Kitabı oxu: «О священнодействиях и таинствах церковных»

Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви

ИС Р17-708-3159

Текст приводится по изданию: Разговор о святых священнодействиях и таинствах церковных /Писания святых отцов и учителей Церкви, относящиеся к истолкованию православного богослужения. Том 2. Сочинения блаженного Симеона, архиепископа Фессалоникийского. СПб., 1856.

О святых священнодействиях и таинствах церковных

Клирик:

Получив уже от тебя наставление об истинной вере, мы просим объяснить нам и смысл церковных таинств: сколько их и какие они, а также в чем сила каждого из них и что мы получаем через их посредство¹.

Архиерей:

Брат! То, чего ты просишь, выше сил моих. Знай же, что только понуждаемый любовью к вам я перешел пределы самоуглубления и смирения, дабы говорить для вашей пользы. Я утешал себя лишь тем, что все, о чем говорил, извлекал из Божественных Писаний. Точно так же и теперь: поскольку ты желаешь узнать о таинствах Церкви, я скажу тебе о них в меру того, что смогу по долгу любви. Ты же, если сумеешь извлечь какую-то пользу из моих слов, не останавливайся, но ищи людей, имеющих ум более высокий и чистый, и задавай вопросы им. Так ты сможешь поистине получить желаемое.

Клирик:

Благодарим тебя, отец, ведь ты дал нам так много уроков смирения! Да даст нам Господь, по твоим святым молитвам, не думать о себе более, нежели должно думать, но думать скромно (Рим. 12,3). Наставь же нас, просим тебя, и о таинствах.

1. О том, что церковных таинств – семь

Архиерей:

По вашей настоятельной просьбе я скажу о них во имя Христово. Существуют, как говорит Исаия, семь даров Духа и семь таинств церковных, совершаемых Духом (см.: Ис. 11, 2). Вот они: крещение, миропомазание, причащение, священство, брак, покаяние и елеосвящение. Кратко я скажу о каждом из них, хотя ранее, толкуя Божественную литургию, мы их уже касались².

2. О крещении

Крещение возрождает нас Духом Святым. Возрождает – потому что некогда мы наше первое, бесстрастное, рождение погубили и теперь зачинаемся в беззакониях, и, как сказано псалмопевцем Давидом, во грехах рождает каждого из нас мать наша (см.: Пс. 50, 7).

3. О миропомазании

Миропомазание полагает первую печать и восстанавливает образ Божий, поврежденный в нас через преслушание. Точно так же оно возрождает в нас благодать, которую Бог вдохнул в душу человеческую. Миропомазание содержит в себе силу Духа Святого. Оно – сокровищница Его благоухания, знамение и печать Христовы.

4. О Божественном причащении

Причащение соединяет нас с Самим Владыкой, и мы на самом деле становимся в этом таинстве причастниками самих Его Тела и Крови. По вине пищи мы стали смертными, и ниспали из рая, и отделили себя от Бога, а теперь через причащение снова принимаем жизнь вечную.

Таким образом, освобождаясь от тления, мы соединяемся с Бессмертным Богом, Который ради нас стал смертным в воплощении.

5. О рукоположении

Рукоположение сообщает человеку власть и силу Создателя. Без Него не могло бы существовать ничто из того, что существует. Он Сам приходил на землю, чтобы и нас возвести к жизни блаженной. И вот эту-то силу Свою, возносясь от нас, Он даровал нам через установленное Им священство. Благодаря этому теперь у нас совершаются священнодействия, ибо без священников они невозможны.

Так, когда-то поставив нас над всеми тварями, теперь Он делает нас через священство распорядителями высших благ. Об этом псалмопевец говорит: Ты поставишь их князьями по всей земле (Пс. 44, 17), потому что Господь вручил нам ключи от неба.

6. О браке

Брак установлен Богом из снисхождения к нам, ради рождения детей. Этот дар неотменим до скончания нашего тленного мира. Бог не хотел, чтобы мы зачинались как бессловесные и в нечистоте похоти. Но, так как мы добровольно подпали смерти, Он попустил, чтобы преемственность рода совершалась у нас таким же образом, как у зверей, чтобы мы осознали глубину нашего падения. И так будет до тех пор, пока нетленный и умерший за нас и воскресший Бог не воскресит и не сделает бессмертным наше естество. Ради этой цели Он Сам и благословляет брак, чтобы не оставалось без благословения начало нашей жизни.

7. О покаянии

Покаянием мы исправляем все новые и новые грехи наши. Дар покаяния дан нам потому, что после крещения нет другого способа призвать нас ко спасению, кроме подвигов и трудов, кроме обращения ко Христу и слез, кроме исповедания прегрешений и удаления от зла. К этому дару особенно приближается звание монашеское как постоянный залог покаяния.

8. О святом елее

Святой елей, как священнодействие и образ Божественной милости, дан Богом во очищение и освящение для тех, кто хочет избавиться от грехов. Поэтому святой елей и оставление грехов дарует, и болезни исцеляет, и присутствует в освящении. Все это дал нам Иисус Христос и передали нам, по воле Его, божественные Его ученики. Так как природа наша двойственна – мы состоим из души и тела, – то и священнодействия, которые Он даровал нам, имеют две стороны. И Сам Он стал для нас сугубым, пребывая истинным Богом и сделавшись истинным Человеком. Точно так же Он благодатью Святого Духа освящает наши души, а вещественными водой, елеем, хлебом и чашей, а также и всем прочим, что освящается Духом, освящает тела наши и дарует нам всесовершенное спасение.

9. О воскресении и восстании тел

Для того чтобы сделать нас совершенными, такими, какими создал, Бог воскресит умерших и восставит те тела, с которыми мы жили и действовали, чтобы мы приняли воздаяние по делам нашим. И когда Он воздвигнет нас совершенными (потому что ничего Он не создал напрасно), тогда не оставит и тел наших в тлении. Потому что Он сотворил все для бытия и не хочет, чтобы что-нибудь погибло.

Он – Бог совершенный и единый истинно сущий и ради нас сделавшийся подобным нам Человеком. Для этого Он принял тело с душой словесной и разумной, чтобы и наши словесные души очистить и наполнить благодатью Святого Духа, а наши тела освятить и сделать нетленными. Для того-то и даровал Он нам таинства, которые имеют два свойства: с одной стороны, таинства эти совершаются видимым образом, но творятся Святым Духом; с другой – они предназначены сообщать душам и телам Божественную благодать.

Передал Он нам все это не только словом, но и самим делом. Бог Слово, воплотившись по Своему человеколюбию, на Самом Себе явил действие таинств и явился для нас началом благ, чтобы мы, став Ему Своими, от Него, как от источника, заимствовали эти духовные блага.

Для того именно Он и вочеловечился, чтобы мы соединились с Ним и освятились через Него. Ведь Он – то же самое Слово Божие, Которое и создало нас в начале и потом вновь воссоздало по благоволению Бога Отца содействием Святого Духа. Все сотворивший Бог Троица обо всем и промышляет, и особенно о нас, падших. Потому что нас Он удостоил чести большей, чем у всех видимых тварей, создав человека по образу Божию. И вот Слово – живой Образ, и Печать, и Сияние Божие – приемлет в собственную Ипостась наше словесное естество, созданное по образу Его. И обновляет именно в нас, а не в какой-либо другой твари, так как это невозможно.

Клирик:

Но неужели, владыка, этого не мог бы для нас сделать, скажем, Ангел?

Архиерей:

Никоим образом. Потому что всякая тварь ограниченна, и не вездесуща, и по природе своей не имеет силы подавать спасение. Что же касается благодати, то Ангел, если бы и подавал благодать, служа ее орудием, не мог бы действовать на всех, ведь он ограничен. Точно так же он не мог бы воссоздать тех, которые пали прежде. Да и как бы он мог даровать жизнь, сам по природе своей не будучи жизнью? Или как бы он сам оставался неизменяемым, не являясь таковым по природе? Вспомним, что некоторые из Ангелов пали, а ведь они не были соединены с плотью. Только Само присносущее Слово, неизменяемое по Своей природе, вечно живущее с Живым Отцом и с Животворящим Духом, должно было соединиться с нами, смертными, чтобы остановить наше тление и чтобы истинная вечная жизнь отогнала от нас смерть и насадила в нас бессмертие.

Вездесущий и Вечный, Бог силен спасти и умерших прежде Его пришествия, и уверовавших в Него во время Его земной жизни, а также и тех, которые уверовали после. Всех, кто ныне верует и кто еще уверует до скончания века, Бог силен спасти через Свои таинства и Своих служителей, имеющих Его благодать. И Он, именно

Он один, всегда действует и являет Свою силу через многих. Для того-то Он и вселил в нас благодать Свою, чтобы она действовала через нас. Нас, удостоенных священства, много, и мы рассеяны по разным местам, а Он один – и на небе, и на земле, и на море, и во всяком месте, повсюду соприсутствует всем и все через всех совершает, что не свойственно ничему из сотворенного.

Потому не мы действуем, совершая таинства. Мы только совершаем священнодействие, или служим, но действует через нас Он Сам. И хотя бесчисленное множество священнослужителей ежедневно и одновременно приносят жертвы, но едины Тело и Кровь, и одна Жертва, а не много, ибо слово Божие живо и действенно (Евр. 4, 12) и везде оно и надо всем.

Клирик:

Дивны слова твои, владыка, и душе моей они доставили величайшую усладу – я гораздо яснее понял тайну вочеловечения Бога Слова.

10. Почему Слово Божие соединилось не с высшим ангельским естеством, а с человеческим

Архиерей:

Это не мои слова, возлюбленный, но отцов наших, и ты найдешь это во многих местах, исследуя их творения. Вникни еще и в следующее, что дает высочайшее и одновременно истинное познание Божественной тайны. Почему Слово Божие, восхотев соединиться со Своими тварями, соединилось не с совершеннейшими по своему естеству Ангелами, которые имеют нечто близкое и родственное с Ним по невещественности, но с нами, по природе своей тленными и плотяными? А причина тому высочайшая и божественная. Если бы Слово соединилось с естеством ангельским, то одно только это естество и вошло бы в общение с Ним. Оно не приняло бы спасения, так как уже спасено, а только возвысилось бы и было бы возведено к высшему совершенству, удостоившись общения с Богом. Всякая же другая тварь не получила бы от этого никакой пользы, но продолжала бы оставаться в тлении. Особенно это касается падшего человека, ради которого получила бытие вся видимая тварь и по вине которого она стала тленной.

Итак, уразумей премудрость Божию и истинно древний замысел, согласно которому, как мне думается, Он сотворил из несущего и мир, и Ангелов, и, наконец, человека. Он – благ, поэтому и тварь Он произвел для того, чтобы Его создание стало причастным Его благам. Сам Он, Вседовольный, и Всесовершенный, и Предвечный, не имел, конечно, нужды ни в чем из существующего, потому что Он Сам – верх блаженства. И вот, так как одни Его создания только духовны, другие же только вещественны, а соединены эти два свойства лишь в человеке, то Бог Слово и избирает человека и истинно соединяется с ним, принимая Духом Святым в Свою Ипостась все человеческое естество, кроме одной греховности, от Святой Девы. Приняв же тело вместе с душой разумной и свободной, Он через разумную душу соединяется с разумной природой Ангелов, а через Божественную Свою плоть – с чувственной тварью. Таким образом, освящению и благодати становится причастен не только человек, душа которого по природе духовна, а тело – вещественно, но и вся тварь, что справедливо.

Разумная природа Ангелов и душ соединяется с Богом. Она как бы осязает Его (ср.: Деян. 17,27), и входит в общение с Ним, и обильно озаряется, принимая родственный ей Божественный свет от святой души Слова, духовной и разумной. Потому что на святую душу Спасителя способны теперь взирать Ангелы благодаря своей природе. Они непосредственно принимают озарение от Невидимого и еще более преисполняются мудростью от Божественного Ума присносущей Премудрости. Теперь они как бы родственно приближаются к Нему и пребывают с Ним, и преисполняются удивления и все более и более смиренномудрствуют, удостоившись столь великих даров. То же можно сказать и об освященных душах святых.

А чувственная тварь вместе с телами нашими хранит начатки бессмертия, которые получила через святую и оббженную или, лучше сказать, ставшую Божеской плоть, которая была вознесена за нас на Крест, и воскресла, и стала нетленной. И ожидает вся эта тварь, по слову Павла, нетления (см.: Рим. 8, 19–21). Это исполнится, когда Нетленное и Живое Слово со Своей плотью, которая стала нетленной, явится среди нас во Второе Свое и страшное пришествие. Тогда явятся и тьмы Ангелов, благоговейно взирая на великолепие Его и трепеща и одновременно радуясь славе, которую от Него принимают. И тогда изменятся стихии, праведники воссияют, как солнце (Мф. 13, 43), приемля озарение от соединившегося с ними Солнца правды, и так всегда с Господом будем (1 Фес. 4, 17).

Уразумел ли ты, человек, тайну вочеловечения Спасителя, насколько мы могли тебе ее выразить?

Клирик:

Уразумел и поражен изумлением. Богу, совершившему все это, слава!

11. О том, что Христос и Сам принял таинства

Архиерей:

Теперь время сказать, как Христос совершил таинства по отношению к Самому Себе.

Во-первых, крещение – первый из Его духовных даров. Он Сам первый крестился в Иордане от Иоанна – не потому что имел в этом нужду (какую нужду мог иметь в этом Он, единый беспорочный?) – но ради нас, чтобы мы очистились и омыли скверну нечистого зачатия и прародительского греха и чтобы, созданные в начале из персти, то есть из земли и воды, в воде, погружаясь в нее тленным нашим телом, возродились душой и стали бы новым и безгрешным человеком.

Во-вторых, Спаситель принял помазание, или божественные елей и миро, в самом Крещении, когда снизошел на Него Дух в виде голубя. Об этом-то и говорит Исаия как бы от лица Христова: Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня (Ис. 61, 1). Об этом и Петр говорит: Бог соделал Его Господом и Христом (Деян. 2,36) – соделал по плоти, и именно тогда, когда снизошел Дух. И в другом месте святые апостолы говорят: Святой Сын Твой Иисус, помазанный Тобою (см.: Деян. 4,27). Также и Павел рассуждает: В Нем обитает вся полнота Божества телесно (Кол. 2,9).

Итак, это помазание есть всецелая благодать Святого Духа, Которого, о чем мы уже упоминали, Он принял в Крещении по человечеству, как это было открыто и Иоанну. Как Бог Слово, Он всегда имел Святого Духа нераздельным с Собой, но принял Его по благодати, когда вочеловечился. И хотя Единосущный и Нераздельный Дух всегда был с Ним, ведь тем же Святым

Духом Он и сотворил Себе Божественную плоть, однако в Крещении показал нам ради нас, как Дух снисходит на Него.

Точно так же и Крещение Он, Чистый, принял ради нас, чтобы мы, приступая ко крещению, принимали Святого Духа. Потому мы и миропомазываемся, имея нужду в этом духовном мире, и именно при крещении. Ведь тот, кто еще не принял помазания миром, не будет вполне причастен благодати крещения, в котором человек возрождается и омывается Духом от грехов, но не имеет еще ни залогов благодати, ни благоухания жизни, ни печати Духа. Поэтому насколько необходимо креститься, настолько же необходимо и помазываться миром.

На тех, кого крестил апостол Филипп, возлагали руки Петр и Иоанн, чтобы те приняли Духа Святого, Который и есть Миро. Ибо тогда, при апостолах, и потом у многих других это Миро подавалось через возложение рук. Тогда было возложение рук, а теперь вместо рук служит освященное великое миро, освящаемое не пресвитерами, а патриархами и архиереями, то есть через священные молитвы лиц, облеченных силой Петровой и Иоанновой. Именно оно, будучи рассылаемо во все концы земли, имеет то же действие, что и прежнее возложение рук. Им необходимо запечатлеваться при крещении всякому верующему, чтобы само крещение получить совершенным.

Итак, если Спаситель принял Духа во время Крещения и крещенные Филиппом получили Духа через возложение рук Петра и Иоанна, чтобы не оставаться несовершенными и незапечатленными, то и ныне крещаемые должны быть помазываемы великим миром при крещении, чтобы не остаться им (как младенцы латинян и некоторых других³) несовершенными и незапечатленными, не получившими благодати Святого Духа и запечатления печатью Христовой. Ведь миро – это печать Христова в Духе, что и выражает священник при помазании миром, говоря: «Печать дара Духа Святого. Аминь». Тот, кто не принял миро, не причастен еще благодати и не запечатлен печатью Христовой.

А миро – не простой елей, но освященный на жертвеннике молитвами архиереев Христовых, облеченных силой апостолов или, лучше сказать, Самого Христа. Не является таинственным миром то миро, которое источается мощами святых, как, например, от тела угодника Божия Димитрия Мироточивого или кого-либо другого из святых (например, великомученика Маманта с острова Кипр, о котором свидетельствуют очевидцы), или миро, истекающее от святых икон, например от Ситтинской иконы. Не является подобным миром и елей из лампад, висящих перед святыми иконами или мощами. Все перечисленное, хотя и должно быть предметом почитания, и имеет Божественную благодать, и может исцелять, однако не имеет силы божественнейшего мира, которая даруется ему через архиерейские молитвы.

Это миро священнодействуется не просто, но возлагается на престол во время священнодействия во Святой и Великий Четверг, в конце которого совершаются священные молитвословия. И оно священносовершается Божественной печатью креста, как и Божественные Тайны. И точно так же, как не могут быть Телом и Кровью Христовыми хлеб и чаша, если они не освящены молитвами иерея, так и миро, не освященное молитвами божественных архиереев, – это не великое миро.

Именно благодаря крещению и миру мы называемся христианами и являемся таковыми на самом деле, и особенно благодаря миру, которое называется еще помазанием, так как Христос именуется Христом (Помазанником), потому что по плоти Он был помазан Духом Святым⁴. Об этом говорят и Петр, как уже упоминалось, и Давид. Посему, – говорит псалмопевец, – помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих (Пс. 44, 8). Это означает: исполнил Он Тебя всеми дарованиями, потому что Ты принял исполнение Божества, а причастники Твои получают дарования от Тебя как от источника.

Таким образом, Спаситель принял миро в Крещении, когда снизошел на Него Дух. Но и перед страданиями Своими Он также был помазан миром, сказав, что это делается для погребения Его (см.: Мф. 26,12). Тем самым Он показал, что умирает за нас. Он пребывал Живым Богом и имел нераздельными с Собой животворные действия Духа.

12. О том, что Сам Спаситель совершил литургию

Что касается священнодействия Всесвятых Его Тела и Крови, то очевидно, что Он Сам его совершил и заповедал и нам совершать. Сие, – говорит, – творите в Мое воспоминание (Лк. 22,19). Он Сам – священник вовек по чину Мелхиседека (Евр. 7, 21), приносящий Хлеб и Вино, никогда не перестающий быть иереем, или, лучше сказать, Вечный Иерей. Он добровольно принес Себя на заклание в жертву на Кресте – и ныне закалает; Он принес Себя в жертву Отцу – и ныне приносит и предлагает в вечное заклание для вечного умилостивления Отца за нас.

Его-то и имеем мы, Первосвященника великого, прошедшего небеса, Иисуса Сына Божия — и будем твердо держаться исповедания Его (Евр. 4, 14). И таков и должен быть у нас

Первосвященник: святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников и превознесенный выше небес (Евр. 7, 26), но смиривший Себя ради нас, грешных.

13. О том, что Спаситель по человечеству принял чин иерея и архиерея

То, что Спаситель принял на Себя чин иерея и архиерея нашего, Он Сам открыл нам. Это проявилось в том, что Он, пребывая Словом Божиим, воплотился ради нас, и мы получили свидетельство о Нем от Отца. Он был рукоположен Духом, как это предсказал еще Исаия: И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его; и почиет на нем Дух Господень (Ис. 11, 1–2). Посмотри же, как Он принял это чудесное и преславное рукоположение – Он, Бог по естеству, Всемогущий, и Вседеятельный, и Святой (ибо Он – Божие Живое Слово, Святое и Всемощное), ради нас тем не менее принял рукоположение от Отца по человечеству.

Во-первых – в самом Крещении. Ибо тогда, будучи одновременно и крещаем, и осязаем для человеческих рук, Он был как бы рукополагаем: Иоанн возлагал на Него руку, и Он принимал Духа. Правильнее же сказать: Он принял рукоположение от Отца, когда вместо руки нисходил Дух, а Сам Отец говорил: Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение (Мк. 1,11).

Во-вторых, Он принял славнейшее рукоположение на горе Преображения, когда Сам просиял светом Божественной славы как Солнце правды. Он был среди того светлого облака, которое знаменовало собой Духа, всегда пребывавшего с Ним. Из этого облака Отец свидетельствовал о Нем и вместе с тем открывал, что на Нем почиет все Его благоволение. На Сына, Учителя апостолов, Он указывал как на живую Премудрость Свою. Ибо Он говорит: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение. А затем Он прибавил еще: Его слушайте (Мф. 17,5), что уже относится к учительству. Этот смысл Божественного учительства и Сам Христос передал Своим ученикам, сказав: Слушающий вас Меня слушает (Лк. 10, 16).

Видишь ли теперь, каким образом Он принял рукоположение от Отца во Святом Духе?

14. О том, что и честной брак Христос благословил в отношении к Себе Самому и Церкви и совершил его во Святом Духе

Обрати внимание, каким образом Он как Создатель установил и благословил брак. Ты знаешь, что Он приходил на брак в Кане. Да и родился Он от обрученной мужу, чтобы освятить наше рождение.

15. О том, что браку Христос предпочитал девство

Христос предпочитал браку девство, ведь и Отец Его – Девственник, рождающий Его бесстрастно и бесплотно. Мать, родившая Его, воплотившегося Бога, по плоти была Девой, и осталась ею, и пребывает, родив Его без нетления, как и зачала бессеменно.

Однако не забудь и чудного, и истинно девственного, и Божественного Его брака. Как прекрасный Жених, возжелал Он душ наших и возлюбил нас, как и Сам сказал (см.: Ин. 13,34). И по любви к нам положил душу Свою, и безвозмездно предал нам Себя Самого, и в Пречистой Крови Своей обручил нас Себе – нас, чистую Церковь Свою. Именно это выражает Павел, добрый обручитель: Я обручил вас единому мужу, чтобы представить Христу чистою девою (2 Кор. 11, 2). А о браке славного и прекрасного Сына Царского повествует в Евангелиях Сам Жених (см.: Мф. 22, 1-14), Который прекраснее всех сынов человеческих (Пс. 44, 3), чистый и непорочный.

Так Он в Себе Самом и Сам Собою совершил и то, что относится к таинству брака.

16. О том, что девство – это брак со Христом

Вот почему, если кто может и желает обручиться с Ним, кто ради Царства Небесного оскопил себя желанием вместить в себя это слово, того со славой принимает Чистый и Всесвятой, и соединяется с ним, и ему, чистому, открывается и весь вселяется в него. Так Он благословляет союз, в который мы вступаем с Ним. Но и от деторождения Он не отвращает лица Своего. Ибо через чадородие, – говорит божественный Павел, – некоторые могут спастись (1 Тим. 2,15). И Сам Христос был Отроком, и от детей, хотя и бесстрастно, принимал хвалу, и благословлял детей, и обнимал их.

Осуждал же Он блуд и прелюбодеяние, вплоть даже до одного лишь нечистого взора или сердечного движения. Некогда и содомлян предал Он сожжению, и предрекает еще наказание, говоря, что отраднее будет Содому и Гоморре в день суда, нежели не принявшим проповеди (Мк. 6,11), хотя и тех ожидает вечное наказание вместе со всеми нечестивыми.

Далее, установив таким образом брак и дав наставление о нем, Христос Сам совершил нечто, что относится к покаянию и исповеди.

Клирик:

От того, что ты, святой владыка, говорил до сих пор, мы получили много пользы, так как услышали о необходимом и особенно о том, каким образом принял рукоположение единый Всемогущий по природе и единый воистину Святой. Затем мы узнали, как Нескверный и Чистый принял обручение и всесвято вступил в союз, свято соединяясь со святыми Своими в Божественной и неохладевающей любви. Но мы недоумеваем, каким образом Безгрешный приблизил Себя к покаянию?

17. О том, что и тайну покаяния открыл Сам Спаситель

Архиерей:

Хорошо ты сказал. Знай же, что Он приближался к покаянию не ради Себя, но ради нас, потому что Он взял на Себя наши немощи и понес болезни (Мф. 8, 17). Он не приносил покаяния, но учил покаянию. Об этом Он прежде всего и говорил, зная нашу удобопреклонность ко греху: Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное (Мф. 4,17). И действительно, каким образом мог приступать к покаянию единственный Непорочный между людьми, или, лучше сказать, единый Святой и Чистый? Но Он преподал учение о покаянии ради нас.

Он сказал: Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мф. 9, 13), поэтому не отказывался есть и пить с мытарями и грешниками, за что Его порицали иудеи. И блудных принимал Он милостиво, и они касались ног Его, припадая в молитве, и на главу Его возливали миро, и слезами омывали и отирали волосами ноги Его. И не отверг жены хананейской – язычницы. И взятую в прелюбодеянии не осудил, а только сказал, чтобы она больше не грешила.

Он ни разу не оттолкнул и корыстолюбцев и хищников, воздавших за нанесенные ранее обиды, принимал их охотно и многократно. И принял любостяжателя и мытаря, оставившего ремесло свое. Христос принял убийцу и разбойника после одного только слова на кресте. И первого ученика Своего, троекратно отвергшегося от Него, Он простил после того, как тот оплакал свой грех и троекратно исповедал перед Ним любовь свою. Он принял Павла, прежнего хулителя и гонителя, обратившегося к божественной ревности.

Всем этим, так же как и притчами, сказанными Им (притчей о блудном сыне и иными), Христос установил и на деле раскрыл тайну покаяния.

18. О том, что и дела покаяния Христос совершал ради нас

Он Сам, не имея в том нужды, совершал дела покаяния, чтобы нам показать путь покаяния и смирения: Он постился, и молился, и жил бедно, смиренно и воздержанно, питаясь ячменным хлебом и малыми рыбками. Часто Он предстает не имеющим хлеба, хотя для окружающих Его умножает Своим благословением немногие хлебы. Мы видим Его и пешим, и странствующим, и не имеющим, как Он Сам сказал, где приклонить голову (Лк. 9, 58). Видим, как Он терпит поношения и оскорбления и даже угрозу побития камнями, но не воздает за зло, а, напротив, благодетельствует.

Его предает друг, и Он страждет от собственных рабов, ради которых нес подвиг: терпит и клевету, и оплевание, и заушение, и побои по обнаженному телу, и осуждение, и умерщвление на Кресте, как преступник, вместе с разбойниками.

Он, Творец всего, сделавшись за нас клятвою (Гал. 3,13), чтобы разрушить первое лежавшее на нас проклятие и даровать благословение, умирает, чтобы как живым, так и пребывающим в аду подать дары покаяния, потому что Он спасает и бывших там верующих.

Воскреснув, Он несет всей вселенной воскресение и обновление – через покаяние, с помощью которого неверные и нечестивые, обратившись к вере Христовой, к целомудрию и девству, явили себя равноангельными. И доныне совершает Христос дело спасения, привлекая и неверных к вере, даруя им через крещение оставление грехов, хотя бы они и совершили их бесчисленное множество. Также и верных, которые, согрешив, обращаются к Нему, Он вновь ведет ко спасению: через исповедь, слезы, сокрушение, милостыню и другие посильные добрые дела.

19. О том, что ради тайны покаяния дарована архиереям от Христа благодать решить и вязать

Ради нашего покаяния Он даровал нам, людям, силу вязать и решить, Сам дуновением сообщив сначала этот дар апостолам, как написано: Дунул, и говорит им: примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ии. 20, 22–23).

Все это для того, чтобы в смирении души пришедшие на исповедь, уже уклонившись от греха через искреннее раскаяние, открыто получили разрешение. Эта-то сила Святого Духа, проявляющаяся и действующая через священнослужителей, по смерти одних открытым для всех образом показывает разрешенными, других же – содержащимися в узах.

20. О том, что и монашеский образ объемлется тайной покаяния, и почему монашеский чин называют ангельским образом и одеждой покаяния, и какова его сила

Тайна покаяния обнимает собою и монашескую жизнь: образ монаха называют еще и ангельским, уподобляя жизнь монаха ангельской жизни, потому что она состоит в обете целомудрия, нестяжания, песнословия, молитв, послушания и чистоты. Она называется также одеждой покаяния, как жизнь скорбная, смиренная и самоуничиженная, не терпящая излишеств и чуждая всякого человеческого пристрастия, – жизнь, не только не увлекающаяся никакими мирскими помыслами, словами и делами, но и отрешающаяся и бегущая от мирских забот. Она – образец жизни небесной и исповедует тленность видимого и временность всего, что встречается у людей. Монах стремится размышлять о горнем – а это и есть истинное любомудрие⁵, – и памятует непрестанно о смерти и конце всего здешнего.

Потому-то и темны одежды монаха, что он помнит о смерти и необходимости вечного плача, и живет нездешней жизнью, и жаждет иной – нетленной, к которой стремится всеми силами. Поэтому кто является истинным монахом, тот и здесь, по Павлу, любит Христа так, что ничто не может его отлучить от любви ко Христу (см.: Рим. 8,35), так что он желает разрешиться и быть со Христом (Флп. 1, 23). Это монах доказывает делом, удаляясь ради Христа в пустыни, горы, уединенные обители, и старается быть одно со Христом, чтобы обитал в нем Христос со Отцом и Святым Духом.

Потому всей своей жизнью инок подражает Христу, и смиряется, и находится в нищете, и несет подвиги послушания, и не помышляет ни о чем здешнем, и распинает себя в подвигах аскетической жизни. Потому дает обеты девства, нестяжания, подвигов поста и молитвы, молитвенных предстояний перед Господом, пребывания во всех этих подвигах до смерти и терпения во всем Христа ради.

Все это – дела покаяния, и всякий должен подвизаться в них, кроме разве одного только девства, которое свойственно монахам. Потому что именно монахи по преимуществу связаны обетом девства. Но и миряне, еще не сочетавшиеся браком, и все давшие обет девства также обязаны хранить его.

То же и с покаянием: всякий верующий, особенно впавший в грехи (а кто чужд какого-либо падения?), должен идти вослед Господу и творить дела покаяния. Этому учил и Креститель, который первым после Илии показал этот образ жизни. Он говорил: Сотворите же достойный плод покаяния и: Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное (Мф. 3, 8, 2) и каждого призывал жить так.

21. О том, что Сам Спаситель в Себе Самом явил нам этот святой образ

Спаситель и Бог наш даровал нам великий дар покаяния. Он проповедовал его и через пророков, и через Иоанна Предтечу, и Сам, и через учеников Своих. Наконец, Своей жизнью и на примере Своих апостолов показал нам этот святой образ и заповедал его нам, сказав: Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф. 16,24). Но эти слова обращены ко всем верующим не только в том смысле, что все верные должны до конца, даже до смерти крестной стоять за Христа, Который засвидетельствовал пред Понтием Пилатом доброе исповедание (1 Тим. 6,13) об Отце, и Себе, и Святом Духе. Эти слова являются еще и заповедью тем, которые должны являть на деле свидетельство совести, состоящее в жизни по Христу, преимущественно в образе жизни монашеской.

Чтобы увериться, что это так, послушай, что говорит Он Петру. Когда апостол сказал: Вот, мы оставили все и последовали за Тобою, Спаситель обещает: Истинно говорю вам, что вы, последовавшие за Мною, – в пакибытии, когда сядет Сын Человеческий на престоле славы Своей, сядете и вы на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых (Мф. 19, 27–28). Здесь говорится о благодати священноначалия, которую Он даровал ученикам. Затем Спаситель прибавляет: И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную (Мф. 19, 29). А эти слова очевидным образом указывают на жизнь монашескую.

Конечно, все эти слова Христовы остаются справедливыми и для мучеников, потому что многие из них, оставив все, умерли ради Него. Но смысл их раскрывается и в жизни монашеской, которую вел и Сам Спаситель, и ученики Его. Христос жил в девстве и нищете; будучи богат, обнищал ради нас, дабы мы обогатились Его нищетою (2 Кор. 8, 9). Он подвизался в молитве на горе и был послушен Отцу даже до смерти Крестной, творя не Свою волю, но пославшего Его Отца, что и исполнил даже до страдания. Он сказал: Впрочем не Моя воля (то есть воля плоти), но Твоя да будет (Лк. 22, 42), то есть да будет единая Божественная воля Отца и Его.

И в другом месте, призывая к жизни монашеской, Христос говорит: Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня (Мф. 10, 37); кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником (Лк. 14,33). И одному юноше говорит Он: Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною (Мф. 19, 21) – что уже относится не к мученичеству, а к монашеской жизни.

А что говорит Законоположник, повелевший: Почитай отца твоего и матерь твою (Втор. 5, 16), тому, кто просил позволить прежде похоронить отца? Возводя нас к высшему совершенству, к богоподобной жизни монашеской, Он увещевает ради этого оставлять даже родителей, даже в важнейших обстоятельствах жизни. Почему? Потому что сотворивший нас Бог должен быть предпочтен всему. И если мы решаемся жить только для Него и в Нем, то нам уже не следует томиться беспокойством о ближних по плоти. Будучи Промыслителем о нас и о наших родственниках, Он – если мы следуем Ему чисто и искренне – сделает нас равными Ангелам, у которых нет никаких пристрастий, а лишь одна преисполненная самоотвержения любовь. О тех же, кого мы оставили ради Него, Он будет Сам заботиться, благодетельствуя им через других.

22. Что означают слова Христа предоставь мертвым погребать своих мертвецов (Лк. 9, 60)

Потому-то и удержал Он вопрошавшего, сказав: Предоставь мертвым погребать своих мертвецов (Лк. 9,60). Господь возводил его к нетленному веку и поставил рядом с бессмертными Ангелами по силе его пламенной ревности. «Ты не мертв, – говорит Он, – а потому не заботься о мертвых останках родителей».

23. Что означают слова Христа никто, возложивший руку свою на плуг… (Лк. 9, 62)

И что же Он говорит некоему человеку, желавшему сделать распоряжения об остававшихся в его доме – о жене и прочих? Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия (Лк. 9, 62). Эти слова означают вот что: «Ты начал возделывать не здешнюю землю, но перенес свой труд на небо, так что не будешь благоуспешен, если станешь обращаться к временному. Знай же, что меняешь Царство Небесное на дом твой и пребывающих в доме».

Итак, мы находим, что Господь и Сам жил по образу монашескому, и преподал его другим. И у апостолов была та же жизнь, потому и убеждал их Господь не иметь ни двух одежд, ни посоха, ни обуви и тому подобного, как это и подобает монахам. И не просто словами и молитвами укреплял их в этом деле (так же как и в отношении подвига проповеди), но и с благословением послал их и дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь (Мф. 10,1). Эти дары были не у одних лишь апостолов и не только в те времена, но и впоследствии у святых, и особенно у святых подвижников. А о существовании монашеского обряда и священнодействия от начала и при апостолах свидетельствует великий Дионисий, который описывает наряду с другими священными действиями и монашеское посвящение.

Таким образом, заблуждаются те, которые говорят, что монашеская жизнь возникла в более поздние времена, а не установлена Спасителем или Его апостолами. Нами уже показано, что именно Сам Христос Бог нам преподал это, а также и ученики Его. По преданию, от них берут свое начало и само священнодействие монашеского посвящения, и особые одежды, отличающие монахов от мирян. Об этом также упоминает божественный Дионисий.

В творениях святых отцов можно прочесть, что впоследствии монашеское одеяние было дано

Ангелом святому Пахомию. Это верно и справедливо: он получил от Ангела некоторые особые принадлежности монашеской одежды, которые должны были послужить символами высших вещей. Когда благочестие начало мало-помалу распространяться и преуспевать и церковных чиноположений стало больше, когда обряды литургии и крещения, чинопоследования и псалмопения получили благолепнейший вид усилиями святых мужей, которых в разное время воздвигал Святой Дух, тогда показано было Ангелом святому Пахомию то, что могло благоустроить и сделать благоприличнее также и монашеский чин.

А именно: более удобная, чем хитон, одежда, затем пояс и аналав⁶, потом куколь⁷ и паллий⁸, сандалии⁹ и мантия – предметы, служащие символами священнейших вещей. Всего принадлежностей монашеского одеяния семь, как и одежд архиерея, и своим числом, по числу даров Святого Духа, они свидетельствуют о совершеннейшей жизни. Впрочем, об этом мы поговорим подробнее, когда предложим наставление о каждом из существующих таинств.

24. О том, что и таинство святого елея, или молитвомаслия, установлено Спасителем

Теперь надо сказать и о седьмом из таинств – о святом елее – как его установил Спаситель наш и Сам принял его – не ради Себя, но ради нас, точно так же как принял и прочие таинства. Скажем и о том, какую силу оно имеет.

Итак, Он установил это таинство, когда посылал учеников Своих по двое пред лицом Своим: они, как повествуется, пошли и проповедывали покаяние; изгоняли многих бесов и многих больных мазали маслом и исцеляли (Мк. 6,12–13). Видишь ли, что и елей этот, как и тайну покаяния, учредил Господь? Таким образом, освященный елей преподается кающимся, и исцеляет недугующих, и врачует не только тела, но и души. Об этом свидетельствует Иаков, брат Божий, говоря: Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему (Иак. 5, 14–15).

Здесь опровергается и еще одно мнение новомудрствующих латинян. Они говорят, что святой елей не должен быть преподаваем тем, у которых осталась надежда жизни, а только умирающим, потому будто бы, что он дает отпущение грехов. И тут они умствуют, как и во всем, вопреки словам апостольским. Ведь несмотря на то, что брат Господень вопиет: И восставит его Господь, – они говорят, что это таинство следует преподавать только тем, которые не могут восстать от болезни. Притом они ограничивают отпущение грехов действием одного только елея, хотя оно даруется также через всегдашнюю исповедь, соединенную с елеосвящением, когда бы оно ни совершалось, и с причащением Тела и Крови Христа и Бога нашего, если только христианин приступал к нему после покаяния.

А то, что Спаситель и Сам ради нас был помазан елеем, можно узнать из евангельского рассказа о некоей блуднице, которая помазала Его миром (см.: Лк. 7, 36–38). Она омыла слезами и помазала ноги Его и отерла их своими волосами. И это миро было поистине елеем покаяния, принесенным грешницей, которая и сама себя таким образом помазала – ведь она помазала свои волосы, – и получила отпущение многих грехов, как об этом ясно свидетельствует Евангелие.

Господь сначала сказал владельцу дома Симону притчу о двух должниках, из которых один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят и которым был прощен их долг. И задал вопрос: кто из двоих более возлюбит простившего их господина? Когда же Симон отвечал: Думаю, тот, которому более простил, – Господь сказал: Правильно ты рассудил. И, обратившись к женщине, сказал Симону: видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отёрла; ты целования Мне не дал, а она, с тех пор как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги; ты головы Мне маслом не помазал, а она миром помазала Мне ноги. А потому сказываю тебе: прощаются грехи её многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит (Лк. 7 43–47). Видишь ли, что этим указывается на святой елей?

Согрешив, мы приходим к божественным мужам и, принося покаяние, совершаем исповедь прегрешений. По повелению этих отцов мы приносим Богу святой елей во образ Его милосердия и сострадательности, в которых блистает божественный и тихий свет благодати, потому что и свет мы приносим¹⁰. Когда же и молитва приносится, и елей освящается, тогда помазываемые елеем обретают отпущение грехов, как блудница, которая помазала ноги Спасителя и от них приняла помазание себе.

25. Почему и в святом и великом мире, и в елеопомазании употребляется елей

Потому что и там и здесь елей – это образ Божией милости. В миропомазании он знаменует собой наше спасение и избавление от смерти, а также печать Животворящего и Благого Духа, Который спас нас из потопа греховного. Потому-то и во время потопа, бывшего при Ное, возвестил спасение именно голубь, этот образ Духа, принеся в клюве масличную ветвь. И в час омовения людей от греха водами Иорданскими, при Крещении Господа, Дух сходил в виде голубя, свидетельствуя о Божественной милости и благодати. Вот почему елей, приносимый нами, освящается, как мы сказали, во образ Божественного милосердия к нам и сострадания, ведь через него мы удостаиваемся милости Божией.

Достаточно ли сказанного для объяснения священных таинств Церкви или вы нуждаетесь в еще большем?

Клирик:

Вполне достаточно, владыка, и в других объяснениях нет надобности. Только просим тебя изложить каждое из таинств порознь, и истолковать нам священные обряды, и показать нам, какая сила заключается в каждом из совершаемых священнодействий.

Архиерей:

Это выше сил моих, как я уже говорил. Это – дело высшей силы и высшей мудрости. Ведь если Дионисий и Максим решались касаться этих священных предметов с таким страхом и благоговением, которые трудно изобразить, то как мне приниматься за объяснение их? Но так как упование на Бога все может, потому что Он дает верующим помощь по их вере и вразумляет их ради любви, ведь Он есть любовь, то и мы, решаясь на слово ради вашей любви, веруем, что примем слово во отверзение уст наших. Попытаемся же из послушания, в любви Христовой исполнить вашу просьбу и о каждом из священных обрядов скажем то, что узнали сами из Святых Писаний и чему научили нас святые отцы наши. Изложим так, как сумели усвоить.

О крещении

Прежде всего будем говорить о божественном крещении, потому что оно – начало наших таинств. Впрочем, так как крещению предшествует наше плотское рождение, то надо сначала сказать и о совершаемой при этом молитве. Так как после рождения по плоти мы возводимся к возрождению Духом, то Церковь Христова, нескверная и очищенная о Христе в благочестивых, тотчас очищает наше греховное и плотское рождение¹¹.

26. Для чего сразу же после рождения младенца священник совершает молитву

Когда от благочестивой женщины родится младенец, приходит священник и славословит

Бога, благодаря Его за то, что родился человек в мир (Ин. 16,21). Затем, знаменуя, благословляет новорожденного и молит Бога, чтобы младенец был жив и сподобился крещения и помазания. Испрашивая у Господа для матери всего, что нужно ко спасению, он преподает и находящимся при ней женщинам благодать и освящение и разрешение приступить к своим обычным делам, невзирая на то, что они причастны нечистоте, без которой не бывает родов, и несмотря на завистливые смущения от лукавого, могущие приразиться к ним ради того, что они послужили рождению, совершившемуся во грехе и сладострастии, которое признается некоторыми и бывает преддверием тления и смерти.

27. Последовательное объяснение того, что совершается перед крещением, во время и после него

Осенив воду знамением креста в предвестие божественного крещения, иерей окропляет дом.

Затем он знаменует также и младенца. Он полагает крест ему на чело – ради ума, на уста – ради словесного дара и дыхания, и на сердце – чтобы сообщить ему жизненную силу и чтобы хранила его благодать до спасительного крещения. После чего, преподав всем разрешение, священник отходит.

На восьмой же день кто-либо приносит младенца пред лицо Божие, и перед церковными дверями, как не освященного еще крещением, опять запечатлевает его иерей крестным знаменем на челе, устах и груди и со священной молитвой дает ему имя, избранное родителями, которые участвуют в обряде крещения¹².

28. О том, что и Господь принял имя на восьмой день, когда наречен был Иисусом

Так это было и с Господом, когда, приняв обрезание на восьмой день, Он был наречен Иисусом. У нас обрезания нет, потому что Спаситель исполнил за нас требования закона и избавил нас от рабства закону. Нам же Он дал иное обрезание для всего нашего существа – божественное крещение, которое не плоть обрезывает, но отъемлет грех.

У древних иудеев обрезание совершалось на восьмой день – и теперь мы, верные, на восьмой же день получаем имя, потому что восьмой день знаменует собой обновление. Седьмой день завершает счет дней недели в здешней жизни, совершающей свой круг по седмицам. Когда этот день заканчивается, то с восьмого дня счет начинается заново, что служит знамением воскресения и прообразом жизни вечной. В восьмой день и Господь воскрес, а мы чаем последнего дня, дня вечной жизни, которая будет уже бесконечной, как мы знаем из того, чему научены.

Так вот, в этот-то восьмой день, как несовершенные, обрезывались иудеи только мужеского пола, принимая печать на мужском органе. С одной стороны, этот обряд также предвозвещал воскресение по окончании седмицы (то есть нынешнего века), а с другой – он означал, что некогда похоть плоти прекратится и настанет жизнь нетленная, чуждая дел плотских. Хотя иудеи и не понимали этого до конца, не думая об истинном обрезании, то есть об отвержении греха. Теперь это совершается в святом крещении, которое внушает нам, что мы будем нетленны, целостны и ничто не сможет вредить нам. Между тем тот, кто обрезывается, портит свое тело, и оно уже не бывает таким, как от природы.

Поскольку мы рождаемся не бесстрастно, то это рождение от похоти остается с нами. Но через крещение нам даруется рождение ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога (Ин. 1,13), то есть возрождение баней пакибытия. Потому и имя младенец получает на восьмой день, подобно Спасителю, Который наречен был спасительным именем Иисус¹³. После этого, запечатленный печатью Духа и осененный знамением креста на челе, устах и сердце (как я уже сказал, для сил разумной, словесной и жизненной) и вписанный в книгу вечную вместе с обретенным именем, младенец возвращается матери.

На сороковой день мать снова приносит его в храм как дар Богу. Священник, стоя перед дверьми храма (потому что прежде молитвы входить туда нельзя), запечатлевает их обоих и освящает молитвами. Затем он преподает матери очищение от сладострастного и нечистого рождения (так как уже прошло сорок дней после рождения, за которые в младенце проснулась осмысленность и он научился играть). Потом иерей разрешает ей вход в церковь, куда она не могла до тех пор входить как недостойная ни этого, ни причастия святого и чистого.

Затем иерей, взяв дитя на руки (как сделал Симеон, принявший в свои объятья Младенца Господа), торжественно произносит «Ныне отпущаеши», чтобы младенец был очищен от грехов и увидел Свет – Христа, откровение язычникам и славу Нового Израиля. Чтобы, порожденный Духом, узрел затем Господа.

Если младенец крещен¹⁴, то иерей вносит его в алтарь, к престолу, и обносит вокруг него, совершая как бы поклонение и показывая, что дитя – приношение Богу и поклоняется Создателю. Если же ребенок пока не крещен, то, став перед входом в алтарь и совершив поклон в сторону жертвенника с младенцем на руках, иерей возвращает его матери и отпускает ее. С этого момента младенец считается оглашенным, а мать как очистившаяся получает свободный доступ в храм и возможность причащаться Святых Таин, когда желает того и считает себя готовой. Именно так все и происходит.

29. Объяснение того, что совершается в божественном крещении

Теперь узнай то, что относится к божественнейшему крещению. Прежде всего, что для него нет исключений по времени, чтобы младенец не умер непросвещенным. Если угрожает опасность смерти, то все совершается по уставу тотчас по рождении, впрочем, с должным вниманием благоговейным и трезвенным иереем. А если позволяет время и нет опасности смерти, то сразу после литургии, чтобы младенец мог и Таин причаститься. Это и имеет в виду Дионисий, говоря, что все таинства завершает у нас причащение, которое есть верх всех таинств.

Иерей же должен совершать священные молитвы и произносить их со вниманием, без поспешности – если нет крайней нужды – и читать вслух¹⁵. Мы слышали от отцов, что те, кого часто устрашают привидения, терпят это оттого, что крестившие их иереи без внимания произносили заклинательные и другие священные молитвы.

Итак, если нет помех, то не только в начале чина крещения следует читать положенные в начале чина крещения заклинательные и другие молитвы, но и многажды¹⁶. Требником предписано читать их от восьми до десяти раз¹⁷, так как в древности в Церкви было заведено, что оглашающие иереи в каждый из семи дней прочитывали эти молитвы над крещаемыми, а на восьмой – опять архиерей или тот иерей, которому надлежало крестить, после чего архиереем или иереем крещение и совершалось. Нам известны и такие благоговейные иереи, которые читают эти молитвы трижды и потом крещают.

А совершается божественное крещение так. Если крестится младенец, то его приносит на руках женщина в сопровождении восприемника, а если это взрослый, либо подросший ребенок или отрок, то он приходит сам, потому что он должен приходить добровольно, а с ним восприемник, становящийся поручителем за крещаемого перед Христом и имеющий долг блюсти его веру и жизнь христианскую. Это показывает само название «восприемник», обозначающее того, кто воспринимает что-либо на себя.

30. О том, что восприемник крещаемого должен быть православным и благочестивым

Необходимо обращать внимание на то, что в восприемники должны быть выбираемы люди благочестивые и способные в некоторой мере быть наставниками в вере. Но мне приходилось слышать нечто весьма странное и тяжелое для чувства: некоторые (по каким-то расчетам) приглашают в восприемники – страшно сказать! – врагов и поносителей веры, безбожников и еретиков. Такие отметают само таинство. Они и детей не просвещают светом его, а скорее омрачают, и священнодействующего иерея делают сообщником чуждых Богу.

И каким же образом дерзающий богохульствовать мог бы научить благочестию? Сказано: Что общего у света с тьмою… или какое соучастие верного с неверным? (2 Кор. 6, 14–15). Тот, кто так поступает, достоин осуждения, равно как и тот, кто воспринимает детей у нечестивых. Однако если последние прежде исповедают, что крещение свято, божественно, очищает от греха и возрождает во Христе, что принимающий крещение станет христианином, то дело меняется. В этом случае, если отец даст обещание, что младенец будет верным Христу, хотя сам-то и уклоняется, то можно воспринимать младенца и приводить его к освящению, чтобы не отнять его у Бога, отказавшись быть восприемником.

Крещаемый становится рядом с восприемником, показывая этим, что пришел добровольно и имеет поручителя. Когда иерей благословит, то должно прежде всего, как и всегда впоследствии, благодарить Бога за спасение погибавшего. Вслед за тем оглашенный освобождается от своих одежд и остается полностью обнаженным, стоя под покрывалом, а иерей троекратно крестообразно дует на него, этим дуновением передавая ему то первое дуновение, которое получил Адам от Бога, когда Бог вдунул в лице его дыхание жизни (Быт. 2, 7).

Сам иерей изображает Христа, поэтому лучше крестить и совершать дуновение после приобщения Тела и Крови Христовых. Троекратно дуновение совершается во имя Божественной Троицы, потому что у Троицы общая благодать и сила. А крестообразно – ради воплотившегося для нас всех и за нас пострадавшего во плоти единого от Троицы Христа, Крестом победившего. Крестовидное дуновение указывает на Его жертву, смирение и победу, так как через Крест Он смертью лишил силы имеющего державу смерти, то есть диавола (Евр. 2, 14), и попрал сопротивные силы лукавнейшего. Крест – и знамение Спасителя, и печать, и знак Его победы.

Итак, иерей троекратно совершает дуновение и затем рукой троекратно запечатлевает оглашенного крестным знамением, по слову Писания: Руки Твои сотворили меня и устроили меня (Пс. 118, 73), – именно на челе, устах и сердце ради сил умственной, словесной и жизненной, как было ранее сказано. После этого он возлагает на него руку, освященную и созидающую в Духе, и читает священные молитвы.

Что же означает то, что прежде этих действий он освобождает оглашенного от одежды, ставя его босыми ногами и с непокрытой головой лицом на восток? Это означает то, что приходящий к Богу и взирающий уже на истинный Свет, для Которого избирается образ востока (потому что оттуда приходит свет), должен быть свободен от страстей и отрешен от неверия. Он должен быть обнажен от всякой злобы и чужд одежды греха и являть рабское послушание Богу, потому-то и стоит нагим. А с другой стороны, это делается потому, что человек через наготу познал грех и потерял боготканую одежду, на что и указывает нагота. Так как крещаемый приходит креститься, чтобы отвергнуть скверну греха и неверия, и сделаться всецело новым, и облечься в образ Нового Адама, и стать лучше, чем был прежде, поэтому стоит он обнаженным, испытывая стыд. Стоя так, он очищается, взыскуя восстановления в себе образа Божия.

Теперь вкратце, чтобы не пресытить слуха, повторим сказанное.

Архиерей и крещающий иерей изображают Самого Господа, совершающего все и во всех, и принимают силу Его – Того, Кто прежде создал, а теперь воссоздает. А крещаемый изображает собой падшего Адама, так как самый его приход показывает свободную решимость. Если же крещается дитя, то уже тем самым, что оно приносится в храм на руках верных, свидетельствуется, что младенец будет крещен по вере, а не по принуждению. Восприемник есть поручитель за веру и жизнь крещаемого.

Освобождение оглашенного от одежд и оставление его нагим, с одним только препоясанием, означает, что он отвергает всякую злобу и освобождается от уз греха и что нагим, то есть освобожденным от заблуждения и тления, приходит ко Христу. До этого он был нагим потому, что впал в заблуждение и погубил прежнюю одежду, и теперь приходит возложить на себя светлую одежду крещения. Он обращается к востоку, ища истинный Свет, Который есть Троица и Который есть Христос, единый от Троицы. Крещаемый взыскует также потерянный рай, который насажден был на востоке.

Он принимает от архиерея дуновение – ради первого дуновения, которое этим возобновляется. Троекратное же дуновение он принимает как образ Божественного действия Животворящей Троицы, Которой был создан и теперь воссозидается.

Рукой архиерея, держащей крест, он запечатлевается в знак того, что нас создали руки

Божии – Сын и Дух. Крест есть знамение Христово и знак Его победы, потому что, победив Крестом, Христос сокрушил им демонов. И теперь, когда изображается крест, демоны бегут от него.

Чело крещаемого запечатлевается, чтобы освятил ся его ум, избежав заблуждений. Уста – чтобы слово его освятилось и исповедовало истину. Грудь – чтобы он сделался чист сердцем и узрел Бога, чтобы не скрывалось в нем никакого зла и чтобы он жил, и двигался, и существовал Им (см.: Деян. 17,28). После этого троекратного запечатления архиерей благословляет Бога, потому что праведно благословлять Его за взыскание погибшего и за спасение человеческое. Затем следует возложение руки – для сообщения благодати и воссозидания.

Первая молитва [оглашения] обращена ко Святой Троице: она предает крещаемого Единому Богу, и крещаемый освящается ею. Это – прошение к Богу, да неотреченно пребудет в нем во имя Троицы и да сподобится божественного крещения, помазания и священного причастия.

Вторая молитва – заклинательная: она отгоняет и отражает диавола и всю силу его страшными и Божественными именами и таинствами. Она прогоняет диавола и его демонов от человека и повелевает им отступить от него и не причинять вреда.

Подобным образом и третья молитва, также заклинательная, изгоняет демонов именем Божиим. Четвертая же вновь обращается к Богу с прошением совершенно изгнать лукавого из создания Божия и утвердить крещаемого в вере.

Вслед за ними архиерей тотчас совершает и пятую молитву, еще более важную, через которую передает крещаемого Богу. Молясь ею за крещаемого, он во второй раз дует на него, что представляет собой важнейшее действие, так как этим знаменуется восстановление жизни и обновление.

После чего он опять троекратно запечатлевает крещаемого на челе, устах и груди ради разума, слова и жизни, а также и ради того, что Бог – Троица, Ум, Слово и Дух, возвращающая ему жизнь и дарующая ему тот образ Божий, который он потерял. При этом священнодействующий говорит: «И изжени из него всякаго лукаваго и нечистаго духа, сокрытаго и гнездящагося в сердце его». Потому что демоны любят вселяться в души некрещеных с намерением совращать и осквернять их. Силу же к этому они имеют по причине некогда совершенного нашими прародителями преступления. Поэтому они очевидным образом живут в сердцах неосвященных и неверных, и оскверняют их, и побуждают к делам богоненавистным.

По окончании этой молитвы совершается отречение от диавола и сочетание со Христом таким образом: архиерей оборачивает крещаемого к западу, потому что оттуда приходит тьма, в которой пребывает диавол, и повелевает ему воздеть руки горе в знак того, что крегцаемый не скрывает в себе ничего злого и начинает подражать Распятому за нас. Затем архиерей повелевает крещаемому сказать: «Отрицаюся сатаны и всех дел его» – и крещаемый совершает отречение от лукавого и полное отвержение его. Произносит он это трижды, во свидетельство неизменности отречения от врага и в знак того, что он всей душой бежит от лукавого, а кроме того в честь Святой Троицы, Которая все запечатлевает и совершает.

Спросив трижды: «Отреклся ли еси сатаны?» и получив от крещаемого троекратный утвердительный ответ «отрекохся», то есть «я отказался от лукавого и отвергся его» (потому что отречение от зла должно быть явное и твердое), архиерей говорит: «Дуни на него», то есть вырви его из сердца, и от сердца отвергни, и посрами врага. Крещаемый и это делает трижды во свидетельство решительного отречения от лукавого и во славу Единого в Троице Бога нашего, Который низверг лукавого.

Потом священнодействующий оборачивает крещаемого на восток, так как возводит его к свету от тьмы и от лжи – к истине. И побуждает его сказать: «Сочетаваюся Христу» и: «Верую во Единаго Бога Отца, Вседержителя». Поскольку крещаемый должен чисто исповедовать Трисолнечный Свет, чтобы и сердцем воспринять Его сияние, он произносит вслух Символ веры трижды в честь Триипостасного Божества, подтверждая этим исповедание. Произносит же вслух, открыто, потому что возвещает истину, которую должно исповедовать перед Ангелами и людьми и через которую он получит спасение, – Единосущную Троицу, Бога всяческих, единого истинно сущего Бога, а также воплощение ради нас от Девы единого от Троицы Бога Слова, что необходимо исповедать с дерзновением.

Когда архиерей снова троекратно спросит: «Сочетался ли еси Христу?», а крещаемый ответит ему искренне, от сердца, также трижды: «Сочетахся», священнодействующий говорит: «И поклонися Ему».

После того как крещаемый, запечатленный крестом рукой священника (что служит исповеданием и знамением Христовым), поклонится три раза, показывая тем, что он раб Божий, во всем Ему послушный (как и обещался), архиерей поворачивается к востоку и благословляет Бога, хотящего всем спастись. Потому что должно благодарить Бога за все, и особенно за спасение людей.

Потом, держа оглашенного за руку, как бы обретя погибшего, священнодействующий вводит его в храм, словно возводя на самое небо или в рай¹⁸. Он знаменует этим действием, что возвращает крещаемого потерявшему его Владыке, а радость, которой Бог радуется вместе с Ангелами о кающемся грешнике, выражает песнью: «Радуйся, Обрадованная». Ведь Она, Матерь Божия, есть начало спасительной радости, дверь спасения, так как через Нее устроено наше спасение и дана истинная радость миру – через Нее, родившую свято и девственно для нашего воссоздания Бога Слово, воплотишегося от Нее.

Далее, изображая собой святого Симеона, архиерей подводит крещаемого к жертвеннику, показывая этим действием, что он как бы принес жертву. При этом он повелевает ему трижды поклониться Богу, так как он уже примирился с Ним через обращение, как евангельский блудный сын, а через божественное крещение все более приближается к усыновлению и нетлению – первозданному одеянию от Духа.

И чтобы как обращение, так и исповедание было твердо, архиерей подзывает восприемника и повелевает ему трижды совершить поклон перед жертвенником, где обитает Бог, свидетельствуя этим, что сам дает обет всецело соблюсти крещаемого в вере и благочестивой жизни.

Если крещается младенец, то восприемник, наклонившись, берет его, лежащего перед святыми вратами, словно из рук Христа. Если же ребенок постарше, то принимает его от архиерея, также знаменуя этим, что восприемлет его из рук Христа и становится поручителем за него перед Спасителем. С этого времени он становится для крегцаемого отцом по духу и поэтому приносит (или, держа за руку, приводит) к священной купели, показывая, что крещаемый приходит добровольно, а не по принуждению.

Все это делается при свидетелях: прежде всего и преимущественно в соприсутствии Самого Бога; также и при архиерее и находящихся в храме верных, которые выступают в роли свидетелей крещаемого; при самом восприемнике, который приводит крещаемого; в особенности же – при божественных и чистых Ангелах, невидимо присутствующих здесь же, веселящихся о божественном рождении от Духа и спасении крещаемого и записывающих его на небе. Они уже сделались ближними и друзьями его, как только он приблизился ко времени очищения божественной баней и запечатления миром.

По этой причине необходимо, чтобы все верные находились в храме с наивозможным благоговением и радостью, будучи убеждены, что им соприсутствуют Ангелы, радующиеся о едином кающемся грешнике. Они твердо веруют и в то, что крещаемый передается теперь святому Ангелу Хранителю, который всегда будет с ним, отгоняя завистливых демонов и любые наветы коварнейшего врага, и станет соблюдать его для Царствия Небесного, если только крещаемый верою и делами сохранит благодать крещения.

Божественнейшее крещение – это дело величайшее. Поэтому прежде Церковь совершала крещение через архиереев в соборах именно в то время, когда мы в праздники на Божественной литургии поем: «Елицы во Христа крестистеся»¹⁹, – и в особенности в Великую Субботу перед Божественной литургией, когда много читается из божественных пророков²⁰. Так делалось потому, что священнейшее крещение есть и возрождение, и воссоздание, и очищение, и просвещение, и усыновление, и дар, и освящение, и весьма многое другое из того, о чем говорят святые отцы. Но преимущественно оно изображает смерть Христову и тридневное Воскресение, что о чем яснейшим образом говорит сам выбор этого времени для крещения (то есть Великой

Субботы). Ведь через смерть Христову, и трехдневное погребение, и Воскресение мы получили и бессмертие, и нетление, и надежду будущего воскресения и обновления, надежду на вечную жизнь, начатком которой был Христос, единый безгрешный, пострадавший за нас, грешных, не заслуживший смерти, потому что Он не согрешил ни в чем, но умер за нас.

Грех, как говорят Исаия и Павел, есть жало смерти (см.: 1 Кор. 15, 56), то есть ее начало, корень и причина, а Христос Сам не сотворил греха. Не будучи повинен смерти, Он умер ради нас и, таким образом упразднив смерть, воскрес и низложил наши страсти и осуждение. Бесстрастный, добровольно пострадав и сделавшись Начальником и руководителем нашей жизни, Он вознесся на небеса. Облекаясь в Него крещением, мы ожидаем Его нисшествия с неба, когда Он нас воскресит и дарует совершенное нетление, чему залоги дарует теперь через крещение.

Однако не следует отказывать в крещении и в любое другое время, чтобы из-за этой задержки не скончался кто-нибудь непросвещенным, что было бы величайшим несчастьем, так как некрещеный не спасется. Необходимо также, насколько возможно, совершать крещение с торжественностью и благоговением. Иерей должен быть внимателен и находиться в состоянии духовного трезвения, так как он совершает величайшее дело Божие – воссоздание человечества.

Но перейдем к дальнейшему.

Предшествуемый архиереем, восприемник приводит крещаемого к священной купели, поручаясь, что тот приходит добровольно. Архиерей становится возле, изображая собой Самого Христа и имея Его силу. Купель наполняют водой (она изображает Иордан) и зажигают свечи, означающие просвещение Духом и то, что крещаемый идет из тьмы к свету и уже становится сыном Света. Архиерей кадит вокруг купели, знаменуя этим благоухание и святыню Духа, омывающего от всякого греховного зловония, потому что это – Дух Святой.

Потом архиерей благословляет и прославляет Царство Единого Бога – Святой Троицы, Которая одна владычествует и являет Свою царственную силу теперь, вызволив новопросвещаемого из-под власти лукавого²¹. Потом, когда диакон читает прошения мирной ектении, а народ взывает: «Господи, помилуй!» (потому что поистине в это время даруется великая милость Божия, так как усыновляется тот, кто прежде был беззаконником и врагом Ему), архиерей втайне молится за себя. Он просит у Бога, да обретет очищение и милость, чтобы, очищая других, самому не явиться оскверненным грехами.

Также он испрашивает себе силу и благодать послужить таинству достойно и как подобает. Потому что велико это таинство: Ангелы предстоят здесь, Христос изображается водами, Дух Святой нисходит, а крещаемый из оскверненного, и грешного, и нечистого, и врага, и тленного делается святым, и чистым, и сыном Божиим, и нетленным.

О великая благодать! О дарование Божие! О благодеяние, величайшее для нас, и благодать! Поэтому-то, когда будут произнесены прошения [ектении], архиерей, окончив молитву, возглашает: «Велий еси, Господи, и чудна дела Твоя!» Он восклицает это три раза, прославляя Троичное Божество и величая Благодетеля.

Потом возносит молитву к воплотившемуся ради нас Сыну Божию, в которой исчисляет от века все чудеса Его, а затем вспоминает воплощение Его от Девы Духом и Крещение в Иордане, через которое Он воссоздал нас, сокрушив головы змиев в воде, как говорит пророк (Пс. 73, 13). Потому архиерей и умоляет Его прийти и наитием Святого Духа освятить воду, ведь Сын неразделен с Отцом и Духом и благодать у Них общая.

Затем он трижды крестообразно знаменует рукой воду, изображая над ней образ Христа, и молит Его сделать ее источником нетления, а затем вновь троекратно дует на воду и низводит на нее обильнейшую благодать, подражая

Христу и свидетельствуя о том, что было ради крещения в начале – что Дух Божий носился над водою (Быт. 1, 2). И опять знаменует ее рукой, изображая крест, и говорит: «Да сокрушатся под знамением образа Креста Твоего вся сопротивныя силы», прибавляя далее, чтобы вода сделалась духоносной и святой и не таилось в ней ничто лукавое, но чтобы она была невыносима диаволу и способна отогнать его, чтобы она имела силу воссозидать, и освящать, и усыновлять Богу крещаемых в ней и делать их чадами Света.

Таким образом, помолившись и преподав мир, который есть Иисус Христос (потому что здесь соприсутствует Христос – Мир, превосходящий всякий ум), – архиерей, получив мир и сам и преклонив главу, снова молится втайне, призывая Иисуса, кроткого, тихого и вездеприсущего. «Ты, – говорит он в этой тайной молитве, – на Иордан пришедший и освятивший воды, приими и нас, рабски к Тебе припадающих, и освяти воды сия и нас, и да будут они нам во здравие души же и тела».

И затем, подняв главу в ознаменование того, что Христос воздвиг нас, падших, он восхваляет Его, называя Освящением всех. Тогда купель бывает преисполнена Духом, вмещая освященную воду и – невидимо в ней – Христа. А так как необходимо присутствовать здесь и образу Божественной милости, поэтому употребляется и святой елей. Вода знаменует омовение и очищение, и уже освящена, елей же показывает Божественную милость и благоутробие благости Его: именно елей подается тем, которые были изранены общим врагом и поражены им, как говорит Христос в Евангелии (см.: Лк. 10,30–37). Это и при Ное было показано, когда голубь, держа в клюве ветку маслины, прилетел к тем, кого в ковчеге носили воды морские. Вода в этом случае прообразовала крещение, а голубь – Духа Святого. Ветка же маслины, которую птица несла в своем клюве, была знаком милости и беспредельной благости Божией. Потому-то в крещении и употребляется святой елей.

Освящается же елей таким образом: он приносится в каком-нибудь чистом сосуде к архиерею (или иерею, если не будет архиерея), тот дует на него и троекратно рукой изображает на нем крест. Этим дуновением выражается благодать Духа, которую архиерей принял от Христа через Божественное дуновение Его на апостолов, а крестным знамением изображается Сам Распятый за нас, совершивший через Крест наше спасение. Поэтому и самый крест имеет силу священносовершительную, и без креста ничего божественного не совершается.

Потом священнодействующий, преклонив главу, молится о том, чтобы елей был освящен Духом Святым, Который некогда послал Ною голубя с веткой маслины, и во времена закона дал елей²², и апостолам его передал.

Окончив молитву и принеся благодарение, священник три раза крестообразно возливает на воду освященный елей, возглашая многопетую песнь «аллилуия».

31. Что означает «аллилуия»

Эту песнь «аллилуия» изрекли вдохновляемые Святым Духом пророки. Означает же она пришествие Божие. Она значит: «грядет Бог» и «пойте Его», что пророчески изречено и воспевается, потому что, действительно, Господь грядет как в первом, так и во Втором Своем пришествии и всегда посылает нам благодать Свою во Святом Духе. Поэтому-то и воспевает всегда эту песнь Церковь, уже принявшая Христа и вновь ожидающая Его с неба, как мы сказали.

Божественный Дионисий говорит, что в священную купель вливается миро, но теперь вливается этот елей, предшествуя миру, а миро – после. Можно, впрочем, думать, что и священный Дионисий называет миром этот самый елей, как предвестие мира, так как через него крещаемый получает начаток освящения и помазывается на божественные подвиги, а впоследствии укрепляется окончательно, и совершенствуется, и запечатлевается совершеннейшим миром благодати. Вот потому-то в крещении упомянуто и о том, и о другом.

Освятив елей, архиерей помазует им крещаемого, и именно освященным елеем, иначе какая была бы нужда в нем крещаемому после помазывания миром, если в крещении уже было миро? Итак, этим елеем он наперед уже помазывает крещаемого, говоря: «Помазуется (имя рек) елеем радости» во имя Троицы. Радость же эта – радость Духа, спасающего нас по благодати и милосердию, как и Давид восклицает: Воздаждь ми радость спасения Твоего и Духом Владычним утверди мя (Пс. 50, 14).

Потом кто-нибудь, диакон или прислужник, помазывает, начиная с головы, все тело крещаемого, потому что он всецело готовится к божественным подвигам и пришел не для того, чтобы снова пасть, но для того, чтобы подражать Христу, в Которого облекается, и с лукавым бороться, и мужаться. Борцы же в древности помазывали тело маслом.

Затем крещаемый вводится в воду полностью нагим, как и родился и как был создан прежде. Но прежде он имел божественную одежду и, будучи наг, не стыдился, а теперь, родившись нагим, покрыт стыдом преступления. Только войдя в святую воду, он освобождается от стыда, который наложил на него грех, и приемлет славу и одежду нетления.

Архиререй (или иерей), положив руки ему на голову, которая есть часть тела, в которой совершается все, что касается деятельности чувств и ума, и погрузив один раз в воду, восклицает: «Крещается раб Божий (имя рек) во имя Отца» – и тотчас поднимает его. Потом погружает опять, говоря: «И Сына» – и опять поднимает. Затем, погрузив в третий раз, говорит: «И Святого Духа». После этого архиерей возводит его уже освященным через таинство божественного крещения, одновременно и воссозидая, и священносовершая его именем Святой Троицы, провозглашая три Лица в одном Божестве, говоря: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа». Этими словами исповедуются три Божественных Лица, Нераздельных и Неслиянных, в то же время троекратными погружением и поднятием из воды изображается тридневное погребение и Воскресение распятого за нас плотью и воскресшего Христа.

32. О том, что формула «крещается раб Божий» имеет преимущество перед выражением «я крещаю раба Божия»

Архиерей говорит «крещается», а не «крещаю», как новомудрствующие и в этом латиняне, потому что он свидетельствует о доброй воле крещаемого. Потому что это «я крещаю» не показывает, что просвещаемый крестится добровольно, но как будто по принуждению и самовластию крещающего, против своей воли, и означает, что только крещающий крестит его по своей воле. Напротив, формула «крещается» выражает добрую волю крещаемого и то, что он «крещается от меня», то есть архиерея или иерея, творящего уже дело Триединого Бога, имя Которого ясно возвещается крещаемому.

Возродившись таким образом, крещеный исходит из священной купели в мир всецело новым, просвещенным во Христе человеком и сыном Божиим – сыном нашей духовной Матери, как бы из девственной, чистой и святой утробы. Потому что как Христос родился от Девы, чтобы очистить наше оскверненное рождение, так и мы приходим к новой жизни от чистой купели. Как тогда чистая кровь и святое чрево Девы создали силой Святого Духа плоть Бога Слова, так и теперь в нас чистая вода купели и Божественный Дух совершили чистое возрождение.

О миропомазании

Далее. Как там, при Крещении Спасителя, было нисхождение Духа, чтобы явить в Воплотившемся всю полноту Божества телесно, так и у нас за крещением следует помазание миром для того, чтобы и мы получили благодать Духа, как и сказано: От полноты Его все мы приняли и благодать на благодать (Ии. 1,16).

33. Что приносит крещаемому помазание, или миро

Потому-то архиерей тотчас же помазывает крещаемого и божественным миром²³, которое представляет собой не только елей, но слагается из множества других видов благовоний и изображает в символах обилие силы, и разнообразие действий, и многовидность дарований Духа, а также и благоухание Его святыни. Миро дается нам как печать и знамение Христово. Сам Христос называется Христом именно потому, что Он и телесно имел в Себе Самом от Отца всю силу Духа, о чем говорит Исаия: Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня (Ис. 61, 1). Так и мы, получив от Него благодать в миропомазании, называемся христианами и делаемся христианами, то есть помазанниками Господними.

Потому что Господь не считает недостойным, чтобы мы назывались по Его имени. Он считает нас сынами Божиими по усыновлению, будучи Сам Сыном по естеству, и называет богами по благодати, будучи Богом по природе, и христами по благодати Своей, имея в Себе благодать по природе, как Слово Бога Отца и как Нераздельный от Духа.

Помазуя того, кто уже принял крещение, архиерей говорит так: «Печать дара Духа Святого. Аминь», показывая этим, что помазание – это знамение Христово, так как и помазуется новокрещеный крестообразно, и преподает дар Святого Духа.

34. О том, что всякий крещеный и помазанный имеет в себе, в виде возможности, все Божественные дарования, открывающиеся в известное время, за исключением дара священства

Крещеный и помазанный имеет в себе, в виде возможности, все Божественные дарования. Они открываются в нем в то или иное время, смотря по тому, насколько он очищает себя и становится достойным действования в нем даров Божиих. Исключение, впрочем, составляет одно лишь божественное священство. Оно, как особенный дар и исключительное дело Божие, дается рукоположением, поэтому никто, хотя бы даже он был чудотворцем, не совершит без рукоположения ничего священнического.

В то время как совершать исцеления, и пророчествовать, и быть чистыми по телу и мыслям, и вести жизнь истинно девственную, и молиться постоянно и неотступно, и пламенеть и одушевляться божественной любовью, и удостаиваться Божественных озарений, откровений священных и тайн и созерцаний небесных, и делаться почти подобными Ангелам – всего этого многие могли достигнуть и без рукоположения, по благодати крещения и миропомазания, и достигают и удостаиваются всего этого. Но об этом достаточно.

Перед помазанием, после крещения, когда крещаемый облачится в одежду, которая благословляется архиереем²⁴, он возносит благодарение Богу, прославляя Его за спасение возрожденного водою и Духом. Потом молится о том, чтобы Господь удостоил крещаемого святого помазания и через него – дара и освящения Божественного Духа. Потому что через божественное миро крещаемый становится святым и запечатленным Христу, предметом попечений для Ангелов, а для врагов неуловимым, если только будет бодрствовать.

Молится также священник и о том, чтобы крещаемый сподобился причастия Таин и не был уже чадом плоти, но чадом Царства Божия.

35. Зачем постригают волосы у крещаемых и надевают на них куколь и анаволий

После помазания – я говорю о всесвятом мире – архиерей постригает крестообразно волосы на голове крещаемого. Отчасти это делается в знак того, что его Глава – Христос и он должен молиться с непокрытой головой, как и Павел учит (см.: 1 Кор. 11, 4), а вместе с тем на нем полагается как бы некая печать. Потому и постригает крестообразно, чтобы крещаемый отверг всякий лишний помысел. А так как и каждый верный должен удаляться от всего лишнего и не необходимого, то и монахи постригаются так же.

Кроме того, волосы крестившегося приносятся Христу как начаток и жертва от человеческого тела, потому что они – словно бы воскурение фимиама от всего тела.

Потом крещеный, помазанный и постриженный, облекается в хитон и принимает на голову куколь, называемый также шлемом: первый – в знак незлобия и детской невинности и чистоты, а второй – в знамение покрова Божия и хранения чувств (потому что большая часть органов чувств сосредоточена в голове). Затем он надевает поверх белую одежду, называемую также анаволий, как символ Божественного света и ангельской чистоты, потому что крещеный стал сыном Света и всецело нескверным и чистым²⁵.

Приняв таким образом благодать через священнодействия, он стоит перед купелью и, если достиг разумного возраста, сам держит свечу в знак и во славу Божественнейшего света. За младенца же свечу держит его восприемник.

Между тем церковные песнопевцы поют «Елицы во Христа крестистеся», а архиерей совершает еще и прочие молитвы: он молится о том, чтобы крещеный сохранил крещение нескверным и печать неизгладимой и чтобы пострижение послужило утверждению чувств его, и о многом другом во спасение его.

Потом, прославив Бога, радостно берет крещеного за руку и, в сопровождении восприемника составив лик, как бы сликовствуя и сорадуясь вместе с Ангелами, обходит три раза вокруг купели, радуясь о духовной Матери и о рожденном от нее силой Божественного Духа. При этом архиерей поет вместе с певчими «Елицы во Христа крестистеся».

Затем, когда певчие поют псалом Блажени, ихже оставишася беззакония (Пс. 31, 10), он, идя перед крещеным, приводит его к жертвеннику и там преподает ему великое и страшное причастие²⁶.

36. О том, что причащение Таин – венец крещения и миропомазания

В том-то и цель всех таинств, чтобы, освободившись от заблуждения и греховной нечистоты и став чистыми и запечатленными Христу в Святом Духе, мы причастились Плоти и Крови Самого Христа и тесно соединились с Ним. Об этом и устами пророка говорит Он: Вселюсь в них и буду ходить среди них (Лев. 26,12) и Сам об этом молится к Отцу, говоря: Чтобы они были едино, как и Мы (Ин. 17, \ \) w. Я с вами во все дни до скончания века (Мф. 28, 20).

Потому что через таинства Господь будет с нами невидимым образом, пока не откроется… как Он есть — так говорит возлюбленный ученик Его (1 Ин. 3, 2). Ради этого Он и воплотился от Девы, чтобы соединиться с нами. Ради этого Он и распялся, и пролил за нас кровь, чтобы мы стали причастниками Его. И Святые Тайны в священнодействии Он преподал прежде Креста для того, чтобы быть с нами и чтобы мы были причастниками Его как теперь, так и в будущем веке. Он сделал это и для того, чтобы все мы стали общниками благ Его по Его желанию.

И Отец Его так возлюбил… мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную (Ин. 3,16). А как дети причастны плоти и крови, то и Он также воспринял оные (Евр. 2, 14) именно ради того, чтобы мы имели общение с Ним. Потому что, как снова говорит возлюбленный ученик, Он есть истинный Бог и жизнь вечная (1 Ин. 5, 20). Ему – истинному Свету – слава во веки. Аминь.

Преподав крещеному причастие, возблагодарив Спасителя, сделав отпуст и благословив крещеного вместе с восприемником, архиерей отходит. Крещеный же возвращается домой, а перед ним идут со свечами, так как он стал уже сыном Света. Предшествующие ему поют «Елицы во Христа крестистеся», потому что крещеный облекся во Христа, и Христос изобразился в нем, и благодать Духа вселилась в него.

Крестившийся обязуется молиться и носить священные одежды, а именно куколь и анаволий, называющийся также емфотион (просвещение) и прежде составлявший особую одежду, которую просвещенные надевали сверху, до седьмого дня, ради святого помазания, и обязуется совсем не омываться, вытирая руки, как прилично освященному, этими же одеждами. А после седьмого дня, которым знаменуется завершение этой седмичной жизни, он должен прийти в храм к иерею и от него принять омовение. Иерей со священными молитвами омывает его губкой и водой в тех местах головы и рук, где он был помазан святейшим миром, а другие части тела омывает сам крещеный в благоприличном месте, чтобы что-нибудь от тех святынь – воды крещения и мира, упав, не было попрано ногами²⁷.

Потому-то крещеные взрослые должны получить от иерея и наставление о хранении себя, о молитве и хождении в храм, а также об очищении себя от грехов и постоянном причастии Таин, потому что в этом-то существенно и заключается жизнь христианина.

Если же крещаемый – младенец, то должна быть предупреждена его мать: ей должно быть внушено, чтобы она после седьмого дня принесла младенца для омовения его священником, а потом сама омыла все его тело, а воду вылила в благоприличном и чистом месте. Кроме того, она должна тщательно вымыть и одежды, в которые одет был младенец в продолжение семи дней. Младенца же обязана постоянно приносить приобщаться Таин, потому что таким образом лучше он будет сохраняем и взращиваем Христом.

37. Против латинян и о том, что не должно отлучать детей от причастия

Причастием не следует пренебрегать по примеру некоторых, неразумно новомудрствующих и в этом, и не следует отлучать детей от него. «Дети, – говорят они, – не знают, чему делаются причастниками». О, какое неразумие и какая странная мысль! Зачем же после этого ты и крестишь? Или для чего помазываешь миром?

Впрочем, латиняне, как известно, и не помазывают при крещении. Все это у них делается несогласно со Вселенской Церковью. Православный же сам, по вере, приводит младенца к Богу и через верного восприемника совершает обеты – и крещаемый младенец возрождается для Царства Небесного, и помазывается миром, и освящается, и, если умирает, наследует Царство Божие. Таким же образом пусть он приводится через верного и ко причащению, потому что оно дает жизнь вечную.

Как не возродившийся водою и Духом не может войти в Царство Небесное (см.: Ии. 3, 5), так и не идущий Плоти Сына Человеческого, по словам Самого Господа, и не пиющий Крови Его не внидет в живот вечный (см.: Ин. 6, 53).

Устно передав вам кратко и по мере сил о божественном крещении, я и написал вам, возлюбленные, об этом. И это необходимо принять по мере сил. Высшего же учения ждите от тех, которые более меня возвысились в вещах божественных. Потому что мы, скудные, написали это для вас только ради вашей просьбы, а также для некоторых, может быть, не совсем уяснивших себе и не вполне понимающих значение того, что совершается в священнодействиях. По этой же причине мы будем говорить вам и о прочих таинствах, как вы просили.

38. О том, что священник должен с осторожностью употреблять воду крещения и подобные ей святыни

Кроме того, возлюбленные, необходимо обращать внимание и на то, о чем некоторые не заботятся, считая это маловажным. Архиерей и иерей пусть не употребляют как попало остатков святого елея радования, так как он предызображает божественное миро. Но да хранят они их и расходуют в алтарной лампаде, держа их в особом и освященном сосуде, и отнюдь не употребляют в пищу.

Пусть хранят также божественную воду крещения, в которой потоплен грех, в которую сходил Христос, вселялся Дух Святой и через которую воссоздан человек. Пусть выливают ее в священном месте: если она будет вылита в неподобающем месте и как придется, то станет попираема не знающими, что это – вода от таинства. Потому что эта вода ничем не ниже воды святого Богоявления, над нею даже еще больше совершается молитв к воссозиданию крещаемого. Кроме того, она приемлет елей радования.

Поэтому необходимо иметь к ней благоговение и почитать ее. Я говорю это для несведущих, потому что сам знал очень многих, которые были небрежны в этом и почти вменяли это ни во что. И я от глубины души вздыхал, когда видел, что для них это ничего не значит.

После всесвятого крещения следовало бы сказать и о том, как совершается божественное миро. Но о нем и прежде мы уже достаточно говорили: что Сам Спаситель принял помазание; что миро передали апостолы; что преемник их, священный Дионисий, говорит о нем, что оно было и во времена подзаконные (хотя тогда было еще не вполне совершенно); что им помазывались цари и первосвященники, а теперь мы, все верующие, помазываемся им, почему и называемся христианами по той причине, что оно сообщает нам помазание Божественного Духа, именно – самую благодать Его.

И Христос Спаситель наш принял по человечеству все дары Святого Духа, хотя, будучи Словом Божиим, Он имел их в Себе по природе, а от исполнения Его и мы получаем благодать, как пишет Евангелие (см.: Ии. 1,16). Это – печать Христа и печать дара Духа Святого. Это – то самое, что получили апостолы через возложение рук, и через руки апостолов приняли самаряне, крещенные Филиппом, и те, на которых после крещения возложил руки Павел, и они получили Святого Духа.

Все это передано от апостолов крещающимся во Христа, а возложение рук и призывание благодати предоставлено рукополагаемым в священный сан. Они приемлют прежде, в крещении, и это помазание и уже имеют его как помазание Христово, как печать и дар Духа. А через возложение архиерейских рук принимают и рукоположение, соответственно сошествию Духа в виде огненных языков, как говорит Писание: И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго (Деян. 2, 3–4).

39. О приготовлении и варении божественного мира

Всесвятое миро освящается следующим образом. Святейший патриарх в сопровождении клира (так как он и есть источник священства и те, которые находятся при нем, от него получили и получают благодать священства) идет к месту, определенному для варения мира. Там, возложив на себя священную епитрахиль, которая знаменует даруемую свыше благодать Духа, и священный омофор, символизирующий воплощение Христово, он благословляет в Троице Бога. И таким образом молитва начинается чтением молитв «Царю Небесный», Трисвятого, «Пресвятая Троица» и «Отче наш». Потому что необходимо, чтобы в Божественных действиях Духа молитва служила началом и чтобы Дух Святой призываем был прежде всего, так как мы молимся, по слову Павла, только Духом Святым (см.: Рим. 8,15).

Когда патриарх скажет «яко Твое есть Царство», тогда читается тропарь «Благословен еси, Христе Боже»²⁸ и некоторые другие. Во время чтения тропарей патриарх вливает некоторое количество масла в сосуд, где варится миро, и благословляет его рукой в знак того, что с этого времени начинается священнодействие и что он служит вещам божественным.

Затем священнослужители приносят и остальное масло. При этом патриарх опять первый возжигает огонь, как служитель таинства Духа. Затем он произносит отпуст и уходит. Масло же для мира варится кем-либо благоговейным, знающим дело, и с величайшим вниманием. Варится оно исключительно в Великую и Святую Среду, когда евангельская блудница помазала Господа многоценным миром, о чем тогда же читается и Евангелие. Вот каким образом варится масло, знаменующее безмерное милосердие Божие. Тогда же истираются и приготовляются различные виды благовонных трав²⁹.

Когда варение масла приходит к концу, опять приходит патриарх и благовонные вещества, по его благословению, кладутся в варимое масло³⁰. Они-то и знаменуют различные дары Святого Духа. Так приготовляется и варится миро. Патриарх делает отпуст и уходит, а миро остывает. Оно уже свято, по молитвам и благословению патриарха. Но оно еще не освящено священнодействием.

40. О священнодействии святого мира

На следующий день, то есть во Святой и Великий Четверток, вливается это миро в особенный сосуд, называемый алавастром во образ мира, излитого на главу Иисуса сестрой Лазаря Марией или женщиной-блудницей.

Покрыв священным покровом, его ставят на жертвеннике во время совершения проскомидии. После начала Божественной литургии, когда совершается великий вход, впереди идет смотрящий за благочинием, потом чтецы со свечами, знаменующие Божественный свет Духа, затем – первый из священников, держа в руках алавастр мира и изображая самую благодать Духа. Держит его именно первый из священников, как совершеннейший.

Впереди него, по сторонам и сзади, шесть диаконов держат двенадцать крыльев, как говорит великий Дионисий, – то есть рипид. Они знаменуют божественные ангельские силы и естество их разумное и бесплотное, так как и Серафимов, и Херувимов пророки видели с крыльями. И как те закрываются, приемля благодать, так же и мы должны делать, что и изображаем упомянутыми крыльями. В скинии Ветхого Завета над кивотом, заключавшим в себе сень грядущих благ, были изваяны и иссечены Херувимы. Они покрывали его своими крыльями в ознаменование святости и того, что в нем содержались каменные скрижали со словами Божиими. Точно так же и здесь: над миром, над Святыми Дарами и священной трапезой³¹ подъемлются эти рипиды, как над предметами, заключающими в себе нечто высшее, или, лучше, содержащими вместо тени – истину.

В той скинии все было прообразом: опресноки – Хлеба жизни, кровь и приношение бессловесных жертв прообразовывали Кровь Бога Слова, елей помазания был предвестием дара Святого Духа. А здесь – истинный Хлеб жизни, самое Тело и Кровь Христова, непрестанно за нас изливаемая, и помазание дара Животворящего Духа.

За диаконами, держащими двенадцать крыльев, то есть рипиды, идут прочие диаконы попарно, как велит обычай, предшествуя святыне. Остальные чины идут следом. Крыльев двенадцать – по числу двенадцати учеников, которых освятила благодать Духа в начале христианства, а отчасти – по образу двух Херувимов, бывших в скинии и имевших двенадцать крыльев, как сказано: У каждого из них по шести крыл (Ис. 6, 2). То же написано и о Серафимах, хотя некоторые пишут Херувимов с четырьмя крылами, а Серафимов с шестью, объясняя, что эти последние принадлежат к более высокому чину, чем Херувимы. Церковь, будучи выше закона, изображает их шестикрылыми и имеет двенадцать рипид вместо двух Серафимов.

Итак, когда чтецы выйдут, диаконы, держащие крылья, стоят по обеим сторонам пресвитера, держащего миро, воздавая ему честь и как бы приосеняя его. Когда же он достигнет святых врат, патриарх сходит со священного подножия (у престола), берет миро из рук пресвитера и возлагает на священной трапе́зе, воздавая большее чествование миру, чем даже Дарам – либо потому, что в это время они еще не освящены, либо, может быть, потому, что миро более освящено молитвами. Потому что, хотя Дары освящены и предложены Богу, но еще не совершены и суть дары вместообразные, а миро, хотя также еще не освящено, но уже дважды приняло молитвы от архиерея и было благословлено им. Или (предположу) так делается потому, что оно бывает нужно раньше, так как миро принимается прежде причащения, – ведь мы прежде помазываемся миром, а только потом причащаемся Таин. И престол прежде освящается миром, и лишь потом совершается на нем священнодействие литургии. Потому что прежде нам необходимо освятиться, и тогда уже принять Святого.

Итак, возложив с левой стороны дискоса на божественную трапезу миро, патриарх совершает литургию. По освящении Святых Даров, сказав: «И да будут милости Великаго Бога», прежде чем диакон скажет: «Вся святыя помянувше», восходит на подножие святой трапезы и, открыв миро, знаменует его трижды.

Таким образом, миро делается уже освященным; и необходимо, чтобы при этом оно не было покрыто, но чтобы прямо и непосредственно приняло освящение.

41. Изъяснение молитвы о мире

Знаменовав миро, архиерей нисходит, преклоняет голову и читает первую молитву «Господи милосердия и Отче светов».

Видишь ли теперь, что елей есть символ милости Божией? А все другое, что входит в состав мира, служит образом Божественных даров. Но вот оно и действительно приемлет самую благодать Духа, потому что архиерей вспоминает Того, от Кого нисходит всякое даяние доброе и всякий дар совершенный (Иак. 1,17). Он говорит Ему: «Ты даровал сие миро и в законе, и пророкам, и апостолам Твоим. Ниспосли на него Духа Твоего Святого и сотвори его помазанием царственным, даром духовным, освятительным для душ и телес».

Вот поистине освящаемое миро: оно подает освящение Духа. Вот елей радования, который весьма выразительно называется елеем как дар милости Божией, предпосланный еще в законе. Вот чего прообразом было миро подзаконное и что в полном свете явилось в Завете Новом.

Видишь ли, насколько более явственным предстает миро в благодати, когда обильно преподается нам дар Святого Духа? В законе помазуемы были священники и первосвященники, пророки и цари. И они подлинно воспринимали начаток Духа, как, например, Моисей и семьдесят мужей, которые приняли от Духа, бывшего на нем; как Аарон и Самуил, а также Давид, принявший Духа через помазание после того, как Саул, приняв помазание, согрешил, и другие, следовавшие за ними.

«Имже, – говорит архиерей, – помазал Ты и самих апостолов Твоих». Видишь ли теперь, что сошествие Духа на них было для них святым помазанием? «И всех, которые до дня сего возрождены были банею пакибытия от преемственно следовавших друг за другом епископов и пресвитеров». Вот, не первосвященники только, священники, пророки и цари приняли божественное миро, но и все, крестившиеся во Христа и сделавшиеся помазанными Господними. Потому все верные (если только хранят себя во святыне) обладают благодаря этому помазанию силой и пророчествовать, и совершать исцеления, и изобилуют многими другими дарованиями Божественного Духа.

«Ей, Господи Боже Вседержителю, освяти наитием покланяемого и Святого Твоего Духа». Опять архиерей молится о наитии Всесвятого Духа, потому что все бывает в нас от Отца Словом во Святом Духе. И как Словом Господним небеса утвердишася, и Духом уст Его вся сила их (Пс. 32, 6) – ибо они совершены были тем же Духом, – так точно бывает и в отношении ко всякому дару, который подается от Отца Словом во Святом Духе, особенно после домостроительства спасения нашего, совершенного Богом Словом. Отец являет Свое благоволение, Сын действует Своей силой, а Дух Святой совершает.

«Одежду нетления, – молится архиерей, – и печать свягценносовершительную, напечатлевающую на приемлющих божественную баню Твою святое имя Твое и Единородного Твоего Сына и Святого Твоего Духа». Одежду нетления – так как Дух животворящ и дарует бессмертие. Печать священносовершительную – так как Он дарует нам благодать и имя Святой Троицы, поскольку мы священносовершаемся в Троице.

«Да будут они ведомы пред Тобою» – то есть знаемы Тебе, Богу. О дар божественного мира! О величайшая благодать! О какого дара лишается тот, кто не получает этого дарования! «Присными, – продолжает архиерей, – и сожителями, рабами Твоими и чадами». То есть благодаря приятию мира благочестивые делаются присными и истинными рабами Богу. Подлинно величайший дар! «И освященными, – продолжает, – душой и телом». Вот – делает их святыми и безгрешными, потому что дальше говорится: «Свободными от всякой злобы и очищенными от всякого греха облечением в одежду нетления». Этим внушается, что миро преподается тотчас после бани пакибытия, то есть крещения.

Обрати внимание и на другой величайший дар. «Да по сему святому знамению Твоему, – говорит архиерей, – познаваемы будут от святых Ангелов, Архангелов и всех пренебесных сил». Этим выражается, что через миро мы делаемся подобными Ангелам и через него мы ведомы им. Таким образом, выходит, что не помазанные миром неведомы как свои ни Богу, ни Ангелам: поскольку они – не запечатленные, постольку и не назнаменованы для Христа.

Примет христианин и еще великий дар. «И страшными, – говорит архиерей, – для всех лукавых и нечистых демонов». Отсюда явствует, что назнаменованные божественным миром для демонов страшны. О величайшая благодать Божия!

Смотри далее, как мы, верные, делаемся через божественное миро чем-то новым. «Да будут Тебе род избранный, царское священство, народ святой – те, которые запечатлены сим пречистым миром Твоим». Таким образом, через это мы приемлем на себя печать Святой Троицы; а тот, кто не помазан этим божественным миром, не имеет такой печати.

Но какой еще величайший дар дает нам эта молитва, которую я изложил всю, чтобы мы узнали дары, подаваемые через миро? «И имели, – говорится, – Христа Твоего в сердцах своих, освящаясь в жилище Тебе, Богу и Отцу, во Святом Духе». Вот: через него и Христос – в сердцах наших, и мы соделываемся жилищем и храмом Бога Отца и Сына Его Иисуса Христа и Святого Духа.

Таким образом, миром этим довершается крещение и мы благодаря ему делаемся храмами Троицы. Поэтому оно преподается после крещения и низводит на нас Духа, что явил и Спаситель, когда крестился в Иордане. Через посредство этого же мира мы делаемся духовными, и облагодатствованными, и запечатленными печатью Божественной Троицы, так как мы освящаемся, очищаемся и возрождаемся в святой воде Ее именем, а через миро приемлем Ее печать и дары. И как некрещеный остается нечистым и не возрождается в жизнь вечную, так не помазанный после крещения не имеет печати и знамения Святой Троицы и не приемлет благодати Духа. Потому что божественные таинства взаимно связываются друг с другом, и как нераздельна Троица, так нераздельны и дары Ее.

Итак, совершив эту молитву, патриарх возглашает в заключение: «Яко Свят еси, Боже наш, и во святых почиваеши», принося благодарение, соответствующее таинству, так как миро является миром освятительным и предназначается для освящения и даяния даров Всесвятого Духа. Потом патриарх говорит: «Мир всем». И это сообразно с совершающимся, потому что Дух есть истинный и щедродательный Податель мира.

Когда диакон скажет: «Главы наша Господеви приклоним», патриарх преклоняет главу (потому что необходимо повергаться пред столь великими дарами и благодарить Бога) и прибавляет другую молитву: «Тебе, Богу всяческих и Царю, выю сердца мы с благодарением преклонили». Это нужно делать благодарным рабам – для чего? «Да сподобишь нас, недостойных, быть служителями сих Божественных Твоих тайн». Поистине величайшим даром является то, что людей земных и телесных явил Он служителями небесных тайн!

«И возвещать милость Твою, которую Ты обильно излиял на нас». Вот и опять учит, для чего освящается елей: во образ Божественной милости. «Излиять ради Духа», Которого через Иоиля обетовал излиять на всякую плоть (Иоил. 2, 28).

«Молимся, – говорит, – да сподобимся приять от Тебя освящение, как миро, сходящее на главу». Вот и главнейшая сила мира – освящение.

«Поелику миро излиянное – имя Единородному Твоему Сыну, Христу Богу нашему, Которым облагоухается весь мир, как видимый, так и невидимый», – говорит архиерей, из Песни Песней принося молитвенное пение Небесному, прекрасному и благоуханнейшему Жениху душ.

Потом, подняв главу, возглашает: «Яко подобает Тебе всякое поклонение, Отцу, Сыну и Святому Духу, ныне и присно и во веки». То есть: Ты един поклоняем, и никто другой; Ты всех освящаешь, и от всех Тебе подобает поклонение.

42. О том, что миро принимают все верные, а рукоположение – исключительно архиереи и священники

Когда это сделано и произнесено, миро является уже освященным на священной трапе́зе. И всякий крещаемый помазывается им и, знаменуясь, освящается. И самые святые престолы вместе с храмами, будучи помазаны им, освящаются и исполняются славы Божией и освящения. И цари, помазуясь вторично, делаются помазанниками Господними и являются вождями благочестивых. А архиереи и священники – только они одни – посвящаются через рукоположение. Его не получает ни царь, ни инок. Это особенная благодать и действие вседеятельной силы, воссозидающей и освящающей все. Однако же, если вникнешь в дело, найдешь, что и рукоположения совершаются не без мира.

Клирик:

То, что сказал ты, владыка, мы усвоили тщательно и преисполнены веселья. И благодарение

Богу, творящему все это ради нас! Объясни же нам и прочее. И прежде всего проясни то, что ты сказал теперь: каким образом и рукоположения совершаются не без таинства мира?

43. О том, что таинства преподаются одно через другое и одно через другое совершаются

Архиерей:

Чтобы в нас всегда пребывало преемство благодати от Христа, ни таинство мира не совершается без мира, ни таинство рукоположения. Почему и священство совершается не без мира – это узнаешь ты вот из чего.

Вначале миро ставится и освящается на престоле, и без престола оно не может быть освящено. Престол же предварительно помазуется миром и им освящается. Следовательно, миро освящается не без мира. В свою очередь, миро освящается архиереем, и без архиерея невозможно освятить его. Архиерей же помазан при крещении миром и имеет рукоположение благодатью Духа.

И рукоположения, сказали мы, совершаются не без мира, потому что они совершаются при престоле, престол же помазан миром, и без престола никто из православных не рукополагается. Таким образом, в мире имеет нужду и священническое рукоположение, заключающее в себе и рукоположение, и призывание Духа.

Латиняне вводят нечто новое: при рукоположениях помазуются, по ветхому закону, миром и рукополагаются не у престола. Миро же освящается только епископом, как написано это и в чинопоследовании таинства мира, потому что именно епископ имеет силу просвещения душ и во всей полноте благодать Духа, почему и обладает изобильной благодатью подавать Божественный свет, то есть способность давать дары в подражание Богу, Отцу светов.

44. О том, что епископ совмещает в себе семь священнодействий

Поэтому епископ обладает силой совершать семь священнодействий, по числу Божественных действий Духа. Священнодействия эти – крещение, миропомазание, поставление чтеца, посвящение (хиротесия) иподиакона, рукоположение (хиротония) диакона, пресвитера, епископа.

Будучи посвящен для всего этого, он один наделен благодатью сообщения даров благодати другим. Поэтому он один и совершает рукоположение, и освящает миро, а через эту двоицу³² может все совершить и все сам совершает, подражая Богу и имея в изобилии благодать Его, – потому что собственно архиерей совершает все таинства через священников и прочих клириков, рукоположенных им. Это утверждает и Дионисий.

Клирик:

Как же это бывает, отец?

45. О том, что миро и рукоположение – от одного лишь епископа и что посредством них епископская благодать простирается на все священные действия

Архиерей:

Узнай следующее. Ни один священник не может совершать литургию или иное священнодействие силой Духа, если не имеет рукоположения; рукоположение же – от архиерея. Следовательно, через священника действует благодать архиерейская.

Далее. Священник не совершает таинств без престола, престол же освящается миром, а миро освящается одним только архиереем. Значит, без архиерея не было бы ни жертвы, ни священника, ни престола. Таким образом, все это бывает лишь при посредничестве архиерея.

Также никто не крестит, если не имеет рукоположения, а рукоположение – от архиерея. Священник не может крестить без мира, миро же – принадлежность архиерейства. Отсюда следует, что архиерейство совершает все божественные таинства и участвует во всех священных действиях. Так что без него не будет ни престола, ни рукоположения, ни святого мира, ни крещения, ни, следовательно, христиан. Итак, через архиереев – истинное христианство и через них – все таинства Христовы.

Рукополагаемые же справедливо не помазываются видимым образом, так как они не совершают ничего вещественного, но все – духовное, потому что они приблизились к истинному миру – Иисусу Христу, имя Которого – Миро излиянное.

46. О том, что Христос – источник священства и что от Него через Его преемников преподается благодать

Итак, от тех Божественных рук и уст приняв благословение и дуновение, рукоположение и благодать, мы, когда посвящаемся, через освященных от Него по преемству получаем благодать, и источник благодати для нас – Христос, Который именно и действует вся во всех.

Клирик:

Каким же образом архиерей, будучи монахом и часто участвуя в причащении, получает право только семи священнодействий?

Архиерей:

Причащение предлагается всем верным и, собственно, бывает не для архиерея, но для того, чтобы священнодействие относилось к самим Всесвятым Телу и Крови Христа, которые преподаются в причащение всем верным. И оно, это священнодействие, само по себе есть единственная цель всех священнодействий и преподается только ради причастия. Монашеский же образ есть образ, свойственный покаянию: он очищает падшего или возвышает преуспевающего в добродетели, но не посвящает в иерея. Поэтому и епископы некогда поставлялись и без монашеского образа³³, и монахи, не ведущие приличной жизни, не могут достигнуть священства. Видишь ли теперь, каково благочиние Церкви?

Клирик:

И это поняли мы. Наконец, владыка, научи нас и тому, что за этим следует. Потому что в процессе учения в нас всегда возникает потребность в новых знаниях.

О священной литургии

Архиерей:

Благодарю тебя, брат. Ведь ради вас углубляясь в предмет, и сам я узнаю кое-что из вещей нужных, и не стыжусь признаться в этом. Итак, ради вас и ради себя самого я буду говорить еще, по мере сил.

Теперь следовало бы предложить учение о страшном и божественном священнодействии – литургии. В этом же порядке излагает и великий Дионисий, говоря после таинства божественного мира об этом священнодействии. Однако же пусть никто не подозревает нас в дерзости и не обвиняет в гордости за то, что мы покушаемся говорить о вещах столь великой важности, которые изъяснили апостольские и божественные мужи – люди, вознесенные превыше небес и посвященные в неизреченные тайны Божии.

Итак, не для того, чтобы сказать что-нибудь больше сказанного ими, – нет, избави нас Бог от такого неразумия, или, вернее сказать, хулы! – но чтобы изложить в духе любви и для себя, и для братии, насколько доступно, нечто из того, что они написали небесно и достойно себя. Изложить, стремясь их словами освятить свой ум и под их руководством, признавая себя их чадом и рабом, стремясь достигнуть света божественнейшего ведения. И это – их заповедь и повеление. А так как молитвами их мы удостоились одной с ними благодати³⁴, то и необходимо нам исследовать и позаботиться узнать те божественные таинства, которые мы совершаем, чтобы взойти, подражая им, к высшему ведению. Потому что именно для этого они и изъясняли божественные священнодействия.

Итак, что касается священной литургии, которую святой Дионисий называет Евхаристией и причащением, то мы, держась руководства этого мужа апостольского и других, подобных ему, говорим о ней в меру сил и в других местах, так же как и о храме Божием, о священных одеждах и о священном руководстве к познанию Таин³⁵.

А теперь, имея в виду то, что сказано святым Дионисием, дадим, какие можем, объяснения. Сделаем это кратко и последовательно, чтобы не нарушить порядка таинств.

Итак, причащение – это соединение Бога с нами, наше обожение, освящение, исполнение благодати, просвещение, отражение всего сопротивного, подаяние всякого блага и – что еще? – теснейшее единение и общение с Богом. Оно – таинство таинств, освящение святых и поистине Святая святых, священнодействие, высшее всех священнодействий, священноначальственное и священносовершительное, потому что единый Священноначальник – Бог Слово – совершил его и заповедал. И эта Жертва – Он Сам, преподавший ее нам, чтобы пребывать с нами.

Коснувшись того, что относится к этому величайшему таинству, божественный Дионисий кратко излагает все в возвышеннейших словах и, просвещенный созерцаниями, предлагает совершенно ясные толкования. То же делает он и в отношении прочих таинств. А нам, немощным и последним из учеников его, как простирать взор к тому, что было ему открыто? Однако же, насколько в состоянии будем уразуметь то, что написано святым Дионисием и преемниками его благодати, а также и нашими божественными отцами, скажем, уступая вашей просьбе и для просвещения душ наших.

Попытаемся сказать обо всем, что совершается в предложении, стараясь, насколько возможно, открыть, какой смысл имеет каждое священное действие.

Итак, приступим во имя Христово.

47. Что означает нисшествие святителя с кафедры, а также священные одежды и облачение в них

Архиерей сходит с кафедры своей, что знаменует нисшествие Бога, и, совершив троекратное поклонение Богу, испрашивает благодати и силы на совершение божественной службы, показывая этим, что он – служитель Божий и Его силой служит тайнам Его.

Затем он облачается в священные одежды, которых семь по числу семи действий Духа: стихарь (подризник), епитрахиль, пояс, поручи, палицы, фелонь, или саккос, и, наконец, омофор. Все вместе они знаменуют вочеловечение Христово и все, что относится к тайне вочеловечения. В отдельности же каждая имеет свое особое значение.

Стихарь, обыкновенно белый, знаменует свет и чистоту Божию и то, что Господь создал и принял на Себя природу нашу беспорочно. Если же он пурпурный, то указывает на страдания, на то, что вочеловечившееся Слово пролило ради нас кровь Свою. Так называемые источники на стихаре знаменуют дары учения, а также и потоки крови Спасителя нашего. Поэтому только архиерейский стихарь имеет их, так же как и мантия³⁶.

Мантия – одежда, охватывающая и обнимающая все тело, – изображает промыслительную, и вседержительную, и всеохраняющую благодать Божию. А источники на ней означают различные струи учения, вечно источаемые двумя Заветами – Ветхим и Новым. Они символизируются также скрижалями³⁷, указующими, кроме того, и на открытое в груди, то есть в сердце, ведение Евангелия Христова, которое и при рукоположении святитель воспринимал на голову открытыми письменами³⁸.

Сюда могут быть отнесены и слова: Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой, то есть действия Духа, как учит само Священное Евангелие, когда говорит: Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него, прибавляя это, чтобы показать, что мы приемлем благодать, а не природу Духа: Потому что Иисус еще не был прославлен (Ин. 7, 38–39). О чем Евангелие учит, говоря: Ибо еще не было на них Духа Святаго (Ин. 7,39)? О том, что Он и был, и есть, и будет по естеству и ипостаси, и всегда является Источником дарований. Но еще не были сообщены дарования Его, потому что еще не была принесена Крестная жертва, ибо это-то и значат слова: Потому что Иисус еще не был прославлен, так как Крест – слава Христова.

48. Об архиерейской мантии, панагии и пастырском жезле

Итак, когда уже Христос принес Себя в жертву за нас, умер, воскрес и взошел на небо, тогда сошел Дух и мы получили благодать, и из сердец верных текут реки даров Его – именно это изображает мантия.

А крест или панагия³⁹, висящие на груди архиерея, – это как бы печать и свидетельство веры. Они для того и вешаются на груди, чтобы свидетельствовать об исповедании веры сердцем.

А жезл, который архиерей держит, означает власть Духа, силу утверждения народа в вере, пастырства над душами, путеводительства, наказания непокорных, привлечения к себе отдаляющихся (поэтому-то он имеет сверху ручки наподобие якорей), силу отражать зверонравных и злонамеренных людей. Наконец, он знаменует Крест Христов, который есть вместе с тем и знамение победы Христовой, которым мы и побеждаем, и утверждаемся, и путеводимся, и пасемся, и запечатлеваемся, и детоводимся, и привлекаемся ко Христу, умерщвляя страсти, и прогоняем врагов, и хранимы во всем.

А то, что архиерею предшествует служащий, который несет зажженный светильник, означает сияние благодати, почивающей на архиерее, и силу преподания ее через его посредство и лицам священным, и всем прочим верующим. Потому что все дары подаются всем через архиерейскую благодать и ничто – без нее. Поэтому-то у святого Дионисия архиерей называется просвещающим и подражателем Отца светов и истинного Света – Иисуса, имеющим благодать апостолов, которые названы были светом мира.

Сверх того, предшествующий архиерею свет знаменует дар учительства, распространяющего свет познания Божия и добродетелей, а также – ангельскую, божественную, чистую и светлую жизнь священных мужей, и особенно учителей, о которых написано: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф. 5,16). Означает светильник и то, что архиерей путеводит к свету, подражая Христу – Свету мира, как Он и сказал о Себе (см.: Ии. 12,46). Светильник означает также, что архиерей имеет в изобилии благодать Христову и ведет к ней тех, кто следует за ним.

Столько значений имеют эти вещи, и еще гораздо больше, смотря по тому, как кто способен рассуждать о предметах божественных.

49. О том, что архиерейских священных одежд семь, какие они и какое каждая из них имеет значение

Архиерей, как мы сказали, надевает сначала стихарь (подризник) – светлую одежду нетления и святыни, означающую свет и чистоту Иисусову, а также непорочность и световидность Ангелов. При этом он произносит молитву из псалма: «Возрадуется душа моя о Господе» (см.: Пс. 34, 9).

Потом облачается в епитрахиль, которая знаменует данную свыше, с неба, от Бога, благодать, что выражается и произносимой при этом молитвой: «Благословен Бог, изливаяй благодать Свою на священники Своя».

Потом – пояс, служащий образом силы, даруемой от Бога для приношения Жертвы, о чем свидетельствует и молитва, произносимая при препоясании, в которой облачаемый говорит: «Благословен Бог, препоясуяй мя силою». А вместе с тем пояс указывает и на дело служения, ведь тот, кто служит, опоясывается. Кроме того, пояс, лежа на чреслах, знаменует собой целомудрие и чистоту.

Потом – палицу (епигонатий)⁴⁰, означающую победу над смертью и Воскресение Спасителя и как бы изображающую меч, на что указывает и молитва: «Препояши меч Твой по бедре Твоей, Сильне», – почему палица и получает значение и силы, и победы, и восстания Христова по силе Его всесовершенной чистоты и безгрешности. Поэтому-то палица и привешивается на бедре и облачаемый говорит при этом: «Красотою Твоею и добротою Твоею, и наляцы, и успевай, и царствуй истины ради, и кротости, и правды». «Истины» – так как Он Сам есть и Истина, и Милость пред лицом Божиим. «Кротости» – так как Он претерпел страдания. «Правды» – потому что Он умер, будучи неповинен, и упразднил смерть.

Затем облачаемый берет поручи, которые означают всесовершающую силу Божию, что выражают и молитвы: «Десница Твоя, Господи, прославися в крепости» и: «Руце Твои сотвористе мя и создаете мя»⁴¹. Поручи указывают еще и на то, что Христос руками Своими совершил Тайны и что руки Его во время Его страданий были связаны.

Потом надевает фелонь (саккос, полиставрий). Эти названия, в особенности саккос и полиставрий⁴², означают бывшие на Спасителе во время страданий хламиду и вретище. Еще символизируют они всепромыслительную, всеохранительную и всесодержительную благодать Божию, которую выражал весь облик Его в период Его земной жизни и страданий.

50. О том, что омофор, в который облачают архиерея, имеет особый смысл и что поэтому его следует изготовлять из шерсти, а не из иной материи. А также о том, что значит шествие по направлению к западной стороне храма

Наконец, архиерей надевает омофор, который, облегая плечи, знаменует спасение и воззвание заблудшей овцы, то есть всех нас, людей, чей образ принял Спаситель, в котором Он пострадал и спас нас через Свою Крестную смерть. Поэтому-то и делается омофор из шерсти и имеет спереди и сзади и на груди крестообразно четыре креста, напоминающих распятие. Облаченный таким образом архиерей стоит и благословляет служащих ему.

Диаконы же изображают Ангелов, послуживших Богу при тайне Его воплощения. С ними-то, идущими впереди попарно по образу небесного чина, которому подражают живущие на земле, архиерей совершает в молчании шествие к западу, сам идя позади. Этим знаменуется, что Спаситель жил смиренно и бедно в первое Свое пришествие и что перед лицом Своим послал по двое апостолов, которым соприсутствовали содействовавшие им Ангелы.

Итак, архиерей стоит с диаконами близ западных врат, изображая спасительное нисшествие Христа до земли и даже до ада. Нисшествие, которым избавил Он и живых, и умерших.

51. Какое значение имеет принятие благословения от первого архиерея подчиненными ему архиереями и священниками и клириками перед облачением их в священные одежды и делаемый ими поклон

Священник, поклонившись сначала архиерею в знак подчинения и приняв благословение, совершает на жертвеннике проскомидию. Это делается для того, чтобы молитва предшествовала действиям божественным и чтобы испрошено было на них позволение. Потому-то иерей, взяв прежде всего благословение и поцеловав руку архиерея, идет священнодействовать, после того как то же самое сделают диаконы. Это совершается перед тем, как архиерей облачится в священнослужебные одежды.

Этим и священники, и архиереи, и все, обязанные делать это, свидетельствуют, что рукой первоархиерея они были рукоположены и стали архиереями, священниками и клириками, а также что они – причастники благословения и хранят смирение и порядок и приступают к Богу с благословения и позволения. Кроме того, каждый из них показывает таким образом, что будет совершать дело служения с покорностью и миром.

Итак, после позволения и благословения второй из священников отходит. Он совершает предначинательное священнодействие и занимает второе, после первого, место, или, лучше сказать, изображает собой преобразовательные гадания, дела и речи пророков, потому что говорит во время предложения⁴³ о заклании и смерти Христовой словами Исаии и прочих пророков. Во время приготовления Даров он символически изображает все дела Крестителя и говорит слова его перед пришествием Господним⁴⁴. Креститель, когда крестил Христа, учил и проповедовал о Нем и служил Ему – а здесь служит второй из священников.

И вот, он отходит [для совершения проскомидии] и с прочими священниками облачается в священные одежды. Поклонившись три раза перед престолом и сам также помолившись о том, о чем молился архиерей, и поцеловав священную трапезу в знак любви к Богу и единения с Ним и в знак того, что от престола принял освящение, он так же, как и архиерей, благословляет и целует каждую из священных одежд, в которые облачается. Этим он показывает, что одежды освящены и освящаются Крестом Христовым, а когда надеваются, опять преподают освящение.

Он, возведенный к совершенству и имеющий благодать священносовершения, надевает пять одежд. Потому что здесь имеются в виду пять совершенных телесных чувств и пять сил душевных, которые и освящает священник, крестя и освящая человека. Вот потому-то он и надевает пять одежд: стихарь, епитрахиль, пояс, поручи и фелонь. Во время постов эти одежды бывают и темно-красными в знак нашей печали о грехе, а также ради памяти Закланного за нас, чтобы мы подражали Ему, вспоминая страдание Его перед празднованием Воскресения Его⁴⁵.

Некоторые же из старейших пресвитеров и носящие крест⁴⁶ и некоторые из архимандритов имеют и палицу (епигонатий) – это уже по дару архиерейскому, так же как и крест, потому что никому, кроме архиерея, не положено носить крестов на фелони и на голове и иметь палицу⁴⁷. Однако же названным лицам, ради рукоположения их прежде других, дается право носить крест и возлагать на себя в священнодействии палицу. Ведь вместе со священством одни из них получают назначение в должность судьи или какого-либо другого важнейшего церковного служения, другие поставляются пастырями душ (духовниками) и экономами, потому и носят некоторые отличия первого пастыря, которому и обязаны подражать.

52. О том, что совершается на проскомидии

Второй из священников отходит к предложению вместе с диаконом, заранее приготовившим священные сосуды. Совершив троекратное поклонение Богу, он творит благословение (то есть возглас «Благословен Бог») и, взяв один из принесенных хлебов, знаменует его копием крестообразно, изображая спасительную страсть Христову и воспоминая, как говорится, Его страдания. Он говорит три раза: «В воспоминание Господа и Спаса нашего Иисуса Христа», явственно выражая этим, что совершает то, что передано от Христа.

Потом копием, которое служит образом того копья, которым прободен был Господь, надрезает четырехчастно на печати просфору и говорит словами Исаии: «Яко овча на заколение ведеся» и прочее (см.: Ис. 53, 7–8), указывая на предвозвещение таинства. При словах же «Яко вземлется от земли живот Его» влагает копие сбоку и изымает [из просфоры] четырехчастный хлеб вместе с печатью, который и возлагает на дискос.

53. Что означают святой дискос и другие предметы, используемые во время проскомидии

Дискос изображает небо, почему и имеет круглую форму: он подъемлет Владыку неба. А так называемая звездица означает и звезды вообще, и в особенности звезду, явившуюся при Рождестве Христовом подобно тому, как покровы знаменуют и твердь, и пелены, и плащаницу, лежавшую во гробе, и погребальные принадлежности. Они изображают и то, что относилось к воплощению, и то, что относилось к смерти, потому что Он для того и воплотился, чтобы быть закланным за нас. А предложение (жертвенник) – это образ и пещеры, и яслей. Чаша же изображает собой ту чашу, которую дал Спаситель в Завет и Таинство Крови Своей.

Поэтому-то, произнеся над хлебом пророческие слова, предвозвещающие заклание и Жертву Иисусову: «Се Агнец Божий, вземляй грехи мира» и: «Вземлется от земли живот Его», воскресшего после страданий, и восшедшего на небеса, и живущего там, и оттуда подающего нам освящение, – священник режет опять хлеб посередине, делая крест, чем указывает на распятие Христово. При этом он говорит, что это-то и есть Жертва Христова – распятие: «Жрется, – говорит он пророчески, – Агнец Божий, вземляй грех мира за мирский живот и спасение». Потом пронзает хлеб с правой стороны копием, изображая и делая то, что действительно было сделано по отношению к спасительному телу Спасителя.

Вслед за тем, благословляя вино и воду, вливает их в потир, говоря при прободении хлеба: «Един от воин копием ребра Его прободе», а когда вливает вино с водою: «И абие изыде кровь и вода» и прочее, свидетельствуя, что совершает ту же самую Жертву и священнодействие Христовы и, совершая воспоминание о Нем по Его заповеди (см.: Лк. 22,19), изображает то, что Он претерпел за нас.

54. Почему приносится хлеб квасной

Хлеб же берется квасной, как бы в некотором смысле одушевленный посредством закваски и истинно совершенный. Этим обозначается совершенство того, что приняло на Себя ради нас Слово Божие, воплотившееся без изменения и пребывавшее с душой словесной и разумной, то есть что Христос принял истинное человеческое естество. Этим свидетельствуется, что Христос есть и был и совершенный Бог, и совершенный Человек, чтобы воссоздать всего человека.

Три вещества содержит этот хлеб в соответствии с трехчастностью души и в честь Троицы: муку с закваской, которая служит образцом души; воду, означающую крещение; и соль, знаменующую ум и учение Слова, Которое сказало ученикам: Вы, учителя, – соль земли (Мф. 5,13), а также: Имейте в себе соль (Мк. 9, 50), то есть ведение и одновременно любовь.

Хлеб указывает и на то, что Воплотившийся есть один от Троицы. Будучи испечен на огне, он знаменует, что Христос, будучи Богом, весь соединился с нами и предал нам Свою мощь и силу, или, лучше сказать, весь соединился со всем нашим первозданным естеством.

55. Почему хлеб, приносимый для священнодействия, четырехчастен

Хлеб потому бывает четырехчастный, а не круглый и опресночный (какой употребляют для жертвы латиняне), что, как сказали мы, и он должен быть совершенен. Ведь Бог воспринял всего совершенного человека, состоящего из души и четырех стихий, и весь мир также четырехсторонен, а Слово есть Зиждитель мира.

Хлеб четырехчастен и потому, что Христос принял тело, включающее четыре стихии, и потому, что воплотившееся Слово освятило все пределы мира – и небесные, и земные. Так самый вид этого хлеба образует Крест Христов, которым Бог, пригвоздившись к нему и умерев, исправил нас и весь мир.

56. О том, что латиняне поступают неправильно, принося опресноки, и притом округлые, ведь Христос воплотился, сама же плоть – от стихий

Латиняне говорят, что округлость и отсутствие оконечностей у опресноков означают бесконечность Божества. Что на это скажем мы, православно мыслящие? Мы скажем, что здесь речь идет не о Божеском естестве, но проповедуется таинство воплощения и страдания. Здесь изображаются обстоятельства вочеловечения и распятия. Однако же и образ бесконечности Божества не отвергается и не оставляется у нас, но зримо передается через печать на хлебе. Здесь-то ему в первую очередь и должно быть.

То, что касается домостроительства Спасителя, в совершенном виде созерцается в хлебе и четырехчастном виде его, а свойства Божества – в печати хлеба, которая имеет вид круга с крестом посередине, или же на ней изображается Сам Спаситель. Все это вместе указывает на безначальное и бесконечное воплощенное Слово, Которое одновременно и пребывало Богом, и явилось подобным нам, в человеческом облике, Которое истинно воплотилось и пострадало, пребывало в образе Божием и явилось в образе человеческом.

Поэтому следует изображать во Христе не только то, что принадлежит Божеству, но и свойства человеческие, чтобы не подумали, как некоторые еретики, что человеческие качества при воплощении уничтожились и что Христос был исключительно только Богом. Подобное говорят те, которые признают в Нем одно лишь человеческое естество.

Но не так было, и мы не такое учение приняли. Он пребывает совершенным по тому и другому естеству – в крайнем соединении Божества с человечеством Его. Он всецело обожил человеческое естество и соединил его с Богом теснейшим соединением, но сохранил и Свое, и есть одновременно и совершенный Человек, в определенном месте видимый, и совершенный Бог, везде сый и превысший всего, и сохраняющий свойства телесной природы. Поэтому и по Воскресении в нетлении Он был видим и осязаем и вошел, когда двери дома… были заперты (Ин. 20, 19).

Видишь ли теперь, что Христос и нетленен был, и сохранил Свои Божественные свойства, что Он – одновременно и несозданный, и созданный, что Он имеет две природы, хотя и един по совершенной Ипостаси? Держись же православия, не приноси мертвых и бездушных опресноков, не возобновляй обрядов иудейских, не вводи снова ветхого закона, не твори празднества на бесквасном хлебе!

57. Против латинян, приносящих опресноки

Но что, – скажет латинянин, – Павел говорит? Что, мол, должно приносить опресноки, имея в виду следующие слова апостола: Посему станем праздновать не со старою закваскою, не с закваскою порока и лукавства, но с опресноками чистоты и истины (1 Кор. 5, 8).

О, неразумие! – скажем мы, правомыслящие. Так-то ты разумеешь то, что говорит богопроповедник? О, человек! Эти слова говорит он, уничтожая корень и причину греха. Не со старою закваскою… порока и лукавства, – говорит совершенно справедливо. И ты отвергни эту закваску: блуд блудодействовавших в Коринфе и всякую другую нечистоту, потому что в этом вся цель речи и об этом апостольское слово. Извергните, – говорит, – развращенного из среды вас (1 Кор. 5, 13). Разве не знаете, что малая закваска квасит все тесто? (1 Кор. 5, 6).

Порок, как разрушительная болезнь, начавшись от кого-нибудь одного, переходит и к прочим. Вот почему сказано: Очистите старую закваску, чтобы быть вам новым тестом (1 Кор. 5, 7), да будете новым тестом во Христе, как новые и безгрешные, подобно Христу, потому что и Христос есть Новый Человек – Адам, и вы через Него «бесквасны», то есть непричастны греху, – крещением и миром.

Ибо Пасха наша, Христос, изведший нас из Египта греховного, заклан за нас (1 Кор. 5, 7) – вот мысль и слово Павла. Руководись ими, отвергай и удаляй от себя закваску греха и весь будь непричастен ему.

58. Что значит Царство Небесное подобно закваске (Мф. 13, 33)

Но не убегай закваски нетления, которой уподоблено Царство Небесное, собирающее, соединяющее собою и преобразующее в себе уверовавших в Божественную проповедь. Эту-то закваску женщина, то есть Церковь Пренебесного

Жениха, взяв, положила в три меры муки — в три разряда спасаемых: рабов, наемников и сынов; целомудренных в браке и девственников, доколе не вскисло всё (Мф. 13, 33) – все, что удостоено в воскресении Царства Божия.

Церковь собрала и праведных, бывших прежде закона, и тех, которые были во время установления закона, и праведных в благодати, и это совершила благодать Евангелия. Ведь Сам Спаситель – истинно Божественная и чистейшая Закваска, Хлеб жизни и Царь Вечный; Он, воплотившись и придя в мир, спас живших прежде закона и в законе, освободил их от уз и соединил с уверовавшими в Него. И с другой еще целью пребывает Он сокровенным, как чистая и живая Закваска – в ту меру, в какую принимает Его тварь, Он как бы разделяется тройственно по разумным созданиям, каковы: Ангелы, святые, отошедшие на небо, и мы, живущие и верующие в Него.

Доколе не вскисло всё — когда все воскреснет через Него и все будет едино, тогда и наше естество будет участвовать в славе Его и Его Ангелов.

59. Почему в законе хлебы опресночные, а в благодати – квасные

Будь же и сам ты заквашен о Господе, и старайся быть закваской Царства Небесного, и не спеши приобщаться опресночных хлебов ветхого закона. Потому что закон – тень и образ бездушный, чуждый жизни, почему он и имел опресночные хлебы – мертвые и соответствующие ему тени, которые и назывались не просто хлебами, но опресноками, имея с хлебом только нечто общее и нося только имя хлеба.

Будь причастником великой жертвы Мелхиседека, хлеб которой – квасной, а не опресночный, – и вино были предвестием новой Жертвы Мелхиседека, Вечного и Истинного Мелхиседека и единого Архиерея Иисуса Христа, о Котором написано: Ты священник вовек по чину Мелхиседека (Евр. 5, 6). Если же не хочешь, то, может быть, вместе с опресноками будешь и жертву приносить, и приобщаться бессловесного агнца по-иудейски, будешь совершать их празднества и принимать опресноки как дары, что запретили нам делать отцы наши? Может быть, ты примешь и обрезание, будешь субботствовать? Это уже станет естественно для тебя, так как для тебя там не будет ничего недостойного, и ты часто и в трапе́зе начнешь общаться с иудеями. Таким образом, будет мало различия между тобой и этими богоубийцами и безбожниками. Но у нас нет ничего общего с ними.

Древнее прошло, теперь все новое, – говорит Павел (2 Кор. 5, 17). И как вместо обрезания существует у нас крещение, так вместо бессловесной жертвы – Агнец Божий и вместо опресночных хлебов – квасной хлеб Царства

Христова, который есть Хлеб жизни. Идущий сей хлеб не умрет, – сказал Господь (Ии. 6,50–51).

Если же ты, по своему обыкновению, еще споришь, и настойчиво ссылаешься на пример Тайной Вечери, и говоришь, что на ней предложен был опреснок, ведь пасха подзаконная совершалась на опресноках, то весьма многие и совершенно истинные изречения величайших и божественных мужей низлагают твою дерзость и неразумие. Они показывают, что не был еще возбранен к употреблению хлеб квасной, когда Спаситель преподал Таинство. Свидетельствует об этом и Евангелие, проповедуя, что не был тогда день опресноков, когда Христос священнодействовал Свои Тело и Кровь, но что это было прежде дня опресноков, – сказано: Перед праздником Пасхи (Ин. 13, 1). Он преподал Жертву, когда сотворил Вечерю.

Тогда же совершил Он и то, что относится к умовению, и это было прежде пасхи иудейской. Смотри, что сказано и про день страдания: И они не вошли в преторию, чтобы не оскверниться, но чтобы можно было есть пасху (Ин. 18, 28). И о времени распятия опять сказано: Тогда была пятница… та суббота была день великий (Ин. 19,31).

И из того, что Евангелие тотчас же прибавляет: Иисус взял хлеб (Мф. 26, 26) и не прибавляет: «бесквасный», равно как из того, что сказал Господь: Очень желал Я есть с вами сию пасху прежде Моего страдания (Лк. 22, 15), совершенно ясно видно, о чем речь, – то есть что Христос, конечно, желал не иудейской пасхи, которую часто совершал, но что Он пришел уничтожить тень истины.

Впрочем, если Он совершил и законную пасху, то совершил прежде, а потом передал ученикам Свою. И Он желал передать ее прежде страдания для того, чтобы пребывать с нами. Чтобы истинно было то, что сказал Он: Идущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем (Ин. 6,56). Поэтому Он сделал не только требуемое законом на этой Вечери, но и совершил умовение, и возлежал, поэтому же там было не только печеное мясо, но и солило, в котором омочил руку Иуда. Следовательно, та Вечеря не была временем иудейской пасхи, и Спаситель совершил тогда не иудейскую только, но главным образом Свою Пасху, о которой и говорил: Сие творите в Мое воспоминание (Лк. 22,19) и: Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие (Ин. 6,55).

А о том, что древнее прекратилось, Он Сам опять свидетельствует, говоря: Ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна (Мф. 11, 13). Справедливо, значит, что Он возжелал тогда не иудейской пасхи из бессловесного агнца и крови животного, но желал передать ученикам и передал Свою собственную, которую Сам совершил тогда единственный раз и заповедал совершать во веки.

Хотя бы все это, а также свидетельства отцов ты и отвергал по неразумию, однако даже и в том случае, если бы Спаситель, по обстоятельствам времени, принес тогда опресноки, тебе надлежало бы делать совершеннейшее, то есть соблюдать Новый Завет, подобно тому как приняли это мы, чтобы и прочее делать, превышая закон, и чтобы праведность наша превзошла праведности книжников и фарисеев (Мф. 5, 20).

Мы освобождены от закона Кровью Иисуса Христа, потому что Христос искупил нас от клятвы закона, – говорит Павел (Гал. 3,13), и нет нам никакой пользы в служении закону, так как если снова поступаем по нему, то не будет вам никакой пользы от Христа, – опять говорит Павел (Гал. 5, 2). Так, исполнив все за нас, Христос освободил нас. Поэтому Он был и обрезан, а мы не обрезываемся, но крещаемся Духом и вкушаем не плоть и кровь мертвых животных, но Плоть и Кровь Его.

Итак, слишком очевидно, что преподана Им Жертва Его страшного Хлеба и Чаши, а не пасха подзаконная, поскольку Он говорит: Сия чаша есть Новый Завет в Моей крови (Лк. 22, 20) и: Сие есть Кровь Моя Нового Завета (Мф. 26,28), подобно тому как и пред этим, давая нам в пищу Тело Свое, говорил: Приимите, ядите: сие есть Тело Мое (Мф. 26, 26).

Но ты не можешь подражать этому, настолько ты привязан к опресноку, не можешь разделять и преподавать Тело, равно как и Кровь Его, хотя Он и говорит: Пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета (Мф. 26,27). Ты не делаешь этого и приходящим к тебе причаститься не преподаешь Чаши – столько во всем допустил ты нововведений⁴⁸.

Мы же во Христе священнодействуем по образу Его, и преломляем хлеб, как Он преломил, и едим, как Он сказал, и даем верным, и приносим хлеб совершенный, потому что и Он Сам – совершенный Человек. И делаем это также в знак прекращения жертвы ветхозаветной, так как время ее закончилось, когда явилась Истина.

Между тем мы веруем также, что и Спаситель освятил хлеб квасной, совершенный, в Пасху, которую возжелал, хотя прежде Он и совершил законную пасху. Когда Он возлежал и имел солило, в котором омочил руку Иуда, тогда, очевидно, Он совершал не пасху подзаконную, потому что в ней, как предписывал закон, все было печеное на огне, а не вареное в воде. Итак, справедливо то, что подзаконную пасху Он совершил в другое время, а тогда совершил Свою Пасху, которую и возжелал.

И я говорю это часто, желая и сам по милости Его вкушать в Нем эту живую Пасху всегда, ныне и в будущем веке. Об этом молюсь я во всякое время за себя и за всех братий. И, освящая Священную Чашу в Нем, Христе Боге нашем, давшем нам Себя, мы, как заповедано, даем в любви пить от нее и всем братиям, становясь едиными друг с другом, как молился Он, а также с Ним и с Отцом и Духом, как Он сказал (см.: Ин. 17,11,21).

Но довольно этого. Увлекаясь словом, мы сказали больше, чем предполагали говорить в кратком очерке.

Клирик:

Все нужное сказано, владыка, и благодарение Богу за это. Слова твои утверждают нас и сообщают большое разумение и твердость духа в православии и истине.

Архиерей:

Весьма многие, брат, истинно божественные и возвышенные умами мужи говорили об этом, и я, недостойный, считал бы для себя излишним и дерзким говорить о том же, однако любовь побуждает меня к этому. Итак, примите от меня то, что я в силах сказать вам. Более же совершенных наставлений ищите у людей более совершенных – и будете научены, потому что сказано: Всякий просящий получает (Мф. 7, 8).

60. О том, что совершается на проскомидии

Итак, иерей изъемлет из середины квасного хлеба кусок, показывая и этим действием, что Спаситель принял плоть от нашей природы, а не от другого естества, от благословенной Жены и Святой приснодевственной Девы. И, наполнив чашу вином и водой, по обычаю предков, иерей приносит Богу и другие частицы.

А тем, что в чашу вливаются вино и вода, изображается самое событие, как сказано: Один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода (Ии. 19, 34). Таким образом, это – Чаша от самого ребра Спасителя, Который сказал: Сие есть Кровь Моя… за многих изливаемая (Мф. 26, 28).

61. Против армян

Кровь же излилась вместе с водой, как говорит Евангелие, и мы пьем от этого ребра. Об этом часто говорит и Златоуст, которого отметают армяне, об этом говорят и вселенские отцы. И необходимо причащаться всего того, что истекло из ребра Спасителя, так как это истекло из тела Господня – именно из него, а не из другого, хотя одно называется кровью, а другое водой. И это поистине, как засвидетельствовано, кровь и вода: поскольку надлежало явиться двум источникам, которыми мы возрождаемся и живем Духом, то они истекли для нас из Самой Жизни. Поэтому всегда необходимо, чтобы в составе Таинства, в страшной Чаше, были и вино, и вода, а не одна вода, как говорит нечестивая ересь идропарастатов⁴⁹, ниспровергающая предание таинств.

Подобно безбожию и нечестию язычников, ересь армян отвергает вино как нечто злое и не отвергает пьянства. Это происходит по навету возбуждающего их лукавейшего демона, раздражающего их против нас, христиан, к отвержению, очевидно, священнейшей Жертвы, или, лучше сказать, к их стыду и удалению. И не одно вино отрицают еретики-армяне, желающие, очевидно, опровергнуть одну ересь и впадающие в худшую, как случилось это с ними и в других отношениях, когда они уклонились от истины.

Так, желая опровергнуть Нестория, который проповедовал разделение во Христе и учил отдельно о Слове, а отдельно о человечестве⁵⁰, они пришли к тому, что стали говорить, что будто бы во Христе – одна природа. Этим они, несчастные, отвергли воплощение Его, потому что как же Бог Слово воплотился, если в Нем одна природа? И какая это природа – Божеская или человеческая? Ведь они исключают одну из природ. Таким образом, они идут против Божественных догматов.

Против ереси идропарастатов восстает и Златоуст, приводя сказанное Господом: Не буду пить от плода виноградного (Лк. 22,18); виноград же дает вино, а не воду. Златоуст отвергает ересь, но не отвергает воды, потому что не сказал он: «одно вино без воды», но виноград дает вино, а не воду. Поэтому должно быть и вино, но и вода должна быть с ним, так как и то и другое истекло из Божественного ребра. Однако козни обольстителя многих совратили с пути истины.

Мы же идем царским путем: как научены, что из животворящего ребра истекли кровь и вода, так и вливаем в чашу вино с водой и приносим Святой Троице вместе с квасным хлебом. Все это воспринято нами от Христа Бога нашего, и Его апостолов, и отцов наших. Так издревле передано нам приносить хлеб квасной и чашу – вино и воду. Об этом свидетельствуют и священные молитвы, и древнее предание, и обычай.

На это указывает Божественная литургия Златоуста, и еще яснее – литургия богоявленного Василия. Потому что в ней после слов «и приим хлеб во святыя, и пречистыя, и непорочныя Свои руце и показав Тебе, Богу и Отцу, благодарив, благословив, освятив, преломив, даде» прибавляет: «Такожде и чашу от плода лознаго приим, растворив, благодарив, благословив, освятив, даде». Видишь ли? «От плода лознаго, – сказано, – приим, растворив», то есть смешав с водой, что и обозначается словом «растворив».

Да и божественный Иаков в священной литургии, называемой его именем, а она служится во многих местах⁵¹, говорит так: «И приим чашу и растворив из вина и воды». И все отцы наши приносили так во Вселенских Церквах и апостольских престолах, и от них издревле перешло к нам самое предание Животворящей Жертвы. Мы приняли ее по преданию не от каких-нибудь частных лиц, не в углу, но издревле ото всех преемников апостольских и исповедников-отцов, просиявших чудесами. От отцов, собиравшихся вместе в наших пределах, и особенно в христолюбивом городе Константинополе, который во Христе и основан, и распространяется, и сохраняется Всесвятой Его Матерью. Именно в Константинополе утвержден был Вторым божественным Вселенским Собором составленный в Никее Символ веры.

Часто из всех пределов собираясь вместе, тогда и после, и часто священнодействуя вместе, все отцы старательно передали нам то, что относится к тайноводству. И Церковь, особенно Константинопольская, весьма точным образом содержит чистую, правую и неповрежденную веру во Христа и непреложные от начала Божественные догматы. Ведь в ней и благочестие было всегдашнее, и явились равноапостольные пастыри, и она имела основанием верховного и первозванного в апостолах⁵². И устроена она была и сохраняется христианскими царями – Константином и прочими, ревновавшими о Христе. И во время споров о Божественных догматах и других священных преданиях не только один кто-нибудь первосвятительствующий в ней издавал законы, но повелением и старанием благочестивых царей собираемы были архиереи, наблюдавшие за благочестием во всей вселенной.

И римский первосвятитель присутствовал на этих собраниях или сам лично, как некогда Агапит и потом Мартин⁵³, или присылал викариев. Присутствовали и епископы Александрийский, Антиохийский и епископ божественного града Иерусалима, а кроме того и прочие архипастыри, со всех стран собранные и избранные. Единодушно разрешая сомнения, они ограждали и должным образом утверждали чистое и истинное учение.

И этот обычай они приняли от апостолов. Так, когда некоторые завели речь об обрезании, тогда Павел и Варнава не решились сами положить закон, но предоставили это Собору апостолов, от которого и получили в письменном виде решение, что необходимо делать. Тогда держали слово не только Петр, но и Иаков, и Иоанн, и прочие. И лишь после этого изложили свое мнение в послании к ним. И еще прежде того Петр, когда потребовалось избрать апостола для восполнения числа двенадцати учеников, не решился на это сам, но совещался со многими и с ними совершил это дело. И когда (после бывшего ему откровения) выбрал Корнилия, тогда весьма многими словами и с помощью бывших при этом свидетелей уверил прочих апостолов, что это от Бога, а не от него, чтобы прочие апостолы приняли Корнилия. Подобным образом и Павел начинал свою проповедь и совещался о ней, чтобы не напрасно ходить, – Павел, носивший в себе Христа, всегда движимый Святым Духом.

Итак, кто дерзнул бы выставить себя, не будучи поставлен Богом и рабами Божиими? И кого бы мог кто-нибудь провозгласить своим учителем, противопоставив отцам, – одного, двух или многих, учреждающих ложные догматы и не воспринятые от апостолов и отцов тайны? Таковых следует скорее назвать лжеучителями, которые учат иному и устанавливают новое вопреки тому, что всеми принято и утверждено, и в общих собраниях и повсюду распространено всеми отцами. Но довольно об этом.

Священный дискос содержит священнейший хлеб, и божественная чаша – вино с водой, принесенные Богу. А сам иерей, взяв и другую просфору, вынимает копием из находящейся посреди нее печати одну частицу и приносит ее в честь и память Богоматери, затем полагает на дискос с правой стороны священного хлеба. Сам хлеб – пока еще образ Тела Христова, а эта частица – образ Самой девственно Родившей Христа.

Итак, поскольку истина сохраняется и в образе, то, как сказано в псалме, предстает Царица одесную Сына Своего и Царя Христа, получая, как Мать, первые почести, ведь то, что с правой стороны, считается первым (см.: Пс. 44, 10–18).

62. О частицах, приносимых на проскомидии за святых и всех благочестивых

Вынимая же копием крестообразно частицы из другой просфоры, из печати, иерей творит память всех святых и полагает вынутые частицы с левой стороны.

Одну частицу он вынимает в честь и память честных небесных сил – и так и подобает, потому что они послужили таинству воплощения, ибо они соединились с нами и мы составляем с ними одну Церковь. Они желают проникнуть в таинства Церкви, подвизаясь и сами в степенях восхождения. Они пребывают с нами, будучи нашими хранителями и ходатаями перед Богом.

Вторую частицу иерей вынимает в честь и память честного Предтечи и всех святых пророков и праведных, предвозвестивших вочеловечение Господа.

Третью частицу – в честь и память святых и всехвальных апостолов, слуг Христовых, первых иереев и учителей веры, и тех, которые после них ревновали о благочестии – святителей, святых и добропобедных мучеников и преподобных со всеми святыми.

Затем – частицу в честь и память очередного или празднуемого святого, а также отца нашего

Иоанна Златоуста или Василия Великого, смотря по тому, чья бывает литургия.

[Частицы вынимаются] за всех святых вместе, так как все они соединяются во Христе и так как необходимо, после воспоминания о Господе, совершать воспоминание и о рабах Его. Как сказано, сначала – о неискусомужно Родившей Его, через Которую совершены таинства нашего спасения. Потом – о святых Ангелах, как послуживших таинству и через него соединившихся с нами и охраняющих нас. Затем – о предвозвестивших таинство пророках и праведниках, между которыми высший и печать – Креститель. Потом – о боговидцах: проповедниках и апостолах, которые просветили мир. После того – и о преемниках их: святителях и о тех, которые явились плодом проповеди – мучениках и преподобных. Наконец, о всех вместе, так как этой священной Жертвой все вместе: и Ангелы, и святые люди – соединились со Христом, и освятились в Нем, и через Него соединяются с нами. «Тех молитвами, – говорит иерей, – посети нас, Боже, и даруй нам вся, яже ко спасению прошения и жизнь вечную».

Замечаешь ли, что частицы символизируют святых и приносятся в память и честь их и, через них, – во спасение нам? И святые, как подвизавшиеся Христу, в этом страшном Таинстве делаются причастниками еще большей славы и восхождения через причастие спасительной

Жертвы. Они и примиряют нас со Христом, и соединяют, особенно тогда, когда мы вспоминаем их.

Однако частицы не прелагаются ни в Тело Господне, ни в тела святых, но суть только дары, приношения и жертвы из хлеба – в подражание Господу. Эти дары приносятся Ему во имя святых. А при священнодействии Таин, через соединение и общение со святыми, частицы освящаются и низводят освящение на тех людей, за которых в данный момент в алтаре служат. В то же время через частицы за святых освящение нисходит на нас, подобно тому как это бывает и через молитвы, когда мы воспоминаем этих святых или когда приносим что-нибудь в храмы к их мощам или иконам. Сами же святые приемлют освящение от Бога, а принимая приношения от нас, через них освящают нас.

Итак, если в других случаях они могут принимать приношение в честь и память свою, то тем более они примут его во время священнейшей Жертвы. Поэтому, хотя они невещественно и мысленно участвуют душами своими в причащении Христовом, однако и чрез священнодействие, которое заповедал Он совершать за мир, они имеют участие в величайшей славе Его, потому что потрудились и прославлены вместе с Ним. Да и божественнейшие Ангелы, соединенные с нами и послужившие таинству, – причастники благодати.

Особенно же Матерь Бога Слова, послужившая великому домостроительству, есть орудие соединения Божия с нами. Она – корень этой Божественной Жертвы, потому что стала Родительницей и Виновницей жизни Творца во плоти. Потому Она прежде всех приемлет славу и ближайшее озарение от Того, Кто воплотился через Нее неизреченно, девственно и свято, Кто соединился с нами по крайней Своей благости. Поэтому и предстоит Она одесную Его. Поэтому с правой стороны священного хлеба мы полагаем за Нее частицу, выражая этим, что Она – выше всех и ближе к Богу. С левой же стороны полагаем частицы за Ангелов и всех святых, так как все они занимают второе место, или, лучше сказать, ступень, не достигающую Ее величия. Потому что они уже через Нее приемлют озарение. А мы – прежде всего через Нее спасаемся (при посредстве святых) – точно так же, как через Нее соединились и с Богом.

Только после этого иерей приносит и прочие частицы. Прежде всего – за архиерея, так как он источник священства. Потом – за весь священнический чин, за служащих таинству, потому что должно наперед труждающемуся вкушать от плодов, как и Павел учит (см.: 2 Тим. 2, 6). Далее – за православных царей, защитников благочестия, за спасение их и за христолюбивый народ. После них, если служба совершается в обители, приносит частицы за начальствующего и прочую братию, а если в храме каком-нибудь, то за строителя его или за совершающего память и за собравшихся там, также за принесшего дары и за тех, за кого он принес дары. Наконец, за почивших во Христе, за весь священнический и иноческий чин. Далее – за всех верных, православно скончавшихся, и за тех, кого хочет или должен бывает иерей помянуть сам. В заключение иерей полагает частицу вообще за всякую душу христиан православных и, обращая слова к Богу, читает всю молитву, которую произносим на литии всенощного бдения: «Приими, Господи, жертву сию в пренебесный Твой жертвенник о всякой душе христианской, скорбящей же и озлобленной, милости Твоея и помощи требующей», и прочее до конца⁵⁴.

Эти частицы за живых и умерших он полагает внизу священного хлеба, так как они принесены за нас, смиренных, требующих умилостивления и ходатайства и ожидающих от Бога великих милостей. Однако необходимо заметить, что при приобщении страшнейших Таин иерей должен быть внимателен, чтобы брать не от этих частиц, но от Тела Господня, и им причащать приступающих.

Конечно, истинно, что через соединение со Всесвятой Кровью все станет единым и причащение Крови Господней произойдет даже и в том случае, если кто-нибудь причастится этой частицей. Но так как всякий верующий должен причащаться и Телу и Крови Христовым, то иерей должен преподавать причастие приступающему, беря лжицей вместе с Кровью и Тело Господне. И хотя все частицы, будучи положены в Чашу, сообщаются с Телом и Кровью Христовыми и принимающий Тело и Кровь причащается вместе с соединенными с ними частицами, но я думаю, что священнику лучите причащать со вниманием и брать лжицей только от одного лишь Божественного Тела, а не с частицами вместе.

В этом божественном образе и действии священной проскомидии мы видим некоторым образом Самого Иисуса, созерцаем и всю единую Церковь Его. В центре всего видим Его, истинный Свет, вечную жизнь, Им же стяжанную, освящаемую и хранимую, потому что Сам Он присутствует в образе хлеба, полагаемого в середине. Частицей же с правой стороны изображается Матерь Его, с левой – святые и Ангелы, а внизу – благочестивое собрание всех уверовавших в Него. Здесь – великая тайна: Бог посреди людей и Бог посреди богов, получивших обожение от истинного Бога по естеству, воплотившегося ради них. Здесь – будущее Царство и откровение вечной жизни, когда Бог бывает зрим и приемлем нами!

Здесь нет места неверным и иномудрствующим: Что общего у света с тьмою? (2 Кор. 6, 14).

Сказано, что Ангелы возьмут злых из среды праведных (Мф. 13, 49), поэтому иерей вообще не должен приносить частиц за инославных или совершать поминовение их. Нельзя также приносить частицы за тех, которые явно грешат и живут нераскаянно. Потому что приношение служит им к осуждению, как в осуждение служит и причащение тем, которые без покаяния причащаются страшных Таин, как сказал божественный Павел (см.: 1 Кор. 11, 29–30).

63. Для чего бывает каждение после проскомидии

Совершив таким образом проскомидию, иерей приносит Богу каждение в благодарение за совершенное священнодействие и пришествие силы Духа, потому что фимиам служит Его образом. Об этом свидетельствует и молитва, в которой говорится: «Кадило Тебе приносим, Христе Боже наш, в воню благоухания духовного, еже прием в пренебесный Твой жертвенник, вознизпосли нам благодать Пресвятаго Твоего Духа».

Вместе с тем иерей воздает честь Богу приношением и благовонием фимиама и показывает, что он действует под осенением Духа и что от этого таинства излилась на мир благодать Духа.

64. Что означают звездица, священные покровы и воздух

Поэтому, покадив сначала в честь Спасителя звездицу, иерей полагает ее над хлебом, говоря: «И пришедши звезда, ста верху, и деже бе Отроча» (см.: Мф. 2,9), в символах изображая то, что совершилось во время Рождества Спасителя, поскольку предложение, как сказали мы, изображает и пещеру, и ясли. Потом, взяв покров дискоса, который вместе с другими покровами знаменует пелены, произносит слова псалма, изображающие вочеловечение Слова: «Господь воцарися, в лепоту облечеся» (см.: Пс. 92, 1) и так далее.

Далее священник полагает покров и на Чашу – на одну или несколько, возглашая при этом: «Покры небеса добродетель Твоя и хвалы Твоея исполнь земля» (см.: Авв. 3,3), что также указывает на воплощение Господа. Как Бог, Иисус Христос наполняет небеса совершенством и разумом Своим, однако и земля преисполнена ведением Его, потому что, когда Он воплотился, вся земля познала Его вместе со Отцом и Духом. Этот стих возглашается над всеми потирами, хотя бы их было и несколько, потому что приносимое – одно, и Чаша – одна, и в различных сосудах – единое Тело единого Христа и Кровь Его единого.

Затем, покадив, иерей полагает воздух, означающий и небо, где утверждаются звезды, и плащаницу. Воздухом часто объемлются Тело и Кровь Иисуса, умершего и миром помазанного, и потому он называется также и надгробием.

Таким образом, здесь ясно изображается как бы в сокращении все таинство. Пришествие с небес Агнца-Христа было предречено, и был Он во плоти в вертепе и яслях, и в то же время, при самом Своем рождении, предызобразил будущие Свои страдания. Так, остановившаяся над Ним звезда указывала Его волхвам, а Ирод воздвиг на Него гонение. И Симеон, взяв Его на руки, изрек, что лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий, и Тебе Самой оружие пройдет душу (Лк. 2, 34–35). Поэтому-то на проскомидии предызображаются страдания Спасителя.

Далее, покадив Дары Божественного предложения, уже посвященные Богу, принесенные Ему и вместообразные Всесвятых Тела и Крови, иерей читает молитву предложения и призывает Бога и Отца, пославшего к нам Сына Своего – сей Небесный Хлеб, благословить предложенные Дары и принять их в пренебесный жертвенник. Также он призывает помянуть и принесших, и тех, за кого принесли их, и сохранить священнодействующих неосужденными во время священнодействия.

Совершив потом отпуст, иерей кадит крестовидно и самое предложение, и священную трапезу, а потом и весь алтарь, выражая этим, что все дарования сообщаются святым от Первоисточника – Бога, а через святых и прочим.

Некоторые, как мы знаем, кадят и весь храм⁵⁵, и народ, на что указывает и святой Дионисий, когда говорит, что перед литургией совершается каждение по всему храму, начиная от жертвенника и возвращаясь опять к жертвеннику, в знак того, что начало и конец всех благ есть Бог, а жертвенник есть Его престол и место. Поэтому и при всяком каждении соблюдается это правило: совершающий каждение начинает от жертвенника и оканчивает также им. Поскольку же архиерей есть образ Христа и имеет в изобилии силу Его и поскольку каждый предстатель душ изображает собою Христа, то и в отношении к ним делается то же. Архиерей и благословляет сначала кадило, как приносящий его Богу, а потом – после священной трапезы и святых икон – его же первого кадят. Прочих – уже за ним. А после этого опять кадят его, так как он – и начало, и конец священнодействий, и раздаятель Божественных дарований. А в подражание этому есть обычай делать это и в отношении к настоятелям, имеющим священноначальственное рукоположение.

Каждение в начале священнодействия не только внутри алтаря, но и вне его, в храме, можно видеть совершаемым и в великой Фессалоникийской церкви – именно тогда, когда во время первого входа священной литургии⁵⁶ выносится от жертвенника кадило, которым диакон кадит Евангелие, архиерея и сослужащих с ним священников, чем знаменуется небесная благодать и дар, излиянные на мир через Иисуса Христа, и благоухание Духа, силою Его вновь восходящее к небу.

Так всегда совершается у нас о имени Иисуса Христа. Так совершается у нас вообще проскомидия. Во время нее все пресвитеры приносят частицы за кого необходимо, и особенно за совершающих праздник, за архиерея и прочих, за кого должно.

А диаконы, все без исключения, поминают кого хотят через пресвитеров, потому что сами диаконы совершить приношения не могут, так как они не имеют дара проскомисания. Они – служители и имеют только служебное достоинство. Если им нельзя облечься в священную одежду без благословения архиерея или иерея и если нельзя начать никакого священного действия без пресвитера или без благословения пресвитера, то как же сам диакон будет совершать приношение? Если правило запрещает диакону причащаться прежде иерея даже освященных Честных Даров (чтобы всякий сохранял свой чин), то каким образом диакон будет приносить Дары?

Вот почему существовавший прежде в Фессалонике, а теперь существующий на Святой Горе Афон обычай, чтобы совершали приношение диаконы, не благоприличен и не совсем сообразен с назначением диаконов; на это необходимо обращать внимание⁵⁷. Если же кто-нибудь из диаконов хочет, по своей надобности, принести частицы Богу, то пусть делает это через пресвитера.

Когда пресвитер берет просфору и копие и, вынимая частицу, говорит: «Приими, Господи, жертву сию за такого-то, в честь и память» (если делает приношение за кого-нибудь из святых) или «в умилостивление же и отпущение грехов» (если за кого-нибудь из живых или умерших), тогда диакон при каждой частице говорит: «Помяни, Господи, в честь и память» (какого желает святого) или «в отпущение грехов» (всякого, за кого имеет нужду молиться). Однако лучше же и правильнее было бы ему говорить: «Помяни, владыко, того-то» (кого хочет помянуть). Потому что не благоприлично ему возносить голос к Богу в присутствии иерея.

Затем первому из диаконов дается архиереем знак начинать литургию, потому что без архиерея нельзя совершать ничего, что и о Себе сказал Великий Архиерей Иисус: Без Меня не можете делать ничего (Ин. 15,5). Итак, диакон призывает иерея благословить Господа. Иерей благословляет Бога – тот иерей, который совершал проскомидию в предложении. Затем служба следует обычным порядком, что мы, по мере сил, пространнее изъясняли в толковании на литургию.