механизмами, что приводит к сбоям, а это большая проблема.

В норме продукты распада жиров и глюкозы транспортируются в митохондрии, где перерабатываются в АТФ – и расходуются. В идеальных, здоровых условиях наши энергетические потребности удовлетворяются потребляемой пищей, митохондрии не повреждаются десятью вышеупомянутыми факторами окружающей среды и весь процесс протекает как надо.

Но в обычных, неидеальных условиях все происходит иначе. Когда митохондрии не работают должным образом, преобразование жиров и глюкозы в АТФ нарушается и эти сырьевые материалы откладываются внутри клетки в виде вредных жиров. Любая клетка, не являющаяся жировой, но заполненная жирами, представляет собой источник проблем, поскольку нормальная клеточная деятельность, о которой мы говорили ранее: передача клеточных сигналов и транспортировка элементов по клетке, обеспечивающая нормальное функционирование клеток, – блокируется. Это пробка внутри клетки, вызванная избытком жира. Один из путей клеточной сигнализации, заблокированный, когда клетка заполнена токсичным жиром, – это инсулиновая сигнализация, которая оказывает огромное влияние на уровень сахара в крови, циркулирующего в организме.

В нормальных условиях, когда после приема и переваривания богатой углеводами пищи в крови резко возрастает количество сахара, из поджелудочной железы выделяется гормон инсулин, который перемещается по организму, связываясь с инсулиновыми рецепторами на клетках и подавая сигнал клеткам, чтобы те активировали транспортеры глюкозы изнутри клетки на клеточную мембрану и пустили глюкозу внутрь. Но когда клетка заполнена жиром, этот процесс инсулиновой сигнализации нарушается; каналы для транспортировки глюкозы не доходят до клеточной мембраны, и глюкоза не попадает в клетку – она блокируется. Эта блокировка, называемая инсулинорезистентностью, – способ, которым клетка защищает себя от чрезмерной бомбардировки энергией, поступающей с пищей (глюкозой). Клетка «знает», что из-за проблем с митохондриями она не может преобразовать сырье (глюкозу) в клеточную энергию, поэтому она блокирует поступление глюкозы в клетку. Из-за инсулинорезистентности глюкоза в избытке попадает в кровь, что вызывает целый ряд проблем.

Но это еще не конец истории. Организм очень умен. Он знает, что избыток сахара, циркулирующего в крови, может вызвать проблемы, поэтому он изо всех сил старается побудить клетки принять его. Для этого он заставляет поджелудочную железу вырабатывать гораздо больше инсулина (что приводит к высокому уровню инсулина в крови), чтобы преодолеть блок инсулиновой сигнализации. И что удивительно, это работает – до поры до времени. В течение многих лет организм может компенсировать свою инсулинорезистентность, просто повышая выработку инсулина, бомбардируя инсулиновые рецепторы и заставляя глюкозу поступать в клетки. В этот период уровень сахара в крови может казаться нормальным и здоровым, в то время как на самом деле речь идет о серьезной дисфункции и инсулинорезистентности. Со временем перегруженная клетка, наполненная жиром и неработающими митохондриями, просто не может продолжать набивать себя глюкозой. В этот момент мы начинаем наблюдать резкое повышение уровня сахара в крови и трудности с его контролем.

В этом кроется корень проблем с уровнем сахара в крови и появлением таких заболеваний, как преддиабет и диабет 2-го типа, – ими страдают более 50 % взрослых и почти 30 % детей в США. Возникает настоящий эффект домино: дисфункция митохондрий, вызванная рядом факторов окружающей среды, приводит к резервному накоплению глюкозы и жирных кислот, которые превращаются в токсичные жиры, заполняющие клетку, блокируя тем самым инсулиновый сигнал, что приводит к тому, что клетка с трудом принимает глюкозу из крови. Резистентность к инсулину в конечном счете приводит к повышению ежедневного уровня сахара в крови.

Повышение уровня сахара в крови может усугублять ситуацию – стимулировать активацию иммунной системы и выработку избыточного количества свободных радикалов, порождая торнадо дисфункций в клетках и организме. Нарушение работы митохондрий приводит к воспалению и избытку свободных радикалов; высокий уровень сахара в крови делает то же самое. Более того, хронически повышенный сахар в крови приводит к тому, что избыток сахара «прилипает» к поверхностям – этот процесс называется гликированием. Структуры в организме, которые гликируются сахаром, не могут работать должным образом и считаются чужеродными для иммунной системы, что еще больше способствует развитию хронического воспаления.

Простой пример того, как гликирование вызывает нарушения, – это образование морщин. Избыток сахара в крови прилипает к самому распространенному белку в нашей коже – коллагену. В норме коллаген придает коже структурную целостность. Гликация приводит к изменению формы коллагена и его «сшиванию», что способствует появлению морщин и преждевременному старению. Но есть и более серьезные и опасные для жизни последствия гликирования. Например, оно может вызвать проблемы с выстилкой наших кровеносных сосудов и ускорить процесс закупорки сосудов, называемый атеросклерозом, что приводит к инфарктам, инсультам, заболеваниям периферических сосудов, почек, ретинопатии, эректильной дисфункции и многим другим.

Около 74 % взрослых людей в США имеют избыточный вес или ожирение, а 93,2 % страдают метаболической дисфункцией. Эти цифры кажутся высокими, пока вы не осознаете, сколько копий современного общества нацелено на наши митохондрии и метаболизм: слишком много сахара, слишком много стресса, слишком много сидячей работы, загрязнения, таблеток, пестицидов, светящихся экранов, слишком мало сна и микроэлементов. Эти тенденции, за которыми стоят триллионы долларов, вызывают эпидемические уровни дисфункции митохондрий, нехватки энергии, болезней и воспаления.

Три аспекта клеточного сбоя, лежащие в основе практически всех симптомов и болезней, мучающих современных американцев, возможно, не являются предметом разговоров за обеденным столом. Они могут быть не самыми обсуждаемыми темами в соцсетях. Но вы должны знать, что это такое: так вы приблизитесь к пониманию истоков бедственного положения здравоохранения в США больше, чем любой практикующий врач, и сможете помочь себе и своим близким исцелиться, оставаться здоровыми и жить в ладу со своим телом и мозгом. Три причины дисфункции внутри нашего тела, которая порождает плохую энергию, таковы.

1. Митохондриальная дисфункция. Клетки не могут нормально вырабатывать энергию, потому что они перегружены таким количеством мусора из окружающей среды, что их энергетические фабрики – митохондрии – работают за пределами возможностей и повреждены, что приводит к снижению выработки АТФ и увеличению количества жира внутри клеток, который блокирует нормальные клеточные функции.

2. Хроническое воспаление. Митохондриальная дисфункция и низкое производство клеточной энергии (АТФ) воспринимаются как угроза, поэтому организм активизирует реакцию борьбы. Эта реакция становится хронической, поскольку воспринимаемая угроза не исчезнет, пока не изменится окружающая среда.

3. Окислительный стресс. Клетки создают повреждающие отходы в виде свободных радикалов, пытаясь переработать весь хлам, поступающий в них из окружающей среды, а также из поврежденных митохондрий, которые производят избыток свободных радикалов. Эти свободные радикалы вызывают повреждение клеток и далее – их дисфункцию.

Как измерить хорошую энергию

Вполне вероятно, что вы, как и тысячи людей, с которыми я поделилась этой информацией, задумались: как такое погружение в клеточную биологию поможет узнать, что внутри меня происходят эти невидимые нарушения?

Это отличный вопрос. И к счастью, у нас есть несколько хороших ответов. Существуют простые маркеры, которые могут зажечь нам предупредительную лампочку check engine. Самый простой и доступный способ узнать, каков у вас уровень метаболического здоровья, – это проверить пять показателей, которые почти всегда отслеживаются во время ежегодного обследования: сахар крови, триглицериды, холестерин липопротеинов высокой плотности (ЛПВП), артериальное давление и окружность талии. Если эти показатели находятся в оптимальном диапазоне при отсутствии медикаментозного лечения (точные характеристики см. в главе 4), можно сделать вывод, что с выработкой клеточной энергии у вас все в порядке. Как правило, вы чувствуете себя бодрыми, здоровыми и не страдаете от болей любой локализации. Эти ощущения также должны говорить о том, что в вашем теле есть хорошая энергия – основа хорошего здоровья.

Но если часть маркеров выходит за пределы оптимального диапазона, это уже совсем другая история. Тогда они становятся признаками противоположного состояния: метаболического синдрома. Метаболический синдром означает, что клетки не справляются со своей работой из-за проблем в системе производства энергии. Метаболический синдром клинически определяется, если вы обнаружите в своих исследованиях три и более признака:

• уровень глюкозы натощак 5,5 ммоль/л или выше;

• объем талии более 89 сантиметров для женщин и 102 сантиметров для мужчин;

• холестерин ЛПВП менее 1,1 ммоль/л для мужчин и 1,2 ммоль/л для женщин;

• триглицериды 1,7 ммоль/л или выше;

• артериальное давление 130/85 или выше.

Эти маркеры предупредят вас о том, что ваш организм перешел в неоптимальное состояние, а это верный признак того, что внутри клеток происходят процессы, связанные с плохой энергией. И это необходимо исправить, чтобы предотвратить бесчисленные проблемы, возникающие из-за сбоев в работе системы. Вы узнаете об этом гораздо больше в части 2, где я покажу вам, как, несмотря на колоссальные трудности, с которыми ежедневно сталкиваются ваши клетки, вы можете восстановить их нормальное функционирование, привести в норму биомаркеры, укрепить здоровье, а также защитить себя от наиболее распространенных проблем со здоровьем и болезней нашего времени. Все это подвластно любому человеку.

Нас учили, что болезни часто возникают случайно или передаются по наследству, и мое глубокое убеждение в том, что лично вы способны обезвредить некоторых крупнейших убийц в стране, возможно, вас шокирует. Но если покопаться в научной литературе, то можно увидеть феноменальную картину: у людей с хорошей энергией резко снижается риск сердечных заболеваний (причина смерти № 1 в США), многих распространенных форм рака (причина смерти № 2), инсульта (причина смерти № 5), болезни Альцгеймера (причина смерти № 7), диабета 2-го типа (причина смерти № 8) и заболеваний печени (причина смерти № 10). Люди с хорошей энергией с гораздо большей вероятностью выздоровеют после пневмонии (причина смерти № 9), COVID-19 (причина смерти № 3) и хронических заболеваний нижних дыхательных путей (причина смерти № 6). Исследования показывают, что у 70 % людей с сердечно-сосудистыми заболеваниями и у 80 % людей с болезнью Альцгеймера нарушен уровень глюкозы в крови.

Плохой энергетический обмен, который частично представлен повышенным уровнем глюкозы, – это ваш проводник в медленном и болезненном путешествии к смерти, более короткой жизни, проблемам с мозгом и телом и значительно более высоким затратам. Даже если в настоящее время у вас есть лишь «незначительные» симптомы, такие как усталость, бесплодие и туман в голове, вы можете улучшить самочувствие, разобравшись в том, как организм перерабатывает энергию: он рассматривает пищу как ресурс для оптимизации этого процесса и использует в своей повседневной жизни некоторые очень простые модели поведения в качестве биохимической информации высокого уровня, необходимой клеткам для процветания. Вы станете позитивными, сильными и свободными.

Но если вы не прислушаетесь к предупреждениям, в качестве которых выступают эти «незначительные» заболевания, то со временем производство хорошей энергии начнет буксовать, что приведет к появлению более серьезных симптомов. Вот почему говорить пациентам, что диабет 2-го типа, болезни сердца и ожирение являются совершенно отдельными состояниями, – трагическая ошибка. Все они – продукт плохой энергии, и их можно обратить вспять одним и тем же способом.

Выход из сепаратистских, редукционистских рамок медицины и переход к унифицированным клеточным представлениям о здоровье стал для меня полной сменой парадигмы. Вероятно, так же чувствует себя и пациент. Но теперь я понимаю, что у меня в руках золотой ключик, который открывает замок, казавшийся закрытым навечно. За этой дверью – возможность чувствовать себя и жить лучше, даже если вы застряли в давних, сложных и болезненных обстоятельствах. Этот ключ – своего рода суперсила: он может помочь всем нам, как молодым, так и пожилым, избежать хронических заболеваний души и тела, которые сегодня стали трагической нормой, причем для людей шокирующе молодого возраста. Это ненормально, когда 74 % жителей страны страдают избыточным весом или ожирением, когда 50 миллионов человек имеют аутоиммунные заболевания или 25 % молодых людей страдают жировой болезнью печени. Ненормально, что частой причиной визитов к врачу является смутное ощущение «усталости».

Теперь вы понимаете, как связаны между собой почти все распространенные болезни западного мира. Одно из самых больших заблуждений в медицине – что люди в возрасте 20, 30 и 40 лет «здоровы» – основывается лишь на том, что у них нет явных заболеваний или лишнего веса. (Однако данные исследований свидетельствуют о том, что большинство американцев этой возрастной группы, независимо от веса, не являются оптимально здоровыми.) Умение сохранять здоровье бесценно в мире, где нам выпали не лучшие карты (и не только нам, но и всем формам жизни вокруг нас: растениям, животным и микроорганизмам) и где наша жизненная сила систематически и драматически ослабевает.

Для понимания причин этого нужно увеличить масштаб: перейти от изучения клеточных структур к рассмотрению широкого метаболического спектра заболеваний.

Глава 2
Плохая энергия – корень болезней

В 36 лет Люси все больше расстраивалась из-за множества проблем со здоровьем, которые влияли на ее самочувствие, уверенность в себе и мечты о будущем. За последний год она обращалась к дерматологу для лечения взрослых акне, к гастроэнтерологу – по поводу частого вздутия живота после еды, к психиатру – по поводу плохого настроения и тревожности, а к лечащему врачу – по поводу бессонницы. Они с мужем более двух лет безуспешно пытались завести ребенка. Люси регулярно посещала акушера-гинеколога, получала рецепты препаратов для лечения синдрома поликистозных яичников (СПКЯ) и готовилась к процедуре экстракорпорального оплодотворения.

Она стала одной из первых пациенток моей частной практики, которую я открыла после окончания ординатуры, и она ждала от меня ответов на вопросы. Ничто из того, через что она прошла ранее, не помогло, но она по-прежнему хотела чувствовать себя лучше, выглядеть лучше и создать полноценную семью. Она казалась нетерпеливой и немного нервной, когда сидела в удобном кресле в заставленном растениями кабинете, который моими усилиями выглядел скорее как тихая гостиная, чем как клиническое помещение. На моем сайте она увидела, что я уделяю особое внимание устранению первопричин болезни, а не просто лечению отдельных симптомов, и что-то ей подсказывало, что она хочет именно этого.

По всем показателям Люси была среднестатистической американкой. В конце концов, у нее не было никакой ужасной болезни и ей не грозила немедленная госпитализация или смерть. Она не чувствовала себя и не выглядела так хорошо, как могла бы, но разве каждая из нас не испытывает подобное время от времени? Более 19 % взрослых женщин принимают антидепрессанты, и до 26 % женщин страдают от СПКЯ. Состояние Люси казалось настолько обычным, что она всегда считала себя «здоровой». Но ее не отпускало чувство, что что-то не так и что она могла бы жить более легко, радостно и энергично.

В течение двухчасового первичного визита мы с Люси начали раскладывать все по полочкам. Усталость, акне, желудочно-кишечные расстройства, депрессия, бессонница и бесплодие казались Люси и ее врачам изолированными проблемами. Отметив про себя пораженческие настроения Люси, я сказала ей, что мы изменим точку зрения и посмотрим на ее тело по-другому. Различные заболевания, возникающие в разных частях ее тела и имеющие разные названия, скорее всего, являются ветвями одного дерева. Наша работа заключалась в том, чтобы выяснить, что это за дерево и как его вылечить.

На обычном приеме у врача Люси сказала бы, что она «хорошо ест и спит», и разговор об образе жизни был бы окончен. Но мы копнули глубже и обнаружили следующее.

• Сон. Ее муж ложился спать позже, чем она, а их кот часто прыгал на кровать; и то и другое мешало ей спать.

• Еда. В ее рационе было много ультрапереработанных продуктов, таких как рафинированное зерно в тортильях, чипсах и сухариках, а также сахара в батончиках, выпечке и напитках.

• Движение. Она занималась йогой и иногда ходила в походы по выходным, но это были единичные случаи; в остальном она вела сидячий образ жизни. Она не занималась силовыми тренировками, а ее телосложение показывало минимальное количество мышц.

• Стресс. В новом для нее городе ей не хватало общества, и она чувствовала себя одинокой. Она испытывала ежедневный, но несильный стресс из-за работы (она была инженером-программистом), старения родителей и неспособности зачать ребенка.

• Токсины. Он пила нефильтрованную воду, а значит, она получала определенную дозу химикатов и токсинов. Ее средства личной гигиены и средства по уходу за домом содержали несколько распространенных токсинов. Несколько раз в неделю она пила вино.

• Свет. Весь день она смотрела на голубое свечение компьютера, а потом до поздней ночи сидела перед телевизором и отвечала на имейлы. Хорошие лампочки в ее доме тоже не помогали. Бо́льшую часть времени она проводила в своей квартире, офисе или в любимой студии йоги, почти не выходя на улицу.

Мы разработали план, который включал в себя отношение к пище как к лекарству, оптимизацию сна, снижение хронического стресса, защиту микробиома, уменьшение количества токсинов в окружающей среде и максимальное количество солнечного света в течение дня.

За шесть следующих месяцев почти все симптомы у Люси исчезли: нормализовался менструальный цикл, значительно уменьшились боли во время месячных, поднялось настроение, улучшилась работа пищеварительной системы. Она смогла прекратить прием лекарств и, будучи уверенной в том, что ее репродуктивные функции приходят в норму, отложила свое первое ЭКО. Сегодня она не просто стала чувствовать себя лучше, энергичнее и счастливее; она также значительно снизила свои шансы на развитие хронических заболеваний в будущем.

Я наблюдала подобные изменения у пациентов, которые последовательно меняли образ жизни. В основе этих изменений лежало понимание трех простых истин.

1. Большинство хронических симптомов и заболеваний, поражающих организм современного человека, связаны общей первопричиной – нарушением работы клеток, что часто приводит к появлению плохой энергии. Все симптомы являются прямым результатом дисфункции клеток: болезни не возникают из воздуха. И для большинства людей в США метаболическая дисфункция является ключевой причиной их клеточной дисфункции.

2. Спектр хронических заболеваний, связанных с плохой энергией, весьма широк: от не представляющих непосредственной угрозы для жизни (например, эректильная дисфункция, усталость, бесплодие, подагра, артрит) до угрожающих жизни (инсульт, рак и болезни сердца).

3. «Легкие» симптомы сегодня следует рассматривать как подсказку, что за ними, скорее всего, стоит более серьезное заболевание.

Лучше всего я могу объяснить взаимосвязь «малых» и «больших» болезней, углубившись в историю – моей мамы и свою собственную.

«Здоровый» ребенок

Когда моя мама готовилась к беременности в 1980-х годах, она исправно следовала рекомендациям того времени по питанию: много зерновых, хлеба, крекеров (ей советовали съедать от 6 до 11 штук в день) и много низкокалорийных закусок, ведь жиры в те времена полагалось употреблять «экономно». О том, что человеку нужно достаточное количество здорового белка, говорилось мало, он словно терялся среди прочих элементов пищевой пирамиды. Когда маме было 20–30 лет, она презирала овощи, ее главным вегетарианским блюдом были запеченные с пармезаном помидоры. В молодости она не умела готовить и, как и многие другие двадцатилетние жители Нью-Йорка, предпочитала стоянию у плиты еду навынос. Она много ходила пешком, но не занималась регулярно спортом и обычно поздно ложилась спать. Она курила с 20 до 50 лет, а бросала только на время беременности.

Видимо, в организме моей мамы уже тогда происходили метаболические нарушения, которые передались и мне. Вы не становитесь новорожденным весом пять килограммов без причины. А рождение крупного ребенка как для мамы, так и для малыша повышает риск будущих метаболических проблем, включая диабет 2-го типа и ожирение. Эта взаимосвязь обусловлена несколькими механизмами.

1. Инсулинорезистентность. Дети, рожденные с макросомией, часто внутриутробно подвергаются воздействию высокого уровня глюкозы, что может вызвать у них резистентность к инсулину. Эффект сохраняется на многие годы, это приводит к повышенному риску развития диабета 2-го типа и других метаболических проблем.

2. Количество и размер жировых клеток. Часто у детей, родившихся с макросомией, количество и размер жировых клеток выше нормы, вероятно, из-за того, что материнские жирные кислоты стимулируют превращение стволовых клеток плода в жировые клетки. Это может способствовать ожирению и создавать проблемы с обменом веществ в более позднем возрасте.

3. Воспаление. Слишком крупные дети, находясь в утробе, часто сталкиваются с воспалением, и это тоже может привести к развитию метаболических нарушений с возрастом.

Врач моей мамы настоял на кесаревом сечении из-за размеров плода. Поскольку я не проходила естественным образом через ее родовой канал, то не получила из ее микробиома полезных бактерий, которые могли бы заселить мой кишечник. Следующая проблема – грудное вскармливание: для матерей после кесарева сечения это сложная задача, а моя мама не могла кормить грудью. Кроме того, ей сказали не поднимать больше десяти килограммов, пока заживает шрам от кесарева сечения, а я весила пять с половиной килограммов, что дополнительно осложняло грудное вскармливание. В связи с этим я не получала полезных бактерий и олигосахаридов, которые поступают с грудным молоком и формируют микробиом младенца на всю жизнь.

В раннем детстве, хотя мы всей семьей часто ели домашнюю еду, приготовленную с любовью, я ела много стандартных детских продуктов: хлопья, чипсы и кексы. Предупреждающие знаки поступления плохой энергии появились рано. Когда я была маленькой, мои хронические отит и тонзиллит заставляли маму часто бегать к врачу, а он выписывал антибиотики. В юности я помню рассказы о том, как она буквально жила в кабинете педиатра и знала по именам весь персонал.

Теперь я понимаю, что эти хронические инфекции, скорее всего, были связаны с неоптимальной работой иммунной системы, которая во многом определяется составом нашего микробиома и целостностью слизистой оболочки кишечника (в нем содержится 70 % клеток иммунной системы). Поскольку я родилась в результате кесарева сечения и питалась молочными смесями, а затем – переработанными продуктами и часто употребляла антибиотики, разрушающие микробиом, мой кишечный тракт, скорее всего, был в катастрофическом состоянии (в научной литературе эту катастрофу называют сочетанием «дисбактериоза» и «кишечной проницаемости»), и это создавало порочный круг ухудшения метаболического здоровья, тяги к переработанным продуктам и нарушения иммунной функции.

К десяти годам я набрала лишний вес. К восьмому классу мой вес составлял 95 килограммов. В раннем подростковом возрасте я испытывала тревожность, менструации были болезненными, я страдала от акне в области подбородка и спины, регулярных головных болей и периодических инфекций миндалин. Но я не считала, что у меня есть повод для беспокойства: это было обычным делом для американских детей, и врачи даже называли меня здоровой. Колики, головные боли, прыщи и фарингит были знакомы большинству из нас, поэтому я никак не думала, что эти распространенные состояния сигнализируют о биологических неполадках в организме.

В 14 лет, в конце первого года обучения в средней школе, я страстно и настойчиво захотела добиться здорового веса, поэтому прочитала целую стопку книг о питании и кулинарии, чтобы узнать, как это сделать. Я посвятила лето здоровью: готовила всю еду, записалась в спортзал и каждый день ездила туда на автобусе, потела на тренажерах и поднимала тяжести, пока в моем плеере звучал диск Backstreet Boys. Я быстро и без вреда для здоровья сбросила лишний вес примерно за шесть месяцев. Другие мои недомогания тоже стали немного слабее. Хотя я не могла тогда это проанализировать, я, вероятно, уменьшила инсулинорезистентность и хроническое воспаление, которые с раннего возраста провоцировали мой набор веса и другие проблемы. Увлекшись в подростковом возрасте спортом и приготовлением здоровой пищи, я научилась удерживать недомогания на расстоянии и сохраняю эту способность по сей день.

«Нормальные» проблемы в 20 и 30 лет

Десять лет спустя, будучи в свои 26 лет молодым врачом, начавшим работать в хирургическом отделении, я снова попала в «матрицу клеточных страданий». Я вошла в больницу полным здоровья и жизненных сил ординатором хирургического отделения, и с того дня мой мир сжался до туннеля хронического стресса и адреналина. Мой пейджер пищал круглосуточно, а флуоресцентные лампы больницы слепили днем и ночью. Я спала урывками между частыми ночными сменами, ела переработанную пищу из столовой, мало занималась спортом, подхлестывала себя кофеином и дышала спертым воздухом. В течение многих дней я не видела солнца, просыпаясь до рассвета и уходя с работы после наступления темноты. Мое тело снова стало эпицентром плохой энергии, которая почти мгновенно проявилась в виде множества симптомов.

Синдром раздраженного кишечника

Синдром раздраженного кишечника (СРК) стал первым признаком того, что работа клеток кишечника нарушилась: они буквально не справлялись со своей задачей. В течение двух лет у меня ни разу не было нормального стула. СРК может проявляться по-разному, но у меня это были болезненные газы внизу живота в сочетании с водянистой диареей 8-10 раз в день.

У людей с СРК имеются убедительные доказательства снижения активности митохондрий и уменьшения выработки энергии в клетках, выстилающих кишечник. Это снижение активности вызывает кишечные недомогания: изменения ритмичности его работы и боль в животе. Как бы странно это ни звучало, но СРК тесно связан с инсулинорезистентностью и проблемами с плохой энергией. Если у вас СРК, то вероятность того, что ему сопутствует метаболический синдром и избыток триглицеридов, в два раза выше.

Инсулинорезистентность негативно влияет на энтеральную (кишечную) нервную систему, которую еще называют нашим «вторым мозгом». Это может привести к изменению моторики кишечника, которая представляет собой скоординированное сокращение и расслабление мышц стенки кишечника. Инсулинорезистентность также изменяет барьерную функцию кишечника, снижая способность слизистой оболочки кишечника предотвращать попадание вредных веществ в кровь. Изменение барьерной функции кишечника может привести к усилению воспаления и чувствительности кишечника, болям в животе и появлению других симптомов СРК. Более того, хроническое воспаление, вызванное нарушением барьера кишечника, подпитывает метаболические проблемы во всем организме.

Акне

Множественные акне на моем лице и шее, которые появились, когда я начала работать врачом, были подсказкой, что повышенный уровень глюкозы и инсулина уже привел к гормональным изменениям. Исследования показали, что у людей с акне уровень инсулина выше, чем у людей без акне. Это связано с увеличением производства мужских гормонов, которые стимулируют выработку кожного сала, которое называется «себум». Когда сальные железы кожи вырабатывают слишком много кожного сала, оно смешивается с отмершими клетками кожи и закупоривает волосяные фолликулы, создавая среду для размножения бактерий. Многочисленные исследования показали, что низкая гликемическая нагрузка (то есть низкий уровень сахара в крови) или низкоуглеводная диета могут значительно улучшить состояние кожи и уменьшить количество акне.

Было доказано, что люди с акне имеют более высокий уровень окислительного стресса и повреждения митохондрий – оба признака плохой энергии. Интересно, что более десятка кожных заболеваний, как известно, являются следствием окислительного стресса и повреждения митохондрий, включая алопецию (тип выпадения волос), атопический дерматит (экзему), лишай, склеродермию, витилиго, розацеа, солнечные ожоги, псориаз и многие другие. Дисфункция различных типов клеток кожи может проявляться как широкий спектр кожных заболеваний, но, по-видимому, большая часть этой дисфункции обусловлена плохой энергией.

Депрессия

У депрессии, возникшей у меня во время хирургической ординатуры, тоже есть метаболические корни. Мозг очень чувствителен к окислительному стрессу и воспалению. Он является одним из самых энергоемких органов тела, потребляя 20 % всей энергии организма, несмотря на то что его вес составляет всего 2 %! Известно, что спутники плохой энергии: митохондриальная дисфункция, воспаление и окислительный стресс – влияют на работу мозга и регуляцию настроения подобно тому, как они влияют на работу кишечника при СРК. Моя токсичная рабочая среда и сформированный работой образ жизни нарушили пути выработки энергии и в моем кишечнике, и в мозге.

Ось «кишечник – мозг» – это связь между пищеварительной и центральной нервной системами. Она является ключевой при депрессии: микробиом кишечника играет важную роль в выработке нейротрансмиттеров, которые контролируют наши мысли и чувства, регулируют настроение и поведение. Дисбаланс этих нейротрансмиттеров способствует развитию депрессии. Более 90 % серотонина – гормона, регулирующего настроение и самочувствие, – вырабатывается в кишечнике, а не в мозге. Все, что нарушает работу кишечника, например физиология плохой энергии, которая приводит к СРК, может сильно влиять на психическое здоровье. Неудивительно, что между СРК и депрессией существует тесная связь, а СРК иногда называют «депрессией кишечника». СРК даже часто лечат антидепрессантами.

Исследования на животных и людях показали, что изменения в микробиоме кишечника могут провоцировать поведенческие реакции, сходные с депрессивными. У людей с депрессией менее здоровая структура микробиома кишечника, а пересадка микробиома от животных с депрессией здоровым животным быстро вызывает у последних состояние, подобное депрессии.

Проблемы с плохой энергией в наших клетках формирует патофизиологию депрессии несколькими способами.

1. Производство энергии. Дисфункция митохондрий может привести к снижению выработки энергии в центральной нервной системе, следствием чего становится изменение передачи сигналов нейромедиаторами, в том числе теми, что регулируют настроение: серотонин и норадреналин.

2. Воспаление. Митохондриальная дисфункция также может привести к усилению окислительного стресса и спровоцировать воспаление. Хроническое воспаление связано с депрессией: многие исследования показали, что у людей с депрессией повышен уровень маркеров воспаления.

3. Функция нейронов. Митохондрии участвуют в нескольких жизненно важных для функционирования нейронов процессах, включая апоптоз (гибель клеток), регуляцию кальция и защиту от окислительного стресса. Дисфункция митохондрий может изменить эти процессы и привести к дисфункции нейронов, способствуя развитию депрессии.

4. Реакция на стресс. Гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая (ГГН) ось, которая регулирует реакцию на стресс, зависит от правильной работы митохондрий. Дисфункция митохондрий может изменить регуляцию оси ГГН, привести к изменению реакции на стресс и способствовать развитию депрессии.

Нестабильный уровень сахара в крови может вывести из строя клетки мозга, как и любые другие клетки организма. В результате клетки мозга начнут вырабатывать больше гормонов стресса, создавая бесконечную петлю обратной связи между стрессом и дисфункцией метаболической системы. Вы удивитесь, но пять основных метаболических биомаркеров из главы 1 могут многое рассказать нам о риске развития депрессии. В одном из исследований было обнаружено, что каждые дополнительные 1 ммоль/л быстрой глюкозы ассоциируются с 37 %-ным увеличением риска развития депрессии. Кроме того, при повышении уровня триглицеридов в соотношении с ЛПВП на одну единицу вероятность развития депрессии возрастала на 89 %. Я со слезами на глазах рассказывала родителям о своих депрессивных переживаниях во время учебы в ординатуре, говоря, что чувствую себя так, будто мой мозг быстро переключился с полноцветного спектра на черно-белый. Моя креативность, способность к синтезу концепций и острая память исчезли. Несколько раз после многочасовых дежурств у меня возникало нехорошее чувство: не проще ли было бы просто не существовать? Сейчас, при взгляде через призму плохой энергии, мне все понятно: из-за серьезных изменений в моем образе жизни и высокого уровня стресса клетки моего мозга, скорее всего, не получали достаточно энергии, чтобы обеспечить меня полным спектром мыслей и эмоций и волей двигаться дальше.

Между биомаркерами метаболического синдрома и суицидальными мыслями ученые выявили очевидную связь – связь, которую необходимо срочно исследовать и устранить, поскольку уровень депрессии и число самоубийств опасно растет, особенно среди молодых людей.

Постоянная боль

Даже хроническая боль в шее, которая появилась у меня, когда я была молодым хирургом, скорее всего, была вызвана метаболическим хаосом. Исследования показывают, что плохая работа митохондрий и резистентность к инсулину могут играть определенную роль в развитии хронической боли. Окислительный стресс и воспаление в тканях могут повредить нервы, а дисфункция митохондрий – снизить выработку нейротрансмиттеров и других сигнальных молекул, которые регулируют восприятие боли. Инсулинорезистентность также может изменять метаболизм клеток в мышцах и других тканях, что приводит к истощению мышц, разрушению суставов и другим изменениям, вызывающим боль. Скорее всего, причиной боли было нарушение энергетических путей клеток, а не нагрузка и напряжение в шее, которые, как я думала, обусловлены долгими часами, которые я провела склонившись над операционным столом. Я, конечно, была в этом не одинока: по оценкам, 20 % взрослых жителей США страдают от хронической боли.

Синусовые инфекции и мигрени

Не только я игнорировала первопричину собственных проблем со здоровьем, но лор-отделение, в котором я работала, также не искало, что могло вызвать проблемы с головой и шеей у пациентов, которые попадали под наши скальпели. Возьмем, к примеру, синусит – заболевание, которое мучило Софию и еще 31 миллион человек в США. Врачи описывают хронический синусит как хроническое воспаление слизистых оболочек носовых пазух. В качестве симптомов перечисляются давление и заложенность носа, головные боли, постназальный синдром и обильные зеленые и желтые выделения из носа. Но мы никогда не копаем глубже: что является причиной этого хронического воспаления?

Чем выше уровень сахара в крови человека, тем выше вероятность того, что он столкнется с синуситом. И вероятность еще в 2,7 раза выше, если у вас диабет 2-го типа!

Я помню свой шок, когда прочитала статью о синусите в журнале Американской медицинской ассоциации. Там была приведена схема воспалительных путей в тканях носа у человека с синуситом. Многие из маркеров воспаления, которые повышены в тканях носа, аналогичны тем, что выявляются у людей с сердечно-сосудистыми заболеваниями, ожирением и диабетом 2-го типа. Глядя на рисунок в журнале, я внезапно подумала: а может такое быть, что одна и та же фундаментальная проблема, связанная с чрезмерным ростом воспаления, проявляется в разных частях тела в виде разных симптомов?

Мигрень, как у моей пациентки Сары, также вызвана плохим метаболическим здоровьем. В лор-клинике мы часто сталкивались с этим заболеванием как сопутствующим симптомом и не могли похвастаться успехом в его лечении. Страдающие этим изнурительным нейрологическим заболеванием – около 12 % жителей США – имеют повышенный уровень инсулина и инсулинорезистентность. Обзор 56 научных статей выявил связь между мигренью и плохим метаболическим здоровьем, отметив, что «страдающие мигренью, как правило, имеют пониженную чувствительность к инсулину». Обзор подтверждает «нейроэнергетическую» теорию мигрени.

Кроме того, есть основания полагать, что дефицит микроэлементов в ключевых кофакторах митохондрий также может способствовать развитию мигрени. В результате проведенных исследований было высказано предположение, что мигрень можно лечить, восстанавливая уровень витаминов B и D, магния, коэнзима Q10, альфа-липоевой кислоты и L-карнитина. Витамин B12, например, участвует в электронно-транспортной цепи, ответственной за последние этапы производства АТФ в митохондриях, и исследования показали, что высокие дозы B12 могут помочь предотвратить мигрень. Эти микроэлементы обычно имеют меньше побочных эффектов, чем другие лекарства, используемые для лечения мигрени, что делает их перспективным вариантом для облегчения состояния. Оно может быть достигнуто с помощью диеты, богатой этими микроэлементами, или добавок.

Высокий уровень маркеров окислительного стресса, ключевого признака плохой энергии, оказывает более сильное воздействие на женщин – у них выше риск развития мигрени. Некоторые исследования позволяют предположить, что приступы мигрени – это симптоматическая реакция на повышенный уровень окислительного стресса. Менее болезненные и более распространенные головные боли типа боли напряжения также связаны с перепадами (чрезмерными пиками и спадами) уровня сахара в крови.

Потеря слуха

Такая же история метаболического невежества и в лор-отделении. Нарушения слуха и его потеря – одна из самых распространенных жалоб, с которыми обращаются в нашу лор-клинику. Увы, и в этом вопросе мы не искали источник проблем в метаболизме, а говорили пациентам, что снижение слуха неизбежно из-за старения или посещения в прошлом концертов, где музыканты играли слишком громко, и предлагали в качестве помощи слуховые аппараты. Однако недавно было установлено, что существует малоизвестная, но прочная связь инсулинорезистентности и нарушений слуха. Люди с инсулинорезистентностью с возрастом с большей вероятностью потеряют слух из-за недостаточной выработки энергии в нежных слуховых клетках и закупорки мелких кровеносных сосудов, снабжающих кровью внутреннее ухо.

В одном из исследований ученые выяснили, что инсулинорезистентность связана с возрастной потерей слуха, даже при контроле веса. Вероятная причина этого заключается в том, что слуховая система требует больших затрат энергии для сложной обработки сигналов. В случае инсулинорезистентности нарушается метаболизм глюкозы, что приводит к снижению выработки энергии.

Влияние плохой энергии на слух очевидно: исследование показало, что распространенность нарушений слуха среди людей с повышенным уровнем глюкозы составила 42 % по сравнению с 24 % среди людей с нормальным уровнем глюкозы. Легкие нарушения слуха чаще встречаются у мужчин с инсулинорезистентностью в возрасте до 70 лет, которым не поставлен диагноз «диабет». Эти работы свидетельствуют о том, что оценка метаболической функции и уровня инсулинорезистентности на ранних стадиях заболевания крайне важна в лор-клинике, а консультирование пациентов по потенциально тревожным признакам имеет первостепенное значение.

Аутоиммунные заболевания

Даже при таких редких состояниях, как аутоиммунные заболевания, когда иммунная система организма атакует собственные ткани, исследования указывают на их сильную связь с нарушением метаболизма. Мы рассмотрели несколько аутоиммунных заболеваний в лор-клинике, в том числе синдром Шёгрена – состояние, приводящее к нарушению функции желез внешней секреции, и тиреоидит Хашимото – состояние иммунной инфильтрации щитовидной железы, которое приводит к снижению ее функции. Хотя в медицинской школе меня не научили смотреть на болезни через призму клеточного метаболизма и того, как он может провоцировать аутоиммунитет, все большее число исследований показывает, что метаболические и аутоиммунные проблемы тесно связаны между собой. Вспомните, что клетка, которая не может нормально производить энергию, посылает сигналы опасности, активирующие иммунную систему. Было доказано, что у людей с аутоиммунными заболеваниями инсулинорезистентность и метаболический синдром встречаются в 1,5–2 раза чаще, чем у людей без этих заболеваний. Плохая энергия может привести к хроническому воспалению, а иногда и к аутоиммунитету.

Известный исследователь и врач доктор Терри Уолс предполагает, что аутоиммунитет может быть спровоцирован «реакцией клетки на опасность» (CDR) – биологическим ответом, координируемым митохондриями, который возникает из-за предполагаемых угроз для клетки, таких как неправильное питание, травмы, инфекции и недостаток питательных веществ. CDR активирует ряд событий, кульминацией которых является выброс АТФ за пределы клетки. (В норме АТФ должен находиться внутри клетки, обеспечивая ее функционирование.) Выброс АТФ за пределы клетки служит сигналом для других клеток, предупреждая их об опасности. Чрезмерная стимуляция CDR может повышать риск развития хронических заболеваний: аутоиммунных, сердечно-сосудистых и онкологических.

Исследования показали, что люди с аутоиммунными заболеваниями – ревматоидным артритом, волчанкой, псориазом, воспалительными заболеваниями кишечника (ВЗК) и рассеянным склерозом (РС) – более склонны и к метаболическим нарушениям, таким как ожирение и диабет 2-го типа. У пациентов с ревматоидным артритом риск развития диабета выше на 50 %. Болеющие волчанкой почти в два раза чаще страдают метаболическим синдромом, имеющие диагноз «рассеянный склероз» в 2,5 раза чаще сталкиваются с инсулинорезистентностью по сравнению с теми, у кого рассеянного склероза нет. Кроме того, у пациентов с РС и высоким уровнем быстрой глюкозы в крови чаще наблюдаются когнитивные нарушения. Такая связь между метаболическими проблемами и аутоиммунитетом, вероятно, обусловлена хроническим воспалением в организме, которое нарушает сигнализацию инсулина и приводит к инсулинорезистентности и связанному с ней окислительному стрессу, который является как причиной, так и следствием метаболических проблем и, в свою очередь, провоцирует воспалительные процессы.

Неудивительно, что за последние несколько десятилетий в Соединенных Штатах стремительно выросло число больных с аутоиммунными заболеваниями. По данным Национального института наук о здоровье окружающей среды, в стране их около 50 миллионов, то есть около 20 % населения. По оценкам ученых, с 1950-х годов число людей с аутоиммунными заболеваниями в стране увеличилось на 50–75 %, причем женщины страдают от этих заболеваний гораздо чаще, чем мужчины. Только представьте: у 20 % населения одни клетки их организма атакуют и пытаются уничтожить другие. Этот процесс, по-видимому, частично коренится в биологическом хаосе, порожденном современным питанием и образом жизни. Резко возросший уровень аутоиммунных заболеваний – самый наглядный пример разрушительных результатов биохимического страха. Клетки организма словно говорят: «Что за черт?!» – в ответ на влияние на них извне и принимают ответные меры.

Бесплодие

Когда мне исполнилось 30 лет, я стала замечать, что в кругу моих друзей часто обсуждаются вопросы фертильности и секса. У многих были проблемы с зачатием, а некоторые пережили выкидыш. За коктейлями шептались о том, что у партнеров проблемы с сексуальной функцией, либидо и эрекцией.

Синдром поликистозных яичников (СПКЯ), с которым столкнулась Люси, был распространен и быстро распространялся среди женщин моей возрастной группы. Сегодня это ведущая причина женского бесплодия. Хотя может показаться, что проблема кист, растущих на яичниках, не связана с уровнем сахара в крови и инсулина, давайте вглядимся поглубже. Ключевым фактором СПКЯ является высокий уровень инсулина, который стимулирует тека-клетки яичников вырабатывать больше тестостерона и нарушает тонкий гормональный баланс половых гормонов и менструального цикла. Этот процесс препятствует фертильности. СПКЯ, который часто проявляется наряду с ожирением и диабетом, настолько связан с метаболическим здоровьем, что в 2012 году комиссия Национального института здоровья предложила изменить название болезни на «метаболический репродуктивный синдром».

С ростом распространенности метаболических проблем растет и распространенность СПКЯ. Недавнее исследование, проведенное в Китае, который столкнулся с кризисом диабета 2-го типа, подобным американскому, показало, что только за последнее десятилетие распространенность СПКЯ выросла на 65 %. В настоящее время от него страдают 20 % женщин во всем мире. По данным Центра по контролю и профилактике заболеваний, у половины женщин с СПКЯ к 40 годам может развиться диабет 2-го типа. У 80 % женщин с СПКЯ ожирение. Исследования показали, что снижение веса, изменение рациона питания и образа жизни, а также прием лекарств могут сыграть положительную роль: повысить чувствительность к инсулину и уменьшить симптомы СПКЯ. Всего 12 недель низкогликемической диеты, богатой овощами, могут улучшить все ключевые биомаркеры заболевания.

Женщинам с СПКЯ часто назначают гормональные противозачаточные таблетки или препараты от диабета, такие как метформин, чтобы компенсировать гормональный дисбаланс или скорректировать уровень сахара в крови. Иногда в попытках зачать ребенка женщины с СПКЯ прибегают к ЭКО. Использование вспомогательных репродуктивных технологий, таких как ЭКО, на протяжении последних четырех десятилетий в Соединенных Штатах неуклонно растет. В 2015 году было проведено более 182 000 процедур вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ). Очень немногим женщинам, решившимся на эти инвазивные процедуры, врач объясняет основные причины их бесплодия и способы их устранения. Им также не говорят о том, что при проблемах с уровнем сахара в крови неудачи при ЭКО встречаются в два раза чаще, а «более высокий процент повреждения ДНК сперматозоидов из-за окислительного стресса, наблюдаемый у пациентов с диабетом, может быть ответствен за плохое эмбриональное развитие». Высокий индекс массы тела (ИМТ) также повышает вероятность выкидыша после ВРТ, причем риск начинает расти при ИМТ около 22.

Кризис фертильности в Америке касается не только женщин. Количество сперматозоидов в этом веке стремительно падает – по последним данным, более чем на 50–60 % за 40 лет, – и одной из ключевых причин этого является метаболическая дисфункция. Хуже всего дело обстоит у мужчин с ожирением: вероятность того, что в их сперме окажется ноль сперматозоидов, на 81 % выше, чем у мужчин с нормальным весом. Мужской фактор ответствен за 50 % случаев бесплодия. Это напрямую связано с проблемами метаболизма: жировая ткань содержит ферменты, называемые ароматазами, они превращают тестостерон в эстроген и нарушают гормональный баланс, необходимый для производства спермы. Доктор Бенджамин Бикман отмечает, что жировая ткань у мужчин в основном действует как большой яичник, формируя низкий уровень тестостерона и высокий уровень эстрогена.

Избыточный окислительный стресс, являющийся ключевым (и предотвратимым) признаком плохой энергии, повреждает чувствительные мембраны сперматозоидов, нарушает развитие сперматозоидов и может фрагментировать ДНК сперматозоидов, что приводит к снижению качества спермы и повышению риска выкидыша. Окислительный стресс также напрямую снижает выработку тестостерона. В обзоре последних исследований говорится: «Появляется все больше доказательств, подтверждающих связь между повышенным уровнем реактивных форм кислорода в сперме [в мужской репродуктивной системе] и повторной потерей беременности». Далее в статье упоминается, что окислительный стресс, как полагают, усиливается из-за «употребления алкоголя, курения, ожирения, старения, психологического стресса, сопутствующих заболеваний, включая диабет и инфекции». Среди других причин – радиационное облучение, употребление в пищу ультрапереработанных продуктов, некоторые лекарства, стойкая бессонница, пестициды, загрязнение окружающей среды и промышленные химикаты.

Более того, мужчины все чаще сталкиваются с сексуальными проблемами: 52 % мужчин 40 лет испытывают беспокойство, вызванное эректильной дисфункцией (ЭД). В основе ЭД, как правило, лежат метаболические заболевания, ключевым фактором которых является снижение притока крови к капиллярам и нервным окончаниям полового члена: инсулинорезистентность закупоривает артерии (возникает атеросклероз) и уменьшает просвет кровеносных сосудов. Эксперт по метаболизму и сексуальному здоровью доктор Сара Готтфрид отмечает: эректильная дисфункция – это атеросклероз пенильных артерий, и добавляет, что ЭД – это сигнал о том, что мужчине необходимо проверить метаболический статус. Кроме того, высокий уровень глюкозы ухудшает состояние тканей и сосудов пениса и также способствует развитию ЭД.

Еще одно распространенное заболевание, с которым женщины нередко сталкиваются во время беременности, – гестационный диабет. С 2016 года в Соединенных Штатах заболеваемость этим типом диабета выросла на 30 %. Встречаются печальные истории о потере беременности, которая – хотя это редко обсуждается – также может быть отчасти результатом метаболического стресса. За последние 10 лет число выкидышей увеличилось на 10 %. Исследования показывают, что причиной этого может быть метаболическая дисфункция, делающая плаценту токсичной. Возникает плацентарная недостаточность – ее неспособность выполнять свои функции, включая транспортировку питательных веществ и кислорода, удаление отходов, синтез гормонов и иммунную регуляцию. Метаболические проблемы матери, такие как ожирение и инсулинорезистентность, могут вызвать изменения в балансе гормонов и факторов роста, участвующих в развитии и функционировании плаценты. Чем больше у женщины признаков метаболического синдрома (например, низкий уровень ЛПВП, высокий уровень триглицеридов и повышенный уровень глюкозы), тем выше вероятность развития плацентарной недостаточности и гибели плода: коэффициент вероятности этого у женщин с тремя-четырьмя признаками метаболического синдрома составляет 7,Метаболический дисбаланс нередко приводит к изменениям в плацентарном ангиогенезе (образовании новых кровеносных сосудов) и кровотоке, снижает доставку кислорода и питательных веществ к плоду. Кроме того, ожирение и инсулинорезистентность могут вызывать окислительный стресс в плаценте, а затем – окислительное повреждение тканей и развитие плацентарной недостаточности.

Если оценивать данные в комплексе, то получается, что современный рацион и образ жизни буквально стерилизуют человеческую популяцию, и происходит это отчасти за счет плохой энергии.

Хроническая усталость

От 10 до 30 % всех жалоб, с которыми люди обращаются к врачам в США, – жалобы на симптомы усталости. Кроме того, 67 % людей в США регулярно испытывают усталость на работе, 70 миллионов испытывают хронические проблемы со сном, а 90 % ежедневно употребляют кофеин. У женщин ситуация гораздо хуже: последние исследования показывают, что 85,3 % женщин в постменопаузе отмечают симптомы физического и умственного истощения, хотя более молодые сталкиваются с этим реже: 46,5 % женщин в перименопаузе и 19,7 % женщин в пременопаузе².

Я испытала это на себе, когда была ординатором. Большинство из нас списывали хроническую усталость на вынужденное недосыпание в институте. Иногда после 36 часов бодрствования в больнице я ехала домой с работы и, доехав, не могла собраться с силами, чтобы выйти из машины, подняться в квартиру и упасть в постель. Я дремала на переднем сиденье, пока не набиралась решимости, чтобы заставить себя двигаться.

Но даже в менее экстремальных условиях мы часто воспринимаем усталость и проблемы со сном как неизбежные следствия современной жизни. Снижение выработки АТФ, нестабильный уровень сахара в крови и гормональный дисбаланс – все это признаки метаболической дисфункции – способствуют постоянной усталости и нарушению режима сна. Это создает негативную спираль: недостаток качественного сна усиливает митохондриальную дисфункцию и усталость. Мы привыкли считать эту динамику почти неизбежной, но зачастую она является предупреждающим знаком: плохая энергия хозяйничает в нашем организме.

Плохая энергия у детей: нужно срочно исправлять ситуацию

Детское ожирение и жировая болезнь печени

Распространенность детского ожирения резко возросла за последние 50 лет, и это лишь одно из проявлений плохой энергии у детей. По данным Центра по контролю и профилактике заболеваний, с 1970-х годов уровень детского ожирения вырос более чем в три раза. В 1970-е ожирением страдали примерно 5 % детей и подростков в возрасте от 6 до 19 лет. К концу 2000-х годов этот показатель вырос до 18 % и продолжает расти.

Еще одно проявление плохой энергии – неалкогольная жировая болезнь печени (НАЖБП), которая сегодня является самым распространенным заболеванием печени у детей. Распространенность НАЖБП у детей и подростков в США стремительно возрастает. Первый случай НАЖБП у детей был зарегистрирован в 1983 году, а сейчас она встречается у 20 % детей (и у 80 % детей, страдающих ожирением). Для отдельных этнических групп и полов эта цифра гораздо выше. Например, НАЖБП страдают 42 % испаноязычных молодых мужчин в возрасте от 25 до 30 лет. Но в норме этот показатель должен стремиться к нулю. Подобные тенденции наблюдаются и в других странах мира. Исторически жировая дистрофия печени встречалась в основном у взрослых, злоупотребляющих алкоголем, поскольку алкоголь нарушает процессы переработки липидов в клетках и вызывает окислительный стресс. Но за последние 30 лет неалкогольная жировая болезнь печени стала самым распространенным хроническим заболеванием печени в мире; если в 1990 году ею страдали 25 % населения планеты, то до к 2019 году – почти 40 %. НАЖБП – это масштабная метаболическая дисфункция у детей и взрослых, представляющая собой заполнение клеток печени жиром, что усугубляет резистентность к инсулину. Основными факторами, способствующими развитию заболевания, являются ультрапереработанные продукты питания, рафинированные сахара, очищенные злаки, сладкие напитки, кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы, фастфуд, низкое потребление клетчатки и фитохимических веществ, привычка есть перед сном, малоподвижный образ жизни и окислительный стресс. За последние 15 лет число трансплантаций печени выросло почти на 50 %, и если раньше основными причинами были алкоголь и гепатит С, то теперь НАЖБП стала лидирующей причиной печеночной недостаточности у женщин и мужчин и самым распространенным показанием к трансплантации печени у молодых взрослых в США. Мы подставляем под удар наших детей.

Ментальные расстройства у детей

Детскому мозгу не избежать проблем, связанных с плохой энергией. Мы достигли эпидемического уровня детских психических заболеваний. Примерно у 20 % всех детей ежегодно диагностируются психические заболевания. По данным Центра по контролю и профилактике заболеваний, к 18 годам 40 % всех детей столкнутся с психическими расстройствами! Их распространенность резко возросла за несколько десятилетий, причем в последнее время этот рост значительно ускорился. Новое исследование, опубликованное в журнале JAMA Pediatrics, показало, что число детей в возрасте от 3 до 17 лет с диагнозом «тревога» или «депрессия» увеличилось на 29 и 27 % соответственно – и все это в период с 2016 по 2020 год.

За годы моей работы в Стэнфорде и в других больницах я собрала пугающую статистику: в округе Санта-Клара каждый год добровольно уходили из жизни 20 детей и молодых людей. По данным официального отчета, 17 % учащихся средних школ Санта-Клары серьезно задумывались о самоубийстве. В настоящее время самоубийство является второй основной причиной смерти молодых людей в возрасте от 10 до 34 лет. По данным Центра по контролю и профилактике заболеваний, в 2020 году уже 25 % молодых людей в стране имели суицидальные мысли – эта статистика до сих пор не укладывается у меня в голове. И никто не задал вопрос, могли ли метаболические факторы, такие как ультрапереработанная пища, недостаток сна и хронический стресс, вызванный технологиями и академическим давлением в эпицентре Силиконовой долины, сформировать эти тенденции.

Случаи пороков развития также стремительно множатся, причем показатели аутизма и синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) ежегодно увеличиваются. У матери, страдающей ожирением и диабетом, в четыре раза выше риск рождения ребенка с аутизмом и в два раза выше риск рождения ребенка с СДВГ. Наш мозг, являясь самым энергоемким органом, отличается повышенной чувствительностью к плохой энергии. Особенно восприимчив развивающийся мозг. При рациональном подходе к здравоохранению одним из приоритетов общественного здравоохранения должна стать поддержка метаболического здоровья матери и ребенка в раннем возрасте как один из наиболее эффективных способов обеспечить благополучие населения.

Другие метаболические состояния у детей

Эпидемии ожирения, дисфункции печени и мозга свидетельствуют о массовых нарушениях выработки клеточной энергии. В маленькие, не до конца сформировавшиеся организмы наших детей уже с раннего возраста закладываются основы их будущих проблем со здоровьем, и все из-за того, что в нашей жизни много ультрапереработанных продуктов и других факторов, которые наносят ущерб митохондриям и производству клеточной энергии.

Перечислю лишь некоторые из заболеваний, которые все чаще встречаются у детей и вызваны недостаточной выработкой клеточной энергии, дисфункцией митохондрий или окислительным стрессом: СДВГ, расстройство аутистического спектра, диабет 2-го типа, НАЖБП, кардиомиопатия, депрессия, тревожность, высокое артериальное давление, высокий уровень холестерина, воспалительные заболевания кишечника, астма, атопический дерматит, аллергия, акне, псориаз, экзема, шизофрения, биполярное расстройство, пограничное расстройство личности и суппуративный гидраденит (болезненные воспаленные шишки под кожей).

Многие друзья жаловались на то, что им приходится отпрашиваться с работы, чтобы отвезти детей к врачу, – из-за постоянных инфекций горла, уха и верхних дыхательных путей. Мало кто, если вообще кто-либо, понимал, что склонность к заболеваниям формируется под влиянием вырабатываемой ребенком энергии (не будем забывать, что работа иммунных клеток, как и любого другого типа клеток, зависит от того, насколько хорошо они могут вырабатывать и использовать энергию).

Дети с нарушением обмена веществ в значительно большей степени подвержены риску инфекций, таких как фарингит и ушные инфекции, чем дети без нарушения обмена веществ и со здоровым весом. Например, одно исследование показало, что вероятность заболеть стрептококковым фарингитом в 1,5 раза выше у детей с ожирением по сравнению с детьми без ожирения. В ходе другого исследования выяснили, что у детей с ожирением вероятность возникновения инфекций среднего уха в 2,5 раза выше, чем у детей с нормальным весом. Антибиотики, которыми мы лечим детей, отнюдь не безобидны. Один из самых тревожных выводов ученых, с которым я когда-либо сталкивалась, заключается в том, что прием антибиотиков в детстве увеличивает риск возникновения в будущем психических расстройств почти в 1,5 раза.

Агрессивные антибиотики разрушают микробиом, влияют на работу кишечника, ухудшают метаболизм и провоцируют хроническое воспаление, и все это создает предпосылки для плохой энергии и последующих проблем, в том числе психических заболеваний. Неудивительно, что существует прямая зависимость между количеством курсов антибиотиков, принятых до рождения ребенка или в первые 1–2 года его жизни, и увеличением индекса массы тела в возрасте 4–5 лет. Эта зависимость объясняется связью микробиома, воспаления кишечника и метаболизма. Мы создаем у детей порочный круг, в котором нарушение иммунной функции, вызванное плохой энергией, приводит к увеличению числа инфекционных заболеваний, их лечение требует еще больше антибиотиков, а это, в свою очередь, ухудшает выработку энергии из-за нарушения микробиома.

Все просто: организм детей, как и организм взрослых, состоит из клеток, которым для функционирования необходима энергия. Наши дети живут в катастрофических метаболических условиях, их организмы расплачиваются за это, а лидеры науки о питании (которая в значительной степени финансируется пищевыми компаниями) и ведущие специалисты в области здравоохранения (чьи исследования оплачиваются фармацевтическими компаниями) молчат. Наше общество не смогло предпринять значимых мер профилактики и справиться с ростом числа детских хронических заболеваний. Эти заболевания обусловлены не только тем, что диета и образ жизни наносят вред митохондриям детей, но и тем, что они попадают в спектр метаболических заболеваний, которые в конечном счете укорачивают их жизнь и снижают ее качество. Наши дети вступают в мир, в котором они проживут в среднем меньше, чем их родители.

В нашем обществе стало нормой давать годовалым детям упакованную, ультрапереработанную пищу: печенье, соки и картофель фри. Мы наносим на их нежную кожу токсичные, искусственно ароматизированные лосьоны и шампуни с первых дней жизни. Мы повреждаем их печень и нарушаем антиоксидантный потенциал парацетамолом при первых признаках беспокойства или простуды. Мы разрушаем их микробиом, назначая антибиотики при слабых симптомах ушной инфекции. Мы прерываем их сладкий утренний сон, отправляя в школу еще затемно, а затем заставляем их сидеть за партами по шесть и более часов в день. Мы вызываем хронический стресс в их организме социальными сетями и общим медийным шумом. Мир, в котором живут дети, провоцирует воспалительные процессы и нарушает обмен веществ, и ситуация будет усугубляться, если только родители не покинут решительно мейнстрим «нормальной» американской культуры. Да, очень многие взрослые хотели бы, чтобы родительство было проще – меньше детских инфекций, меньше колик, меньше конфликтов, – но при этом не задумываются о том, какая энергия вырабатывается в организмах их детей. Мы можем сделать немало для того, чтобы облегчить жизнь себе и своим детям, контролируя то, что можно контролировать.

Пятьдесят плюс: рост числа опасных для жизни хронических заболеваний

Многие из нас наблюдали, как с возрастом у наших родителей развиваются хронические заболевания. Нет ни одного разговора в нашей компании, в котором кто-нибудь из друзей не поделился бы новостями об ухудшении здоровья своих родителей. Среди распространенных заболеваний – высокое артериальное давление и уровень холестерина, болезни сердца, инсульт, прогрессирующая деменция, артрит, рак или заболевания верхних дыхательных путей, которые потребовали госпитализации. Когда я была молодым врачом, родители двух моих коллег перенесли обширный инсульт. Нам, врачам, первым делом звонят наши родители и пожилые члены семьи, чтобы попросить совета или помощи в связи с проблемами со здоровьем. Корни всех этих заболеваний уходят в плохую энергию.

Инсульт

Связь между высоким уровнем глюкозы в крови и риском инсульта хорошо известна. Метаанализ, проведенный в 2014 году, показал, что у людей с диабетом 2-го типа он в два раза выше, чем у людей без этого заболевания. Другое исследование показало, что у людей с преддиабетическим уровнем глюкозы (6,5–6,9 ммоль/л) риск инсульта на 60 % выше, чем у людей с нормальным уровнем глюкозы. Более 80 % пациентов с острым нарушением мозгового кровообращения имеют проблемы с уровнем сахара в крови, но большинство из них об этом не знают. Инсулинорезистентность напрямую приводит к проблемам с кровеносными сосудами, инсульту, чрезмерной свертываемости крови, снижению выработки оксида азота (который расширяет сосуды) и усилению атеросклероза – закупорок в артериях.

Деменция

Деменция и другие разрушительные когнитивные заболевания настигают нас. Помните, что мозг потребляет больше энергии и глюкозы, чем любой другой орган, поэтому он особенно уязвим к воздействию плохой энергии и колебаниям уровня сахара в крови. Есть данные, что нарушение усвоения глюкозы, вызванное резистентностью к инсулину, со временем может привести к тому, что митохондрии клеток мозга будут лишены энергии, необходимой им для нормального функционирования. В результате возникает состояние, называемое гипометаболизмом, – оно, как показывают исследования, является потенциальной причиной болезни Альцгеймера.

Болезнь Альцгеймера была названа «диабетом 3-го типа», поскольку она чаще встречается у людей с инсулинорезистентностью и нарушенным уровнем инсулина. В Соединенных Штатах около 6,2 миллиона взрослых в возрасте 65 лет и старше страдают болезнью Альцгеймера, и, по прогнозам, к 2050 году эта цифра увеличится более чем в два раза. Расходы на здравоохранение, необходимые для борьбы с болезнью Альцгеймера и другими когнитивными расстройствами в США, по оценкам, скоро составят 355 миллиардов долларов. К этому следует добавить средства, которые тратят близкие на уход за пациентами: они оцениваются в 250 миллиардов долларов. В мире 50 миллионов человек живут с деменцией, и ожидается, что каждый год будет добавляться 10 миллионов новых случаев. Из этого следует, что поиск способов профилактики, лечения или просто замедления разрушительных процессов деменции является неотложной глобальной задачей, особенно принимая во внимание, что лекарства от болезни Альцгеймера неэффективны и даже могут быть вредны.

Но есть и хорошие новости: недавнее исследование, опубликованное в ведущем медицинском журнале The Lancet, показало, что 40 % случаев болезни Альцгеймера связаны с 12 факторами риска, которые можно предотвратить, а значит, мы должны ставить амбициозные цели в вопросах профилактики болезни Альцгеймера.

В исследовании 2013 года ученые анализировали динамику уровня глюкозы в крови более 2000 взрослых людей в течение 7 лет и обнаружили, что повышенный уровень сахара в крови связан с большим риском развития деменции, в том числе болезни Альцгеймера. Это было справедливо даже для пациентов без диагностированного диабета. Другое независимое исследование подтвердило, что диабет может вызвать снижение когнитивных способностей, а преддиабет является фактором риска, провоцирующим развитие всех типов деменции. Еще одно обсервационное исследование, опубликованное в 2021 году, показало, что чем в более раннем возрасте диагностирован диабет 2-го типа, тем выше риск болезни Альцгеймера.

Болезни сердца

Сердце – это орган, который чаще, чем любая другая часть тела, становится причиной смерти в западном мире. Весь спектр болезней сердца – высокое артериальное давление, повышенный уровень холестерина и ишемическая болезнь – напрямую связан с плохой энергией.

Еще в 1979 году Фрамингемское исследование сердца, одно из самых продолжительных и важных исследований в истории медицины, продемонстрировало, что метаболическая дисфункция – диабет – является фактором риска развития сердечно-сосудистых заболеваний. Почему? Все как обычно: высокий уровень сахара в крови приводит к окислительному стрессу, свободные радикалы разрушают клетки, что вызывает воспаление, которое повреждает крупные и мелкие кровеносные сосуды, уничтожая их внутреннюю оболочку – эндотелий. В ответ на это повреждение внутри кровеносных сосудов накапливаются жировые отложения, называемые бляшками, сосуды затвердевают и сужаются – начинается атеросклероз. В конце концов сосуды могут стать настолько узкими, что кровоток будет заблокирован: это и есть причина ишемической болезни сердца. Болезни сердца приводят к смерти почти 700 000 человек в год.

Значительным фактором риска развития сердечно-сосудистых заболеваний является высокое артериальное давление – гипертония, которой подвержены 50 % населения. Воспаление, ожирение, инсулинорезистентность, высокий уровень сахара в крови и окислительный стресс создают чрезмерную нагрузку на стенки кровеносных сосудов, что, в свою очередь, приводит к снижению выработки клетками оксида азота – химического вещества, расслабляющего кровеносные сосуды. Инсулинорезистентность и диабет влияют на те части мозга, которые запускают этот процесс, нарушается синтез и высвобождение оксида азота. Все это приводит к ригидности артерий, повышению артериального давления и увеличению риска сердечно-сосудистых заболеваний. Кроме того, дисфункциональные клетки выстилки сосудов способствуют формированию тромбов и бляшек, что в конечном счете приводит к сердечным приступам. (Следует отметить, что эти процессы практически идентичны тем, что приводят к эректильной дисфункции, вызванной сужением и недостаточным расширением кровеносных сосудов в половом члене.)

Болезни легких

Одно из самых распространенных хронических заболеваний дыхательных путей известно как хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ). Это прогрессирующее воспалительное заболевание, которое повреждает легкие и затрудняет дыхание. Шестнадцать процентов людей, у которых недавно диагностировали ХОБЛ, страдают диабетом 2-го типа, а еще у 19 % диабет 2-го типа разовьется в течение 10 лет после постановки диагноза ХОБЛ.

Ключевым фактором риска развития ХОБЛ является курение, которое напрямую связывает это заболевание с митохондриальной дисфункцией и риском развития диабета 2-го типа. Сигаретный дым содержит множество токсичных химических веществ, включая цианид, а они могут повреждать митохондрии в наших клетках. Повреждение митохондрий приводит к снижению выработки энергии, что влечет за собой различные проблемы со здоровьем, включая ХОБЛ, и повышение риска развития диабета. Токсичные химические вещества, содержащиеся в сигаретном дыме, также могут способствовать развитию окислительного стресса и воспаления в организме, усугубляя негативное воздействие на митохондрии.

Многочисленные исследования подтверждают концепцию, согласно которой улучшение контроля уровня глюкозы в крови приводит к улучшению состояния пациентов с хроническими заболеваниями дыхательных путей. Анализ более 5200 историй болезни, проведенный в 2019 году, показал, что взрослые с диабетом 2-го типа, принимавшие метформин – препарат, регулирующий уровень сахара в крови, – реже умирали от хронических заболеваний нижних дыхательных путей. Исследования показывают, что антиоксидантная диета, богатая фруктами и овощами, может уменьшить тяжесть ХОБЛ и снизить риск, однако рекомендации по питанию не являются частью стандартного лечения. Потребление напитков, подслащенных сахаром, тесно связано с риском развития ХОБЛ (а также детской и взрослой астмы и бронхита). В исследовании, опубликованном в журнале Nutrients и посвященном влиянию диеты на ХОБЛ, говорится, что «сила влияния диеты на функцию легких, по оценкам, сопоставима с влиянием хронического курения». Здоровое питание может уменьшить воспаление и окислительный стресс, что потенциально облегчает тяжесть ХОБЛ.

Артрит

Одна из самых печальных вещей, с которой сталкиваются многие люди с возрастом – не считая развития опасных для жизни заболеваний, – это то, что их тело перестает чувствовать себя так хорошо и работать так хорошо, как раньше. Даже ломота, боли и скованность суставов имеют метаболические корни. Ведущие хирурги-ортопеды (среди них Говард Лукс, доктор медицины) выяснили, что артрит может быть скорее метаболическим, чем структурным заболеванием. У людей с артрозом в три раза выше риск развития сердечно-сосудистых заболеваний и на 61 % – диабета 2-го типа. Новые исследования показывают, что даже боли в конечностях, как и артрит, являются следствием плохой энергии, как и многие другие хронические кардиометаболические заболевания³.

Одним из метаболических факторов, связанным с артритом и мышечно-скелетной болью, является хроническое воспаление. Оно повреждает ткани суставов и высвобождает химические вещества, вызывающие боль. Другой метаболический фактор, играющий важную роль в развитии артрита и мышечно-скелетных болей, – это хронический окислительный стресс, который может привести к повреждению клеток и способствовать дегенерации суставов, а также замедлить процесс заживления и усложнить восстановление организма.

Доказано, что лишний вес повышает риск развития остеоартрита – наиболее распространенного вида артрита. Исследование, проведенное Фондом борьбы с артритом (Arthritis Foundation), показало, что каждый килограмм лишнего веса увеличивает нагрузку на коленный сустав на 4 килограмма. Такая дополнительная нагрузка может привести к износу сустава и увеличить риск развития остеоартрита. Кроме того, ожирение связано с повышенным риском развития остеоартрита коленного сустава, причем риск возрастает с увеличением индекса массы тела. Метаанализ 17 исследований показал, что при увеличении индекса массы тела на одну единицу риск развития остеоартрита коленного сустава возрастает на 13 %. Кроме того, у людей с остеоартритом коленного сустава существует связь между ожирением и усилением боли, а также ограничением функционирования сустава. Одним из лучших средств, способных помочь пожилому человеку свести к минимуму боль в суставах, являются физические упражнения: вероятно, отчасти потому, что физическая активность поддерживает функцию митохондрий. Врачи продолжают относиться к остеоартриту как к неприятному дополнению к другим кардиометаболическим заболеваниям, но мы должны рассматривать артрит как предупреждающий знак: в работе клеток возникли нарушения, которые могут привести к дегенерации самых разных органов, а не только суставных тканей.

COVID-19

Пока я продолжала свои исследования метаболических причин развития распространенных в нашей стране заболеваний, на горизонте появился COVID-В начале 2020 года я вместе со своими соучредителями только-только запустила компанию Levels, и это совпало по срокам с появлением первых новостей об этом заболевании. Для тех, кто занимается метаболическими исследованиями и медициной, связь между плохой энергией и практически всеми хроническими заболеваниями и симптомами становилась кристально ясной, и мы не могли не рассматривать быстро развивающийся вирусный феномен через метаболическую призму.

Кризис COVID-19 стал одним из самых драматичных и интенсивных примеров пробела в понимании традиционной медициной роли метаболизма, которые я когда-либо видела. Это острое заболевание жестоко опустошало тела тех, кто, зачастую сам того не подозревая, имел хронические болезни, вызванные в первую очередь нездоровым питанием и образом жизни. Связь подтверждалась десятками качественных рецензируемых работ. Эксперты по всему миру во весь голос кричали об этом, однако послание не дошло до адресатов. Мир потерял миллионы людей из-за упущенной возможности рассказать им: существует доказанная связь между тяжестью заболевания и питанием, физическими упражнениями и другими модифицируемыми факторами.