Одиссея. Новый стихотворный перевод Аркадия Казанского

Сначала они бесят несказанно - эти герои и боги в своих хитонах и хламидах. И если дьявол в деталях, то Гомер адски жжот. Потому как описывается всё: начиная от оружия, одежды, кораблей (кстати, а список-то их в Илиаде что ль?), заканчивая мельчайшим гвоздиком и предметом обстановки.

Потом родословные эти. Рехнуться можно. Вот ахейский пацанчик появляется на сцене и понеслось - его предки в трёх, пяти и более коленах, их потомки в бесчисленных количествах, и чё каво, и почему, и чего там было с троюродным дядькой с материнской стороны.

Да, вчитываться тяжело первые страниц пятьсот, а потом случается чудо и Гомер утаскивает тебя прямо на дно - в тёмные, сокровенные воды. И гекзаметр встаёт в полный рост и шарашит, шарашит тебя дубиной по голове - и ты в Древней Греции, в пиршественном зале, мудозвоны-женишки пируют, Телемах перемигивается с Одиссеем, Афина шерохается где-то рядом и всё чудит, всё колдует - то она Одиссея старит, то молодит, то уменьшает, то увеличивает, Пенелопа наверху на постели, залитой слезами, Эврилох, добродушнейший и добрейший, удаляется с пира, а у тебя на лице танцует пламя факелов, ты чуешь запах дыма и жаренного мяса, и вино блестит в золотых чашах, мужики ржут и гомонят, и тебе ужасно хочется наваляшить женихам вместе с Одиссеем.

И ты так ясно их видишь, что становиться плевать на зубодробительный гекзаметр, и очень хочется узнать про троюродного дядьку вон того и пятиюродную тётку вот этого. А море всё шумит как две, три тысячи лет назад. Шумит море в гомеровом стихе, и витействует, едрит его мадрид, и к изголовью подходит. Читайте Гомера, он прекрасен, как море - хотела бы написать я, но напишу вернее: Читайте, читайте Гомера, господа, не то накостыляю.

«Смертным увидеть не можно Бога, когда, приходя к ним, он хочет остаться невидим.» «Быть незнакомы друг другу не могут бессмертные боги, Даже когда б и великое их разлучало пространство» «Время на все есть; свой час для беседы, свой час для покоя» После «Илиады» «Одиссея» кажется таким легким и интересным произведением, что диву даешься, как сильно влияет перевод одного переводчика от другого. «Илиаду» я читала в переводе Гнедича, а вот «Одиссею» в переводе Жуковского.

Если в «Илиаде» я ждала троянского коня, то он появился тут, а также куча разных диких приключения одиссея и его команды (точнее то, что от нее осталось). Понравился момент с Калипсо. Ее мне было действительно жалко, она не пыталась удерживать просто Одиссея, а хотела получить счастья, как любая женщина, и сделать его бессмертным, а этот нытик только и ныл, сидя на берегу моря, как одна из самых красивых богинь его принуждает к сексу.

«Боги ревнивые, сколь вы безжалостно к нам непреклонны! Вас раздражает, когда мы, богини, приемлем на ложе Смертного мужа и нам он становится милым супругом» А как они «шпрехают» всех женщин, наложниц на каждом моменте ему норм. Как вы поняли к Одиссею любви у меня не сложилось. Момент как они попали на остров циклопов был интересны, кроме описания ослепления циклопа колом (они его в навозе повозили) и несусветный нарциссизм Одиссея, который в дальнейшем нашлет на него все беды и приключения на пятую точку.

«Выгладить чисто отрубок велел я товарищам; скоро Выглажен был он; своею рукою его заострил я; После, обжегши на угольях острый конец, мы поспешно Кол, приготовленный к делу, зарыли в навозе, который Кучей огромной набросан был в смрадной пещере циклопа.»

Цирцея, Цирцея…Красивый был момент. Она единственная из богинь, которая действительно помогла избежать ему смерти, причем особо от него ничего не ждала, а он даже ей нормального спасибо не сказал, а свалил в закат. Ушел по-английски не попрощавшись. «Дело одно совершил ты успешно; теперь со вниманьем Выслушай то, что скажу, что потом и от бога услышишь. Прежде всего ты увидишь сирен…»

На протяжении всей поэмы Одиссея только и бахвалился какой он секси герой, какой смелый и сообразительный, как богиня Афина ему соблаговоляет избежать мести Посейдона, как его бедного мотало-мотало по морюшку, но он спасся, а теперь кормите его и любите.

Когда он спустя 20 лет прибыл на родную Итаку предъявил странную претензию Пенелопе, мол ты чего к мужу не идешь, в ноги не падаешь, в любви не признаешься, типа давай супружеский долг исполняй.

«Ты, непонятная! Боги, владыки Олимпа, не женским Нежноуступчивым сердцем, но жестким тебя одарили: В свете жены не найдется, способной с такою нелаской, Так недоверчиво встретить супруга, который, по многих Бедствиях, к ней через двадцать отсутствия лет возвратился.» Во-первых, как боги играют со сменой облика, знают все и доверять каждому встречному, что я Одиссея я бы тоже не стала. Может это очередной бог перевоплотившийся. Во-вторых, его 20 лет дома не было, и он думал, что после его потреблядств женщина должна к нему бежать сломя голову на первый его зов? Нет! 20 лет! Да за это время все отношения к людям поменяется на 180 градусов.

Телемах - сыночек Одиссея, вообще странный. Никогда он отца не видел, и тут незнакомый дядя ему говорит: я твой отец! И он бежит сломя голову. А точно это он? Может опять происки богов? Зачем? Мы верим первому слову и нам норм.

Понравится любителям: • Греческих мифов; • Поэм; • Гомера; • Одиссея; • Странным и диковинным поступкам героев. Роману поставила 8/10.

Книга не требует особенных комментариев, ибо она общеизвестна. Даже не читая, многие, в том числе и я, знают некоторые эпизоды, моменты. Несомненно, текст оказал влияние на развитие литературы. Историческое значение нельзя переоценить.

Главное, что мне хотелось бы отметить, это то, насколько огромной ступенью в эволюции человечества оказалось христианство. Одиссей даже не думает о прощении, только заколоть, повесить, разрубить. В духе своего времени.

Вообще, человеческая жизнь в произведении не стоит ни копейки. По ходу повествования люди, особенно окружающие Одиссея, его "сопутники" отправляются к праотцам за здорово живёшь. То циклоп какой-нибудь по 2 шт. сразу, а то и Скилла оптом по 6 шт. сжирает. Посейдон ни за что ни про что целую корабельную команду превращает в утёс. Листригоны тоже молодцы... Кровавая баня в конце - последний штрих. А рабынь повесили так вообще из принципа... О времена, о нравы! Ну, а Одиссей, безусловно, - это положительный герой!?

В целом же оказалось занимательным посетить солнечную Древнюю Грецию, где капризные и своенравные боги играют людьми, где знать шумно пирует под прекрасную музыку, где щедро льётся кровь с алтарей, где слепые сказители певучим гекзаметром передают свои истории...

Автор перевода на полном серьезе утверждает, что мировая история искусственно удлинена.

Даю цитату из А. Казанского. Он «поставил Гомера в его истинное время, в 15-й век, там, где он и был. Он штурмовал Константинополь вместе с Магомедом Фатихом в 1453 году, а Вергилий при этом защищал Константинополь вместе с Константином Палеологом. Потом эти два великих поэта, будучи связаны узами родства, совместно писали уже Энеиду и Одиссею. Поэтому в них так много параллелей». Это, чтобы вы понимали: с кем имеете дело! После Фоменко и Носовского нас трудно чем-нибудь удивить, да историю и не жалко, честно сказать.

Но нужно же образованному человеку быть столь нечувствительным к художественным произведениям, которые он переводит!

Дилетантский перевод, неудобоваримый, сдобренный реалиями XV-го века, – принесет некоторую пользу только тем, кто хорошо знает и любит «Одиссею».

Отзыв о переводе.

Много чудаковатых переводчиков существует на свете. Самое главное, чтобы люди, впервые читающие Гомера, НЕ НАРВАЛИСЬ НА ЭТОТ ПЕРЕВОД! Ни в коем случае! Получат отвращение к Гомеру на всю жизнь, даже если смогут продраться через текст.

А.А. Казанский, видимо, хотел сохранить в предложении порядок слов, присущий древнегреческому языку. А погоня за призрачной рифмой заставила переводчика уж вовсе поставить раком терпеливый русский язык. Весьма спорная попытка переводить древнего поэта используя архаизмы, конечно, допустима, но такой текст требует полного отсутствия неологизмов.

Жаль, что Гомер походя лишен нескольких хороших шуток. Но есть и приятные моменты. Спасибо за слова: «Утро. Розовым пальцем Заря ночи мрак подняла.» Но в следующих подобных фразах красота образа пропадает. Спасибо, что Одиссей не меняет по ходу дела цвет волос. Г-н Казанский просто пропускает слово, значение которого наши современники не знают. Спасибо, что Аргус не «помер», как выразился еще один неудачный переводчик Гомера А.А. Сальников, а «был Мойры рукой смертоносною схвачен» и «собачьи вши» производства В.В. Вересаева – заменены на блох.

Перевод Вересаева неидеален, но он читабелен! Его я и рекомендую тем, кто хочет познакомиться с Гомером. Илиада и Одиссея – самые прекрасные произведения в мировой литературе!